Евгений Аверьянов – Якорь души (страница 41)

Он остановился и замер, будто принюхиваясь, а потом перевёл взгляд на моего двойника. Несколько секунд просто следил, как тот движется вперёд. Лицо оставалось без эмоций, но взгляд… внимательный, цепкий.

Минут десять он шёл за ним, почти скользя по полу. А потом хмыкнул:

— Подделка, — пробормотал он себе под нос.

Даже не взглянув назад, он повернул в боковой проход и исчез в темноте, словно растворился.

Я мысленно аплодировал.

Наконец-то хоть кто-то заметил разницу. Вот же чертовски внимательный парень.

Двойник же шёл дальше, как ни в чём не бывало, выполняя свою роль приманки.

Стены впереди дрогнули, и я сразу понял — иллюзия и невидимость на них не действуют. Каменная кладка словно ожила: из щелей полезли лианы, увитые острыми шипами. Они хлестали по воздуху, целясь в меня, пытаясь сбить с ног и затянуть внутрь.

Пришлось работать быстро. Клинки рассекали упругие стебли, но на их месте тут же появлялись новые, толще и крепче. Каждое движение приходилось рассчитывать, иначе я оказался бы в смертельных объятиях этих «стен». Час упорного боя, и, наконец, всё стихло.

Я тяжело дышал, наполовину заваленный обрубками растительных монстров, когда из тени шагнул Мастер Тени — тот самый, что заметил меня раньше. Он молча протянул руку.

Я ухватился и поднялся на твёрдую землю.

— А вот и основа, — сказал он с лёгкой, почти насмешливой улыбкой и, не дожидаясь ответа, ушёл в один из проходов.

Я молча проводил его взглядом. Внутри неприятно кольнуло: я всё ещё слишком слаб. Есть те, кто может меня вычислить… а может, и убить.

Я шёл медленно, пытаясь прикинуть, как менять стратегию. После встречи с Мастером Тени ясно одно — играть в призрака уже не так надёжно, как казалось в начале. Проблема в том, что на ум не приходило ни одного стоящего варианта.

И тут в поле зрения попала четвёрка в одинаковых серых мантиях. Орден исследователей. Они двигались спокойно, будто прогулка в парке, а не смертельный забег. Один держал в руках сферу с мягким голубым свечением, другой — какой-то плоский диск с рунной вязью. Они изучали стены, пол, потолок, иногда что-то записывали.

И тут один из них поднял голову и… помахал мне рукой.

Я замер. Невидимость включена, искажающее поле тоже. Но они явно меня видят.

Двое остальных даже улыбнулись, словно приветствовали старого знакомого.

— Вот ведь… — пробормотал я, чуть сдвинувшись в сторону, но они продолжили спокойно заниматься своим делом, будто намекали: «Не переживай, мы тебя не тронем».

От этого, если честно, стало только тревожнее.

Дальше путь казался спокойным, пока впереди не показался один из убийц — молодой, дерзкий, с горящими глазами. Видимо, они разделились, или что-то пошло не по плану. Увидев меня, он рванул вперёд с криком, явно намереваясь размазать меня по стенке.

Я было удивился, что он меня видит, а потом вспомнил — сам же снял невидимость. Ну, гений, что сказать.

Я легко ушёл в сторону, пропуская его выпад, и сделал шаг в пустой боковой коридор. Он, разгорячённый, тут же свернул за мной, не думая о последствиях.

И как только его нога пересекла невидимую черту, прямо перед моими глазами вспыхнула надпись:

"Активировано испытание “Забег”.

Только один вернётся в лабиринт. Второй останется в городе призраков, пополнив их ряды."

— Охрененная мотивация… — выдохнул я, чувствуя, как внутри неприятно холодеет. — А ведь хотел просто за хлебушком сходить.

В следующий миг мир дёрнулся, и меня выбросило на открытое пространство, в десятке километров от исполинской городской стены. Стену было видно идеально, как и маяк в центре города — высокий, сияющий, манящий… и именно он был финишной чертой.

Убийцы нигде не было видно. Это значило только одно — у него совсем другая точка старта. Хуже сценарий сложно придумать: не знаешь, где соперник, не видишь, что он делает, и до самого финиша не поймёшь, кто лидирует.

Я рванул вперёд, стараясь держать равномерный темп, но взгляд невольно зацепился за городскую стену.

Там, у главных ворот, что-то происходило. Огромные створки медленно распахнулись, и из них выехал отряд всадников. Доспехи — старинные, копья — длинные и тонкие, а строем они шли идеально, словно из-под линейки.

Что-то в них сразу показалось мне неправильным. Я всмотрелся — и понял.

— Да ну нахрен… — выдохнул я.

Всадники были прозрачными. Сквозь них просвечивала брусчатка дороги и тёмная тень от стены.

Призраки.

И что-то мне подсказывало, что они явно не собирались сопроводить меня к маяку с почётным эскортом. Скорее наоборот — превратить моё участие в “забеге” в очень короткий спринт… в сторону могилы.

Я увеличил темп, но, как назло, прозрачные уроды тоже ускорились. Идти пешком они явно не собирались — копыта гулко стучали по камню, и от этого стука в груди начало неприятно вибрировать. Казалось, будто они бьют прямо по моему сердцу.

Чем ближе они становились, тем отчётливее я видел их лица — пустые, без кожи и мышц, словно вырезанные из тумана черепа, в которых вяло тлел холодный синий огонь. Эти глаза не мигали. Никогда.

Я бросил взгляд в сторону ворот. Может, проскочить внутрь и закрыться? Но там, в полумраке прохода, уже стояли ещё десяток таких же, выстроившись плотной шеренгой.

— Отлично… — процедил я. — Финишная черта в стиле “попробуй догадайся, где сдохнуть”.

Призраки сзади скакали всё ближе, и я понял, что просто так от них не уйду. Решил рискнуть — вытащил клинок и рванул прямо на тех, что преграждали вход.

Первый удар прошёл сквозь них, как сквозь густой туман. Второй — тоже. Лезвие только оставляло за собой мутные завихрения, которые тут же затягивались. Один из них даже ухмыльнулся — ухмылка черепа, которая врезалась в память, как ожог.

В следующую секунду копьё призрака прошло в сантиметре от моего лица, оставив после себя холод, от которого заледенело всё внутри.

— Плохая идея, плохая идея… — пробормотал я, пятясь.

Меня окружали. Сзади и спереди — кольцо из прозрачных фигур, сомкнувшееся без единого звука. На секунду я почувствовал, как эта тишина давит сильнее, чем любой боевой крик.

Я сделал шаг назад, потом ещё, и рванул в бок, туда, где улицы города уходили вглубь. В следующий миг в спину ударил ледяной ветер, а за ним — ржание, от которого кровь стыла в жилах. Они гнались за мной. И уже не шли строем, а мчались, как стая охотников, каждый по своему маршруту, но все — ко мне.

Каждый поворот я проходил на пределе, но призраки будто знали город лучше меня. Иногда они появлялись прямо сбоку, из тени переулка, и мне приходилось резко менять траекторию, перепрыгивать через завалы, спрыгивать с балконов.

И всё это время я ясно понимал — убить их я не смогу. Оставался один вариант: выжить, пока не найду способ обойти их или сбросить с хвоста.

Только вот в лабиринте призраков, похоже, сбросить с хвоста могло значить одно — перестать бежать. Навсегда.

Я несся, не разбирая дороги, и почти врезался в полуобвалившуюся арку. За ней виднелся внутренний дворик, залитый бледным светом, будто луна спустилась сюда, чтобы осветить мои похороны.

Дворик казался пустым. Ни копыт, ни ледяного дыхания за спиной. Я рискнул и проскользнул внутрь, прячась за обломками колонн.

Тишина. Даже пульс в ушах стал глуше. Призраки… исчезли?

— Не верю, — пробормотал я, но всё же позволил себе перевести дух.

В центре дворика стоял каменный колодец, и от него тянуло чем-то странным. Не сыростью, как ожидалось, а чем-то… притягивающим. Словно он не воду держал, а что-то, что звало меня по имени.

Шаг. Второй. Я уже тянул руку к потрескавшемуся каменному ободку, когда воздух над колодцем дрогнул, и из глубины поднялось чёрное, как деготь, щупальце. Оно не из плоти и не из тумана — что-то среднее. И самое мерзкое — оно двигалось медленно, неторопливо, уверенное, что я всё равно не уйду.

— Ага… нашёл укрытие, — усмехнулся я, пятясь. — Прямо домик мечты.

Но позади, в арке, снова заблестели синие огни глаз. Призраки стояли стеной, не заходя во дворик. И я вдруг понял, почему они меня сюда “загнали”.

Щупальце рванулось вперёд. Я отпрыгнул, но ещё два таких же вылезли из колодца, скользя по камням, оставляя на них следы, будто ожоги.

Теперь у меня был выбор: остаться и сражаться с тем, что вылезет, или снова броситься к призракам. Прекрасная дилемма… как в детстве, когда выбираешь, кого слушаться — злую соседку или не менее злую мать.

— Ладно, — выдохнул я, сжимая оружие, — похоже, придётся играть в “убей осьминога”.

Первое щупальце ударило, и я едва успел уйти в сторону, рубанув по нему. Лезвие прошло сквозь, но на этот раз оставило рану, из которой вытекла чёрная дымка. Существо дёрнулось. Значит, его можно ранить.

Оставалось только выжить достаточно долго, чтобы придумать, как отсюда выбраться.

Щупальца били со всех сторон, и я уже начал проклинать свою тягу к “обходным путям”. Одно задело плечо — будто кто-то приложил раскалённым кочергой. Я выругался и рубанул в ответ, на этот раз заставив тварь отпрянуть.

Призраки в арке начали двигаться, медленно заходя внутрь. Видимо, их хозяин решил, что представление пора заканчивать.

— Да чтоб вас всех… — я скривился, отбивая очередной удар щупальца.