Эвелина Тельви – Красный лёд (страница 5)
«Дерзкая барышня!» – подмечаю себе.
– Оглядываешься. Боишься этого «человека»?
Как ей удаётся с таким простодушием задавать мне столь личные вопросы?
Для неё они ничего не значат, она не замечает гадкий контекст.
Её счастье.
– Нет, я не боюсь «человека», – невыразительно отвечаю я ей, избегая развивать тему.
Нет, искра любопытства в ней не потухла. Я делаю вид, что не замечаю напряжения в лице от множества вопросов, терзавших её.
Что такое страх по сравнению с муками совести? Я не боюсь страха – давно научился контролировать адреналин. Но выгрызающий изнутри стыд неумолимо подтачивает меня с новой силой, когда по воле коварного случая рискую наткнуться на призрак из прошлого.
– Выпьем? – Указывает она на стойку.
– Решила за мной поухаживать? – подтруниваю над ней.
Смущается. Она не знает, как ей вести себя рядом со мной.
– Я думаю, с моей стороны было бы невежливым позволить потратить тебе все сбережения на стопку виски и клюквенный «Космополитен». – Подмигиваю ей. – Сам закажу.
Медленно продвигаемся вдоль океана человеческих тел. Наконец, приближаемся к бару.
– Что будешь пить?
Она разглядывает винную карту и неожиданно густо краснеет.
– Может, полбокала шампанского с апельсиновым соком? – лепечет она. Я еле расслышал.
Заказывает самое дешёвое.
И тут понимаю, что за ней никто никогда не ухаживал.
Девушки не смотрят на цену, если их угощают, ведь они расплачиваются с мужчиной своим обществом. Моя спутница уверена, что не может тратить мои деньги.
Догадка меня удивляет и смешит одновременно. Её замешательство выглядит нелепо. Загляни она сюда одна или с подругой, два десятка мужчин выстроились бы наперебой угощать её. И она не догадывается об этом…
Мысль о неискушённости этой девушки меня взволновала.
Она не знает себя… не знает, какой неизгладимый эффект производит.
Я не хочу, чтобы она оставалась в неведении.
– Коктейль «Эсмеральда» и 50 грамм односолодового! – кричу бармену.
Мы не знакомы. К счастью, он недавно работает.
Поворачиваюсь к ней:
– Не думай ни о чём! Просто расслабься!
Опять этот взгляд неприкрытого восхищения.
Мы соприкасаемся краями стекла в незамысловатом тосте. Пятьдесят грамм упали в желудок, согревая тело, стряхивая напряжение с нервов.
Её порхающие улыбки и кокетливая игра ресниц заставляют меня почти забыть о тяжком грузе из прошлого. Я снова чувствую в себе силы жить. Она рядом, и мне хочется верить, что всё будет в порядке, ничего ужасного и не происходило со мной никогда! Она здесь и сейчас – настоящая, а всё то – больной сон.
– Смотри, смотри! – Её бархатно-янтарные глаза устремляются к сцене.
«Северные Драконы» вступают на помост. Неприметные гитары с обшарпанной эмалью не могут обмануть публику. В руках настоящего профессионала любая доска запоёт райской пташкой.
Басист, барабанщик. Выносят лютню – главный козырь скандинавской рок-группы.
Всё начнётся сейчас.
Ожившая музыка заполняет собой шумный зал. Приветственная, лихая, она заставляет сердце биться в такт барабанам. Свист и аплодисменты одобрительно поднимаются над музыкантами. Они отдаются лейтмотиву и влюбляют в себя всех, кто их слышит.
Звучит следующая композиция. Моя юная красавица допивает коктейль и визжит от восторга. Я складываю пальцы нужным образом и издаю оглушающий ликующий свист. Мне мерещится, что я и сам часть этой музыки, что без меня невозможно извлечь задиристые аккорды из электрогитары. Мы все связаны здесь: мелодия, музыканты, посетители, я, моя спутница, её обволакивающий взгляд и влюблённые губы, шепчущие мне на ухо слова упоения.
Но ещё красноречивее выражается её тело…
Медленный гипнотический транс кружит голову – незнакомая мне следующая музыкальная зарисовка электризует воздух необычайными сочетаниями образов и звуков.
Я ощущаю, как замедляется время. Я слышу стук её сердца. Я вижу испарину в ложбинке на её шее.
Она танцует.
Бёдра причудливо играют волнами из стороны в сторону, и корпус мягко прогибается. Длинные пряди волос истекают вдоль спины. Я устал гадать, как назвать этот цвет: не русый, не рыжий, не белокурый. Распущенные светлые локоны тягуче проливаются пьяным котлом вязкого золотистого мёда. Мёд… словно пряный горячий мёд… Она так близко ко мне, что я улавливаю запах её кожи… и растворяюсь в нём…
Наклоняюсь поцеловать её. Я умру, если не поцелую.
Она тянется ко мне очень медленно, не прекращая вырисовывать чувственные фигуры прекрасным телом. Она играет на моём желании, но она не знает, как это может быть опасно: я привык выигрывать главный приз. А с ней… с ней… я не могу идти до конца. Она юна и не готова… Соблазнительна… аппетитна… Не могу себя остановить…
Я почти касаюсь её губ.
Стоп! Что-то не так… Ощущаю тяжёлый взгляд мне в затылок. Резко оборачиваюсь – так и есть!
Мы узнали друг друга. Молча, как два заматерелых хищника.
Моя златовласка растерянно мечет взор то на меня, то на мою старую знакомую.
– Кто она? – слышу осторожный вопрос.
Я не отвечаю. Прокручиваю возможные последствия сложившейся ситуации. Я знаю, чем всё кончится. В голове мгновенно возникает решение.
Знакомая уже растворилась в толпе. Но она вернётся. Очень скоро.
– Ты должна уйти! Сейчас же! – быстро шепчу своей красавице.
– Что?! Я не хочу уходить! – Она хватается за мой рукав.
– Поверь: ты должна уйти отсюда как можно быстрее!
– Объясни мне, что происходит?! – Теперь она ещё лихорадочнее вцепляется в мою руку.
– Мне придётся кое с кем встретиться. – Прочёсываю зал в поисках лица той женщины. – А ты бери такси и уезжай!
– Встретиться с ней? – спрашивает она, уязвлённая.
Господи! О каких глупостях она думает!
Чёрт! Тянем время! Слишком много неуместной мелодрамы!
– Ты слышала меня? – понижаю голос. – Проваливай отсюда!
– Но… – Она отшатывается, словно я ударил её.
– Пошла вон! – кажется, я рычу. – Живо!
Краем зрения замечаю ту, другую. Она быстро приближается, идя вслед за… Вот дерьмо! Да уж, вечер обещает много интересного…
А моя юная студентка всё ещё стоит рядом со мной. Меня раздражает её детское упрямство. Я грозно поворачиваюсь к девчонке и вижу, как в янтарных глазах набухают пухлые слёзы. Она обречённо пятится, но через несколько шагов срывается и стремглав мчится к выходу, подальше от меня и от этого места.
Теперь я вздыхаю спокойно.
– Куда ты подевал свою куколку?