Евгений Бочкарев – Белая книга (страница 1)
Пролог
Книга. Белая книга. Книга именно такого цвета лежала в лучах солнечного света перед девочкой. Ее маленькая ладошка аккуратно гладила рельефную обложку, но движения эти были неосознанные. Рассеянный взгляд с оттенком печали был направлен перед собой. Лицо сосредоточенное. Большую светлую комнату, в которой она в последнее время проводила много времени, наполнял еле уловимый аромат ягод с медовым оттенком. Запах приятный и ненавязчивый. Легкий ветерок доносил его от посаженных в саду кустов крыжовника и заполнял им все помещение. Девочка грустила.
Звуки оживленного города, доносящиеся из открытого окна, не беспокоили ее. Она даже не замечала их. Неожиданно особо громкий голос снаружи разорвал однотонное жужжание суеты и напряженная ладошка замерла буквально в дюйме от книги, но спустя пару мгновений расслабилась и продолжила свои повторяющиеся движения. Задержка была не сознательная. Отреагировал не разум, а тело. Ни что не могло отвлечь девочку от ее грустных мыслей. Она так и продолжала сидеть неподвижно. Только ладошка поднималась над шершавой обложкой книги лишь для того, чтобы потом опуститься и коснуться ее снова подушечками пальцев. Раз за разом. В определенный момент глаза наполнились слезами.
Именно в этот момент громко щелкнула поворачивающиеся ручка двери, заставив девочку вздрогнуть. Она резко повернула голову на звук. Во влажных глазах проскочили искорки надежда, которые сразу же потухли, стоило увидеть вошедшую. Женщину преклонного возраста в белом чепчике и такого же цвета переднике. Гувернантка. Няня. Ее добрые глаза успели заметить то оживление, которое успело проскочить во взгляде воспитанницы. Она грустно вздохнула.
– Дорогая… – женщина замялась и сглотнула вставший в горле ком – Отец просил позвать вас.
Девочка замерла после этих слов, которым пришлось продираться сквозь мрачные мысли, но когда смысл сказанного стал ясен, воспитанница резвой ланью вскочила со своего места и стремглав пронеслась мимо женщины в сторону отцовского кабинета.
Няне ничего не осталось, как еще раз тяжело вдохнуть легкий запах ягод и поспешить вслед за удаляющимся топотом.
Дом был большой. Длинные коридоры, большие залы, прекрасные полотна на стенах, дорогие на вид безделушки, расставленные по разным углам. Все пространство дышало достатком. Светлые оттенки внутреннего убранства, от теплого кремового до глубокого миндального, придавали помещениям уют. Всю эту прекрасную картину нарушало лишь одно. Напряженная тишина, витавшая в воздухе.
Быстрый и громкий бег девочки рассекал густую атмосферу, царившую в коридорах, но стремительная вспышка проносилась дальше и тяжелый воздух медленно смыкал свои объятия у нее за спиной. Бег. Быстрый. Комнаты проносились мимо нее. Она их не замечала. Встречный воздух высушил ранее влажные глаза, перед которыми стояло только одно. Кабинет отца. Скорее.
Мужчина хмуро разбирал очередные документы, которые ему приносили по утрам его служащие, каждое из которых требовало его внимания, когда дверь комнаты резко распахнулась и в нее влетел маленький вихрь. Стремительно, но аккуратно проскочив все преграды на своем пути, в виде кресла, стульев и небольшого столика, заваленного бумагами, вихрь мягко столкнулся с неподвижным утесом.
Мужчина слабо улыбнулся от такого напора своей дочери. Как и в каждый предыдущий день на протяжение двух последних декад. Ему нравилось чувствовать искреннюю любовь и привязанность девочки, но вот причина этого ярко-выраженного поведения… Причина не нравилась. Аккуратно отстранив дочь, громко сопевшую ему в ухо, он посмотрел на нее. Раскрасневшееся от быстрого бега лицо, блестящие подвижные глаза – живое воплощение невинного детства. Жаль, что после того, как она успокоится, лицо приобретет бледноватый оттенок, а глаза потускнеют.
– Ты опять носишься, сломя голову? – сдвинув брови, с легкой строгостью в голосе произнес мужчина.
– Да – ничуть не стесняясь, пискнула девочка и отстранившись отбежала к большому креслу неподалеку. Бодро запрыгнув на него, посмотрела на отца.
– Ну что, мы идем? Уже можно? – быстро протараторила она.
– Солнце… – замялся мужчина. Отказывать дочери он не любил, тем более это было сложно сделать именно сейчас – я еще работаю. Поэтому хотел предложить пойти после обеда.
Он назвал ее «солнцем». И сейчас это солнце начало меркнуть, прятаться под надвигающимися тучами. Печаль озарила юное личико.
– Но, папа… – жалобно начала девочка. И замолчала. Она не знала, что сказать.
Мужчина смотрел на грустное лицо дочери, постукивая нераспечатанным письмом по торцу стола. На что он, собственно, рассчитывал? Ясно же, как это для нее важно. Да, чего греха таить, и для него самого. Просто за последнее время эти ежедневные походы, превратились в… обыденность. Звучит странно и страшно, но человек ко всему привыкает. К тому же у взрослых всегда находятся важные дела, которые отвлекают и требуют их внимания. Мужчина поймал себя на всех этих мыслях.
«Черствость. Как у сухаря. – проскочило у него в голове – И когда успел стать таким?»
Приняв решение, он, не глядя кинул так и не распечатанное письмо на стол к остальным бумага и встал.
– Конечно, дорогая. Не будем ждать. Прямо сейчас и пойдем.
Лицо девочки озарила счастливая улыбка и она быстро соскочила на пол. Ее эмоции сменялись молнией, еще не скованные никакими нормами поведения в обществе и тяготами прожитых лет. Чистый лист.
– Только идем спокойно. Не бежим. – добавил строго отец. Весь эффект от его тона портила ласковая улыбка.
Девочка быстро закивала.
Звуки города обрушились на них со всех сторон, немного оглушая, стоило только выйти на улицу. Несмотря на то, что их дом находился в самом центре города и окна в летнюю жару всегда были открыты, этот гул не достигал их ушей в полной мере. Большой участок, засаженный деревьями и другой различной растительностью, позволял немного заглушать шум улицы.
Шли молча, оба погруженные в свои мысли. Не смотря на свое положение в обществе, которое, в какой-то степени, их даже обязывало передвигаться в экипаже, как и в предыдущие дни, мужчина решил пройтись. Ясная светлая погода. Самый безопасный район. Здание Ордена магов, располагавшееся на соседней улице. Да и просто необходимость проветрить голову и собрать мысли в порядок. Все эти причины перевешивали неписаное правило высшей знати. К тому же, идти было недалеко.
Передвигались по самой середине улице. Плотность людского потока это позволяла, да и шедшие навстречу пропускали их. Этому способствовало как дорогого покроя одежда, так и уверенная походка мужчины. При дворце его очень хорошо знали, но город в последнее время разросся до громадных размеров и уже давно прошли те времени, когда знатного человека знал каждый встречный.
Отец крепко держал дочь за руку. Еще не хватало, чтобы девочка на эмоциях вырвалась и побежала, желая быстрее добраться до пункта их назначения. Он чувствовал это желание.
Город жил своей жизнью. Дышал собственными воздухом. Стоило только покинуть свое обиталище, как личные дела и проблемы каждого, становились его детищем. Ты становился его частью. И наоборот. Он твоей. Разговор двух прохожих мог натолкнуть мысли на решение собственных задач. Открыть глаза на новые возможности. Ворчание покупателя на завышенные цены у продавца неожиданно могли повлиять на его расположение и решения. Каждый влиял на каждого. Поступок одного влиял на другого. Человек уже не принадлежал себе. Он был маленькой частью огромного организма.
Сегодня это правило в меньшей степени касалось членов семьи, покинувших свою спокойную обитель. По остаточному принципу они обращали свое внимание на звуки и запахи, но вот раньше… Немногим раньше просто своим нахождением вне дома их линия судьбы тесно переплеталась с биением сердца города. В первую очередь, конечно, благодаря девочке. Любопытная. Энергичная. Шустрая.
Преодолев очередной небольшой магазинчик и повернув за угол, их глазам открылась цель путешествия. Строгое белое трехэтажное здание. Вокруг которого образовалось пустое пространство, избавленное от снующих по своим делам жителей города. Биение жизни вокруг этого места как будто ослабевало, но это было не так. Наоборот. Маги Жизни, постоянно посещающие это строение, делали его самым живым местом, чем какое-либо другое. Безусловно, в башне Ордена их было куда больше, но и магов Смерти там было тоже в достаточном количестве, что уравновешивало баланс. А тут не так. В основном именно маги Жизни, воплощающие в реальность название своего направления магии. Это была лечебница для тяжелобольных.
Мужчина, не сбавляя шаг, направился ко входу. Теперь уже он был ведущим в дуэте с дочерью. Девочка немного сбавила темп, испытывая легкую тревогу перед грядущим. Тревогу, но и желание. В данный момент попасть туда было для нее жизненной потребностью, которую не могло перевесить ни одно другое чувство. Маленькое сердце забилось чаще.
Попав внутрь, они могли наблюдать тот же белоснежный цвет, что и снаружи. Пол, стены, ступени – все было из белых мраморных плит. В таком количестве это выглядело безвкусицей и даже могло вызвать некое отторжение, но ситуацию спасали легкие трещинки на облицовке: песочного цвета на стенах, серебристого на полу. Оставалось только поражаться тонкому чутью скульптора, который одним мельчайшим штрихом смог придать чистой пустоте чувство комфорта и легкой наполненности.