Евгений Аверьянов – Лик Первородного (страница 48)

Я присел, разрезал грудную клетку, и достал ядро.

Оно пульсировало мягким, ровным светом.

<Получено: ядро третьей ступени>

<Уровень средоточий: 59>

<До следующего уровня: 1 ядро третьей ступени>

Я сжал его в ладони. Холод. Тепло. Жизнь, перешедшая в структуру.

— Осталось ещё немного… и я узнаю, кто я такой. Или хотя бы — кем был.

— Если, конечно, не расплавишься от напряжения до этого, — с издёвкой добавил Нарр’Каэль.

Я усмехнулся.

— Ну, значит, пока жив — будем плавиться.

— Следующий храм… — протянул Нарр’Каэль, когда я добрался до подножия холма, где завершилось моё «общение» с орлом. — Храм Мудрости. Его называли Храмом Знания и Внутреннего Пути. Бог там был... Каарис. Око Сущего. Хитрый, вдумчивый, любил превращать истину в загадку. Терпеть его не мог.

— Где он находится? — спросил я, отряхивая пыль с доспеха.

— В нескольких тысячах километров оттуда, где ты сейчас стоишь. Пешком — весело. На мотоцикле было бы удобнее. Но…

Он замолчал. А потом с заметной досадой добавил:

— …но, конечно, этот мир сожрал всё, что хоть как-то работает на логике и технике. Микросхемы? Пф. Датчики? Ха. Хотя бы скутер, в конце концов. Нет. Только ты и пыльная дорога. Великолепно.

— Слушай, раз мы оба тут застряли, я предлагаю использовать это время эффективно. Поохочусь по пути, подкоплю ядер.

— Делай что хочешь, только не сдохни, пока не соберёшь маску. Хотя бы попробуй довести эту комедию до конца — будет, что потом обсудить на границе бытия.

Я кивнул.

Он, как ни странно, замолчал. Не привычно.

Может, думает о маске. А может... о сфере.

О той самой, что сейчас у меня в рюкзаке, аккуратно завернута в несколько слоёв ткани. Я не сказал ему о ней. И не собирался. Что-то внутри подсказывало — эта сфера — мой шанс. Или запасной ключ. Или спасательный круг. Но в любом случае, он не должен о ней знать. Пока.

Я двинулся на юг, к ближайшему крупному городу, что, по слухам, находился в пределах разумной досягаемости. Путь занял несколько дней. Ночёвки под звёздами, ловушки из травы, чтобы отпугнуть мелких хищников. Пару раз пришлось отбиваться — какие-то искажённые звери и мутировавшие падальщики. Один почти сорвал мне плечо, но Каэрион знал своё дело.

Вдоль дороги попадались караваны. Люди были настороженные, но не враждебные. Я не искал компаний, только спрашивал направление. Большинство указывали путь в один и тот же город.

— «Если хочешь понять, что нашёл, — иди в Кардоар. Тамошний магистр знает многое. Или делает вид, что знает», — сказал один из торговцев, протягивая мне кусок вяленого мяса.

— «Благодарю. Если он врёт — вернусь за тобой».

Он смеялся, я — нет.

И вот я добрался.

Город встретил меня молчанием заката.

Склоны, тянущиеся к западу, окрашивались в медь. Каменные дома в предместьях отражали последние лучи — тёплые, будто ласкающие, хотя ночь здесь всегда наступала быстро и беспокойно.

На фоне сияния заката стены города возвышались, как исполинская глыба. Тяжёлая, надёжная, почти вечная. Над главными вратами развевался флаг — символ непонятной мне династии: глаз на фоне спирали. Люди на подступах вели себя спокойно, без паники. Это было… странно приятно.

Я остановился у подъёма, глядя на город.

— Ну что, герой, — раздался голос Нарр’Каэля, — готов к очередной серии бессмысленных поисков, битв, загадок и смерти?

Я усмехнулся.

— Только если между ними будет ужин.

Город оказался неожиданно живым.

Я снял простую, но чистую комнату в гостинице с видом на торговую улицу. Тот редкий случай, когда стены не сыпались, а постель не скрипела, будто протестуя. Мне даже удалось помыться — горячей водой, не кипящей, не ледяной, а горячей.

На ужин подали тушёное мясо, кусок хлеба и что-то вроде вина. Ничего особенного, но после недель в дороге — настоящий пир.

Я сидел у окна, жуя медленно, прислушиваясь к голосам за соседними столами. Горожане говорили о разном.

— «В этом году урожай почти без потерь. Спасибо дождям».

— «Говорят, на границе с пустошами стражи опять выпустили несколько тварей. Но пока держат ситуацию под контролем».

— «Одна семья пропала в деревне на юго-востоке. Может, волки. Может, нечто похуже».

Люди жили, смеялись, жаловались, беспокоились о своих. В их голосах не было страха. Они привыкли. И это вызывало уважение.

И всё же взгляд невольно скользил по лицам. Среди них были женщины — красивые, ухоженные, интересующиеся. Некоторые бросали на меня многозначительные взгляды, кто-то даже улыбался. Я понимал, как это выглядит со стороны: чужак, с мечом, в потрёпанной, но всё ещё внушительной броне, в глазах огонь. История, загадка, возможно — роман.

Но внутри...

Марина.

Имя, как заноза. Словно вспоминал на ощупь. Не образ, не черты, а чувство — будто я кому-то что-то пообещал.

Может, она была моей женой? Или невестой?

А вдруг — сестрой?

Или вообще случайной попутчицей?

— Ты выглядишь, как мальчишка на балу, — хохотнул Нарр’Каэль. — Сделай лицо попроще. У великого воина могут быть и сотни жён. А могут быть сотни чужих жён, если ты особенно харизматичен.

— А если одна из них — та, кто ждёт? — отозвался я, не глядя в окно. — Если я выберу здесь — не предам ли там?

— Пф. Сила разрушает старые узы. Или очищает их. Ты узнаешь. Или не узнаешь. Главное — чтобы был жив, когда узнаешь.

Я ничего не ответил. Только допил вино, встал и ушёл в ночь, чтобы утром проснуться с ясной головой.

Утром я отправился в архив.

Местное здание знаний оказалось больше, чем я ожидал — три этажа, сотни полок, записи в свитках, книгах, кристаллах и даже чернильных пергаментах, исписанных древним почерком.

Я долго искал, спрашивал, копался. Улыбчивый архивариус, старик с глазами, как стёклышки, посоветовал раздел знаний по «Трансформации и Пределу». И он оказался прав.

Час. Два. Три. Страницы, шорох, строки. И наконец я нашёл.

Формирование ядра — процесс, сравнимый с перерождением.

Это не просто шаг в развитии. Это разделение себя прошлого и себя настоящего.

Ядро устраняет внутренние противоречия, исцеляет тело, укрепляет дух, очищает разум.

Стирает влияние внешних сущностей, одержимость, следы проклятий и паразитических структур.

Я замер.

Одержимость. Влияние.

Бог в моей голове. Нарр’Каэль.

Я перечитал это место трижды.