Евгений Бергер – Очень приятно, Царь! Блюдо второе (страница 6)

Что ж, значит пришло время попробовать, что же такого нам приготовил Раневский.

Мясо разваливалось от легкого нажатия вилкой. А пюре, как будто взбитые сливки! Лёгкое, но при этом очень ароматное.

Это блюдо было настолько идеальным по структуре, что его можно было есть даже ложкой! Первый укус и…

— Я всё понимаю, Мистер Смит. — произнёс я, сидя за столом в дорогущем ресторане: — Вы хотите, чтобы я слил вам своего компаньона… Мистера Андерсена. Так?

— Именно. — сухо ответил человек в черном деловом костюме.

— О, нет. Так дело не пойдёт. — с усмешкой ответил я: — Мистер Андерсен не просто мой компаньон! Он мой друг. Никакие деньги мира не заставят меня подставить его.

— Знаете… Мистер Сайфер… Я уже давно за вами наблюдаю и прекрасно понимаю, что дело не в деньгах. — самодовольно улыбнулся Смит и положил на стол чёрный кейс: — Думаю, вот это заинтересует вас, куда больше!

— Вы оскорбляете меня, Смит.

— Даже не пытаюсь. — щелчок замка. Крышка кейса открывается. И передо мной стоит порция говяжьих щёчек с пюре в соусе демиглас от Раневского.

— АХ ТЫ Ж ХИТРАЯ…

Как бы я не обожал мясо Дяди Рубена. Как бы дико не фанател от своей тушеной говядины и стейков… Как бы не удивлялся от Леры и других жителей «Полярной совы». Это было блюдо, которое поразило меня настолько, что я… почувствовал себя маленьким мальчиком, который изо всех сил пытается приготовить свою первую яичницу. А она пригорает… И прилипает к сковороде, превращаясь в нечто несуразное.

— Почувствовали? — дождавшись, пока студенты отойдут от экстаза, с хитрой улыбкой спросил Раневский.

— Да… Шеф…

— Через пять часов я жду от вас не аналогичное, но что-нибудь похожее. Не обязательно чётко следовать моему рецепту. Но и готовить другое блюдо не стоит, ибо оценивать я его не буду. Я даю вам всем шанс показать, из какого теста вы слеплены. И самое главное — чего вы стоите. НАЧИНАЙТЕ!

Похожее? Да этот божественный Майский жук требует невозможного. По крайней мере, так сказал бы заурядный студент.

Но лично для нас с Коляном — это просто очередной сложный вызов. А посему — утрём нос Майскому жуку!

Глава 3

— Итак, у нас есть пять вариантов приготовления говяжьих щёк с пюре. — я указал на нарезанные куски говядины.

— Но два из них мы сразу отметаем, поскольку это су-вид. — Колян уже во всю нарезал лук и морковь.

— Ещё один отметаем, поскольку у нас нет пароварки. И остаётся… «Питерский ударник» и «Уральский лесник». Какой выбираешь ты? — я вытащил бутылку с вустерширским соусом. Кстати, очень крутая и полезная штука. Кисло-сладкий, но при этом терпкий — он придаёт любому блюду из мяса уникальный привкус! Идеально подходит, как для стейков, так и для тартара.

— «Уральского лесника», конечно же.

— Щёки с утончённым и мягким вкусом… Да ещё и уютным послевкусием. Ну, кто бы сомневался? — я поставил на стол три вида пасты: — Значит, «Питерский ударник» достается мне. Ладно! Думаю, Майский жук будет удовлетворён.

— А я не понял. — Раневский вдруг обратил внимание на нас: — Цареградцев! Смирнов! Кто вам разрешал любезничать во время приготовления блюда?

— Так… мы же одногруппники. Разве советоваться запрещено? — уточнил Колян.

— Начнём с того, что щека — это мышца, которой корова работает практически двадцать четыре на семь. То есть, она какая? Жёсткая! А что нужно делать с жесткой говядиной, чтобы она превратилась в адекватное блюдо? Ну?

— Томить?

— Верно, Смирнов! Ну, что за гений, мать твою⁈ Приготовили соус, в котором щёчки будут томиться. Разгребли в разные стороны овощи. ПОЛОЖИЛИ ЩЕКУ ЖИЛКОЙ ВНИЗ!!! И вперёд. Вам, конечно, очень повезло. У вас высококачественное мясо, которому хватит и трёх часов. Однако — ВРЕМЯ УЖЕ ИДЁТ! А болтовня только отвлекает. Вам понятно⁈

— Да, Шеф!

— Поэтому проговорил ещё раз! Повар может делать, что ему вздумается в нерабочее время. А когда вам за ПЯТЬ ЧАСОВ надо успеть приготовить говядину — необходимо заткнуть рот и РАБОТАТЬ! Вам понятно⁈

— Да, Шеф!

Некоторым однокурсникам уж очень понравилось, что Раневский придрался именно к нам, и они тут же весело захихикали. Кстати, зря. Ведь я запомнил их лица.

— И ещё… — Майский жук поднялся со своего кресла и внимательно оглядел аудиторию: — Я знаю, какие мысли крутятся у вас в головах. Да, что этот пузан себе позволяет? Да, как он с нами обращается? А я вам скажу. У меня на паре вы будете оцениваться вне зависимости от вашего титула или положения в обществе. Можете хихикать сколько влезет! Но если Цареградцев и Смирнов напихают вам сегодня — хихикать буду уже я! Да, что там? Я буду гоготать на всю аудиторию. Потому что, в первую очередь вы — ПОВАРА, а уже потом студенты. Понятно?

— Да, Шеф!

— Отлично. По поводу вот этого… — Раневский подошёл к пластиковой доске и трижды постучал по ней: — Я учу вас в первую очередь работать головой. Но даже самый умный далеко не сразу всё запомнит. А писать конспекты после пар на память — занятие не благородное. Хочу сказать следующее — вы можете взять свои коннекторы и спокойно записывать мои лекции на диктофон. И даже снимать на видео! Но если я узнаю… что кто-нибудь из вас, паразитов, выложил хоть одну мою лекцию в сеть — своими собственными руками удавлю. Никто, кроме вас не достоин этих знаний! Вы — будущее пищевой индустрии. И простым смертным нельзя прикасаться к тому, чему вы здесь обучаетесь. Усекли?

— Да, Шеф!

— Вопросы?

— Простите… Шеф! — наша Наташа из «Полярной совы» подняла руку.

— Слушаю.

— Вы сказали, что щёчки можно приготовить по своему рецепту. Но… я бы хотела сделать, как у вас. То есть, с соусом демиглас. Однако, чтобы его приготовить, мне понадобиться около тридцати часов.

— Умница. — Майский жук щёлкнул пальцами, и спустя мгновение в аудиторию вновь въехали официанты. Но на этот раз они были верхом на погрузочных рохлях, на которых стояло несколько больших металлических кастрюль: — Можете не париться на счёт соуса. Он уже есть. Ваша задача — правильно приготовить мясо и пюре. Это важно!

— Да, Шеф!

Пускай Раневский и облегчил задачу, но мы с Коляном решили, что будем идти по своему пути.

А вот большая часть студентов всё же спускалась к кастрюлям и под задумчивые взгляды Майского жука, накладывала соус в глубокие тарелки.

Вообще, говяжьи щёчки с пюре и соусом демиглас можно было смело назвать классикой. Их подают практически в каждом среднестатистическом ресторанчике.

Помню, даже в «Шашлычке» было нечто подобное.

Но Раневский явно хотел увидеть нестандартный подход. Некую изюминку, которая будет выделять каждого повара в своём блюде.

В этом суть настоящего шефа.

Помню, Валерон как-то рассказывал, что во время трудоустройства в хороший ресторан, руководство в крайне редких случаях заставляет претендента готовить. Зачастую с ним просто проводят собеседование, чтобы понять, насколько шеф талантлив. А главное — насколько развито его воображение.

Поэтому, исключительно «Питерский ударник» и «Уральский лесник».

Пока все готовили, в аудиторию то и дело заглядывали самые разные личности. Однако завидев Майского жука — они тут же удалялись восвояси. У меня сложилось впечатление, что его здесь не очень любят.

Но один из гостей всё же зашёл несмотря ни на что.

Высокий мужчина в тёмно-синем дорогущем костюме. Его волосы были забавно зализаны назад, как у мафиози из старых американских сериалов. Взгляд, несмотря на относительную доброту — блестел, как у хищника.

Незнакомец внимательно оглядывал аудиторию, словно выбирал для себя жертву.

— О! Господин Симонов! — Майский жук тут же поднялся со своего кресла и с уважением поздоровался с незнакомцем за руку.

Симонов? Неужто наш ректор?

— Всеволод Владимирович. Рад вас видеть на рабочем месте.

— Ой, а я-то как рад? Вы себе представить не можете. — от уважения не осталось и следа. Раневский смотрел на гостя с очень злобной ухмылкой, словно встретил старого врага: — Чего же так долго? Я уж думал — вы никогда не передумаете.

— Да, как-то со временем беда, Всеволод Владимирович. — скромно улыбнулся Симонов: — Вы же знаете — торжественные приёмы, документы, открытия заведений, работа в Харитоновке. Вот… Нашлось окошко — и я сразу к вам.

— М-м-м… Понятно. А я вот уже размышляю, куда пойду сегодня вечером. — ухмылка не сходила с лица Раневского. Интересно, чего же такого страшного Симонов ему сделал? Хотя, вспоминая дочерей нашего ректора — явно ничего хорошего.

— Правда? Что ж, тогда я буду рад за вас в любом случае. — Симонов резко развернулся, а затем принялся ходить по рядам. В основном, он бегло смотрел на готовку ребят. Задержался только у старосты, Наташи и Настюши из нашего общежития, Валентина, Серёжи и ещё парочки человек.

Затем, словно акула, почуявшая запах крови, быстрым шагом направился прямиком к нам.

— Как успехи? — поинтересовался Симонов, активно вдыхая ароматы томящегося мяса.

— Отлично, Господин Симонов. — ответил я: — Готовим.

— Чудесно. Во-первых, хочу вас поздравить с поступлением в кулинарную академию имени Харитонова! Признаюсь, это очень большая редкость, когда на первый курс именно поступают, а не переходят из нашей гимназии.

— Спасибо…