Эвелина Тельви – Красный лёд (страница 8)
– Аккуратно! Не так быстро!
Она поперхнулась, и её тут же стошнило желчью и остатками влаги. Ещё несколько минут она силилась что-нибудь сплюнуть.
– К врачу бы.
– Нужно поскорее показать её Наташе, – вставил первый помощник.
– До турбазы ещё далеко.
– Сам знаю, – огрызнулся Глеб. – Нам нужна вода. Андрей, ты знаешь дорогу. Возьми кого-нибудь, и возвращайтесь скорее.
– А мы?
– Перенесём её в тень автобуса. Соят о ней позаботится. – Он пристально взглянул на низкорослого помощника. – Остальным придётся остаться здесь и ждать.
– Эй! Как тебя там? Сергей! – окликнул кто-то из-за спины. – Помощь нужна!
Фотограф неохотно отвернулся от мокрой футболки. Его звал помощник Глеба – Андрей.
– Подсоби! – Тот выгружал коробку из микроавтобуса. – Чего, бабы давно не видел? Давай уж как-нибудь посдержаннее, а то… некультурно, что ли. Держи-ка дверь!
Недвусмысленное замечание несло характер насмешки. Это укололо и разозлило Сергея. Он хищно взглянул на язвительного помощника.
– Ну, почаще встречаю, чем ты в этой глуши! Тут, наверно, олени – самое близкое к женщинам, – ответил он сухо.
Андрей засмеялся во всю лужёную глотку.
– Шутник!
– Ещё бы!
– Оленей я тут не встречал, зато всяких козлов, равнинных и горных, хоть отбавляй!
– Я смотрю, ты тоже шутник, – ухмыльнулся Сергей.
– Пока что – да, а вот на высоте особо не пошуткуешь, – уже серьёзно объяснил тот.
Во фразе отчётливо прозвучало некое предупреждение.
– Что со мной было? – слабо выговорила Серафима.
– Обморок, – коротко объяснил китаец. – Ничего страшного.
– Можно отправить меня домой? – плачущим голосом попросила она.
Китаец ничего не ответил. Тот вообще сделал вид, что не слышал её. Девушка поняла, что защиты ждать не от кого.
Её муж стервятником нарезал круги, выжидая, когда жертва, наконец, издохнет, чтобы на правах вожака этой стаи выклевать из неё самую нежную плоть. Каждый раз он внимательно вглядывался в лицо жены, чтобы в чём-то удостовериться, затем продолжал коротать растянувшееся время по новому кругу.
– А где Сергей? – взволнованнее, чем сама хотела, задала вопрос Сима.
Блуждающие зрачки китайца застыли. Несколько секунд, и они уже пялились на неё. Выражение его лица вовсе не изменилось, но задержавшийся взгляд вынудил девушку съёжиться.
«Глеб, ты ублюдок! Ты последняя задница! Как я жила с тобой и не заметила, какая же ты сволочь?» – выругалась про себя Серафима. – «Мечтаешь замучить? Хочешь, чтобы я умоляла? Валялась у твоих ног? Не дождёшься! Да я лучше отправлюсь в ад, чем ещё раз что-нибудь попрошу у тебя! Будь ты проклят, чудовище! Я выживу и разведусь с тобой сразу, как только вернёмся!» – яростно выкрикивала она в своих мыслях.
– Идут!
Альпинисты повставали с раскалённой земли. По лицам читалось, насколько каждый из них был измучен. Каждый грезил о заветном глотке чистой воды, но никто не решался высказаться вслух, будто другие могли счесть это за слабость и не подать руки в следующий раз.
Двое мужчин несли по две больших пластмассовых колбы, наполненных прозрачной, звонко плещущейся водой.
– Иди, полей из одной нашу принцессу. Остальное – под сидения, – самоуверенно, точно приказывая, указал Сергею помощник.
Лицо фотографа окрасилось в коралловый оттенок. То ли от палящего солнца, то ли от неудобного положения, в какое он попал. Ему вообще здесь было нечего делать. Он не альпинист, не собрат им по духу. Он портретный фотограф, очевидно, по ошибке отправленный с журналисткой, с которой он трахается в коттедже её глупенького муженька. Он вернётся и заявит редактору, что больше не согласится на рискованные командировки, пускай ему и предложат солидный гонорар из денег этого предводителя чокнутых скалолазов.
Сергей наклонился и принялся осторожно выливать прохладную жидкость на грудь девушки. Серафима скорчилась от жжения холодной воды. Заново прорезались высокие соски через лёгкую мокрую ткань. В его горле досадно заклокотало от желания присосаться к ним, слизывая каплю за каплей живительной влаги, мечтая напиться из божественного источника.
«Серёжа!» – послышалось где-то далеко, за туманом чудесного видения – Серафима почти шёпотом его позвала.
Фотограф попытался сфокусировать взгляд на лице девушки.
– Послушай! Нам надо возвращаться! Пожалуйста, поговори с Глебом, убеди отвезти нас в город! Мне нужно в больницу!
– Почему я? Ты его жена!
От таких слов Сима растерялась.
– Глеб меня ненавидит! Он это делает только назло мне! – вновь попыталась объяснить она.
– Так извинись перед ним! Или чего он там хочет? Ты ведь женщина. Поплачь там, надави на жалость, припугни или соври! В общем, придумаешь что-нибудь. – Её любовник выглядел рассерженным, будто все его неприятности сводились к Симе. – Я тоже, знаешь ли, не в восторге от этой компании дикарей, но меня он точно не послушает!
Ей показалось, что в неё заливают раскалённую ртуть. Переполненный отравляющим сплавом мешочек желудка лопнул, и опасный металл растекался по телу, причиняя ей страшные муки.
Девушку ещё раз стошнило.
Альпинисты сочувственно глядели в сторону корреспондентки.
– Глеб, может, вернёмся?
Серафима открыла глаза. Вопрос, очевидно давно зревший в умах, всё-таки озвучил один из альпинистов.
Её муж стоял к ним спиной. Широко расставивши ноги, он смахивал на хозяина алтайских хребтов. Может, хотел разглядеть край земли, подвластной ему одному? А, может, всё-таки было стыдно смотреть в болезненное лицо когда-то любимой женщины, ожидавшей его оправдательного вердикта.
– Мы продолжим путь! – громко ответил он.
За шиворот покатились вероломные слёзы. Они её выдадут! Уныние и меланхолия тяжким камнем легли на живот. Голова раздулась сальным пузырём. Руки и ноги исчезли – их вовсе было не жалко. Только слёзы… Их липкий след не должен оказаться замеченным её мужем. Слёзы слабости – пусть они высохнут! Пусть…
– Она без сознания? – опасливо спросил один из альпинистов.
– Нет, она спит. Устала, – на ломанном русском ответил Соят.
Глеб быстро повернулся к ним.
– Все рассаживаются по местам. Надо ехать. По пути будет деревня – там наберём ключевой воды.
– А эта? – Кто-то показал на полупустую бутыль.
– В ней слишком много солей. Нельзя! – объяснил за приятеля Соят.
– Вот. – Протянул свою руку Андрей, первый помощник.
Сухая ладонь была покрыта белым налётом, словно только что стирала с доски школьный мел.
– Идите! Поторопимся! Я сам её отнесу, – обратился к мужчинам Глеб.
Он аккуратно, стараясь не потревожить целительный сон девушки, поднял её и внёс в кабину автомобиля. Хрупкое болезненное тело легко уместилось на широком сдвоенном кресле, здесь она сможет немного отдохнуть.
– Соят, за руль сяду я. – Проводник подошёл к смуглому второму помощнику. – Присмотри за ней.
– Зачем ты притащил её сюда?
– Она журналистка. Она здесь, чтобы взять интервью.
– Кого ты обманываешь? Я видел, как ты смотрел на неё. Она – твоя жена.
– Какое тебе дело? Она тут не поэтому!
– Поэтому! – перебил его друг. – Ты пытаешься что-то доказать! Себе или ей?