Эван Хантер – Пух и прах (страница 42)

– Куча патрульных погибла при исполнении, – заметил Карелла.

– Это да, конечно, само собой. Я просто хочу сказать, что этого не ждешь.

– Не ждешь, что это случится с тобой? – уточнил Стивен.

– Ну да.

В палате повисло молчание.

– Да, когда тебя ранят, это очень больно, – наконец промолвил Дженеро. – Жду не дождусь, когда меня выпишут. Мне так хочется поскорей вернуться на службу.

– Ты с этим не торопись.

– А тебя когда выписывают?

– Думаю, завтра, – отозвался Карелла.

– Чувствуешь себя нормально?

– Да, у меня все в порядке.

– Тебе ребра переломали? – сочувственно произнес Дженеро.

– Ага. Три штуки.

– А еще и нос свернули.

– Ага.

– Хреново, – с чувством произнес Дженеро. – Но ведь ты все-таки детектив.

– Угу, – не стал спорить Карелла.

– А еще, когда ребята пошли тебя навестить, я за них дежурил в следственном отделе, – вдруг сказал Дженеро. – Это было до того, как меня подстрелили. До ранения.

– Ну и как тебе? – расплылся в улыбке Стивен. – Правда, дурдом?

– Да я бы не сказал, все прошло гладко, – ответил патрульный. – Само собой, приходится многому учиться, но это не беда. Тут главное – руку набить.

– Это верно.

– Сэм Гроссман звонил. Мы с ним долго разговаривали.

– Сэм славный малый, – кивнул Стив.

– Ага, он из лаборатории судебной экспертизы, – пояснил Дженеро. – Мы обсуждали с ним записки, которые прислал преступник. Сэм действительно славный малый.

– Точно.

– А потом пришел один паренек – принес очередную записку от вымогателя, и я его задержал. Не отпускал, пока не вернулись ребята. Одним словом, у меня все прошло как надо.

– Не сомневаюсь, – кивнул Стив.

– Если решил посвятить жизнь полиции, надо работать на совесть, не жалея сил, – промолвил Дженеро.

– Это конечно, – согласился Карелла. Он встал, чуть поморщившись от боли. – Ладно, вижу, что с тобой все в порядке. Это здорово. Я, пожалуй, пойду.

– Да, я уже иду на поправку, – благодарно улыбнулся Дженеро. – Спасибо, что заглянул.

– Не за что, – улыбнулся ему в ответ Стивен и двинулся к двери.

– Когда выйдешь на работу, передавай от меня привет, хорошо? – Увидев озадаченный взгляд Кареллы, Дженеро тут же пояснил: – Ну, всем ребятам. Коттону, Хэлу, Мейеру и Берту. Короче, всем, кто сидел со мной в засаде.

– Не вопрос, – кивнул Карелла.

– Спасибо, что заглянул…

– Да ладно тебе.

– Стив… – начал было Дженеро, но Карелла уже вышел.

Адвоката Ди-Филиппи звали Ирвинг Баум.

Он примчался в следственный отдел слегка запыхавшимся и первым делом спросил у детективов, зачитали ли они клиенту его права. Удостоверившись, что полицейские все сделали по закону, адвокат коротко кивнул, снял коричневую шляпу и утепленное пальто, аккуратно положил их на стол Мейера, после чего спросил детективов, что, собственно, происходит. Баум оказался привлекательным мужчиной с седой шевелюрой и такими же седыми усами. Карие глаза доброжелательно смотрели на окружающих. Адвокат обладал манерой, слушая кого-нибудь, постоянно едва заметно кивать, будто бы подбадривая собеседника и соглашаясь с ним. Мейер в сжатой форме объяснил Бауму, что полиция не собирается предъявлять Ди-Филиппи каких бы то ни было обвинений. Стражам закона нужны лишь кое-какие сведения, которыми располагает Доминик. Баум решил, что у его клиента нет никаких оснований отказывать полиции в помощи, и потому, повернувшись к Ди-Филиппи, произнес:

– Ладно, Доминик, ответь на их вопросы.

– Хорошо, мистер Баум, – послушно кивнул Ди-Филиппи.

– Назовите, пожалуйста, полностью вашу фамилию, имя и адрес, – приступил к делу Мейер.

– Доминик Америко Ди-Филиппи, адрес: Андерсон-стрит, триста шестьдесят пять, Риверхед.

– Род занятий?

– Я ведь вам уже говорил, – чуть нахмурился Доминик, – я музыкант.

– Прошу прощения, – вмешался Баум, – вы что, допрашивали моего клиента до того, как я приехал?

– Сбавьте обороты, господин адвокат, – спокойно произнес Мейер, – мы просто спросили, чем он зарабатывает себе на жизнь.

– Та-а-ак, – протянул Баум, склонив голову набок, будто бы раздумывая, можно ли озвученный факт отнести к нарушению закона. – Что ж, ладно. Пожалуйста, продолжайте.

– Возраст? – вернулся к допросу Мейер.

– Двадцать восемь лет.

– Холосты? Женаты?

– Холост.

– Кто ваш ближайший родственник?

– Прошу прощения, – снова вмешался Баум, – может, вы сразу перейдете к делу? Зачем все эти вопросы? Для бюро статистики?

– Мистер Баум, – мягко произнес Уиллис, – вы адвокат, клиент под вашей опекой, так что прошу вас, не беспокойтесь. Ди-Филиппи еще не сказал ничего такого, чтобы загреметь за решетку. По крайней мере, пока.

– Мы действуем согласно стандартной процедуре, – добавил Мейер. – Думаю, вы в курсе.

– Хорошо-хорошо, – выставил ладонь Баум, – продолжайте.

– Итак, ваш ближайший родственник? – повторил вопрос Мейер.

– Отец. Анжело Ди-Филиппи.

– Род занятий?

– Каменотес.

– Редкая профессия в наши дни, – покачал головой Мейер.

– Ага, – кивнул Ди-Филиппи.

– Слушай, Дом, – прищурился Уиллис, – а что тебя связывает с Тони Ла-Бреской?

– Он мой друг.

– С какой целью вы сегодня встречались?