Эван Хантер – Ненавистник полицейских. Клин. Тайна Тюдора. (страница 43)

— Мы знаем факты, нам известны средства, — сказал Сэвидж. — Но каков же мотив преступления?

— Любому полицейскому во всем городе хотелось бы получить ответ на этот вопрос, — ответил Карелла.

— Маньяк, наверное.

— Может быть.

— А вы так не думаете?

— Нет. Но некоторые из нас думают. Я — нет.

— Почему нет? .

— Просто так.

— На это есть причины?

— Нет, просто интуиция. Когда поработаешь какое-то время над расследованием дела, то интуитивно выстраивается версия. Я просто не верю, что это дело рук какого-то маньяка.

— А что вы предполагаете?

— Ну, у меня есть несколько соображений.

— Например?

— Лучше я не буду сейчас рассказывать.

— Ну, пожалуйста, Стив.

— Послушайте, работа полиции такая же, как и всякая другая работа, за исключением того, что мы имеем дело с преступлениями. Если вы занимаетесь делами импорта — экспорта, то в этой области у вас вырабатывается определенная интуиция, а в других областях ее нет. То же самое и у нас. Если вы обладаете интуицией, йы не рискнете вступать в крупную сделку, пока не проверите свои предположения.

— Так у вас есть предположение, которое вы хотите проверить?

— Даже не предположение. Просто мысль.

— Какая же мысль?

— По поводу мотива.

— И что же насчет мотива?

Карелла улыбнулся. — А вы довольно настырный парень, а?

— Я хороший репортер. Уже говорил вам это.

— Ну хорошо, считайте так. Эти люди были полицейскими. Все трое убиты один за другим. Какой вывод напрашивается?

— Кому-то не нравятся полицейские.

— Правильно. Ненавистник полицейских.

— Так?

— Снимите с них униформы. Что остается в таком случае?

— На них не было униформ. Никто из них не был в униформе полицейского.

— Знаю. Я просто образно выразился. Представьте их обычными гражданами. Не полицейскими. Что получится тогда? Определенно, что это вовсе не ненавистник полицейских.

— Но ведь они были полицейскими.

— Прежде всего они были мужчинами. Полицейскими только по совпадению и во вторую очередь.

— Тогда вы предполагаете, что они убиты совсем не потому, что были полицейскими.

— Возможно. Именно это я и хочу раскопать.

— Не уверен, что понимаю вас правильно.

— Но это именно так, — сказал Карелла. — Мы хорошо знали этих людей, мы работали с ними каждый день. Мы знали их только как полицейских. Мы не знали каждого как конкретного человека, возможно, они были убиты потому, что были мужчинами, а не потому, что были полицейскими.

— Интересно, — задумчиво произнес Сэвидж.

— Это значит, что надо более подробно изучить их личную жизнь. Ничего развлекательного в этом не предвидится, поскольку убийство обладает странной особенностью вытаскивать скелеты из самых чистоплотных клозетов.

— Вы хотите сказать… — Сэвидж помолчал. — Ну, скажем, Реардон встречался с другой женщиной или Фостер был любителем грубых шуток, или Буш собирал деньги от рэкетеров, ну что-то вроде этого.

— Грубо говоря, да.

— Таким-то образом их деловые или семейные отношения были связаны, вероятно, с одним и тем же человеком, который по разным причинам хотел, чтобы все они умерли. Это вы хотите сказать?

— Немного сложновато, — ответил Карелла. — Я не уверен, что эти смерти связаны так сложно.

— Но мы же знаем, что всех троих убил один и тот же человек.

— Мы почти уверены в этом.

— В таком случае есть определенная связь между этими убийствами.

— Да, конечно. Но, возможно… — Карелла пожал плечами. — Трудно обсуждать эти вопросы с вами, поскольку я не уверен, что сам знаю, о чем говорю. У меня есть только предположение. И больше ничего. И сводится оно к тому, что мотив убийств может скрываться гораздо глубже, чем говорят те бляхи, которые носили эти мужчины.

— Понимаю, — Сэвидж вздохнул. — Ну, вы можете утешить себя знанием, что у каждого полицейского в городе, вероятно, имеется свое соображение по поводу решения этой трудной задачи.

Карелла кивнул, не совсем соглашаясь с Сэвиджем, но не желая ввязываться в длинную дискуссию. Ои посмотрел на часы.

— Мне пора, — сказал он. — У меня свидание.

— С вашей подругой? Как ее зовут? _г

— Тэдди. Полное имя Теодора.

— Теодора… Как ее фамилия?

— Франклин.

— Прекрасно, — сказал Сэвидж. — Это серьезно?

— Вполне серьезно.

— Эти ваши соображения, — проговорил Сэвидж, — насчет мотива. Вы их уже докладывали начальству?

— Нет. Вы ведь не говорите о каждом осеняющем вас вдохновении. Вы сначала взвесите его со всех сторон, а потом, если увидите что-либо обнадеживающее, придаете вашей идее законченную форму.

— Согласен. Вы это уже обсудили с Тедди?

— Тедди? Нет, еще нет. _ч

— Думаете, она будет за это?

Карелла смущенно улыбнулся и сказал — Она считает, что неверного шага я не сделаю.

— Похоже, она замечательная девушка.

— Самая замечательная. И лучше я пойду к ней, иначе потеряю ее.

— Конечно, — понимающе ответил Сэвидж. Карелла снова взглянул на часы. — А где она живет?

— В Риверхеде, — ответил Карелла.