Эван Хантер – Ненавистник полицейских. Клин. Тайна Тюдора. (страница 41)
— Чисто выбрит?
— Да. То есть, вы хотите спросить, носит ли он бороду?
— Да.
— Тогда да, он был без бороды.
— Носит какие-нибудь кольца?
— Нет, насколько я заметил.
— Майка?
— Без майки.
— Не могу сказать, что я его осуждаю за это в такую жару. Не возражаете, если я позвоню, док?
— Пожалуйста. Вы думаете, это тот самый человек?
— Надеюсь, — ответил Виллис. — Надеюсь, что это так.
Когда человек нервничает, он потеет — даже если температура и не доходит до девяноста градусов.
На кончиках пальцев имеются поры потовых желез, и вещество выделяемого секрета содержит 98,5 % воды и 0,5–1,5 % твердого вещества. Оно распадается почти на одну треть неорганического вещества — главным образом, соли — и на две трети органических веществ, таких как мочевина, альбумин, муравьиная, масляная и уксусная кислоты. Частицы пыли, грязи, жира прилипают к секрету, выделяемому кончиками пальцев человека.
Пот, смешиваясь с любыми веществами, прилипающими к пальцам в данный момент, оставляет тонкий отпечаток на всех предметах, к которым прикасается человек.
Предполагаемый убийца случайно прикоснулся к гладкой хромированной поверхности планок под столом в кабинете доктора Расселла. А один из специалистов технической экспертной группы посыпал невидимые отпечатки пальцев черным порошком, лишнее количество которого оказалось на листе бумаги. Отпечатки легонько расчистил кисточкой из страусиного пера, затем сфотографировал.
Получилось два четких отпечатка больших пальцев обеих рук, которыми подозреваемый нажал на поверхность планки. Отчетливо также были видны отпечатки второй фаланги пальцев обеих рук на нижней поверхности планки.
Отпечатки были посланы в Бюро опознания. Тщательный поиск нужной документации, произведенный там, оказался безрезультатным, и отпечатки были отосланы в Федеральное Бюро Расследования, а детективам опять оставалось ожидать результатов.
А тем временем художник полиции отправился к доктору Расселлу. По словесному описанию доктора он начал набрасывать портрет подозреваемого, по ходу делая поправки, на которые указывал доктор Расселл. — Нет, нос немножко длинноват. Да, так лучше. Попробуйте слегка изогнуть линию губ вот здесь. Да, да, вот так. — И наконец художник принес готовый портрет, соответствующий описанию внешности того мужчины, которого осматривал доктор Расселл. Фотокопии, портрета с приложением словесного описания разыскиваемого разослали во все ежедневные газеты и студии телевидения каждого района города.
А тем временем детективы ждали заключения ФБР по своему запросу. Ждали они и на следующий день.
Виллис рассматривал рисунок, опубликованный на первой полосе одной из утренних газет.
Заголовок кричал: «Вы не видели этого человека?>
— А он неплох собой, — заметил Виллис.
— Симпатяга Краяк, — ответил Карелла.
— Нет, я серьезно.
— Он, может, и красавец, но все равно сукин сын, — сказал Карелла. — Чтоб у него рука отсохла.
— Очень даже может быть, — сухо произнес Виллис.
— Где же это чертово заключение ФБР? — спросил Карелла раздраженно. Он все утро отвечал на телефонные звонки жителей города, якобы встречавших убийцу. Каждый звонок, безусловно, должен проверяться, но вряд ли можно было видеть одного и того же человека одновременно во всех точках города. — Наверное, эти нищие быстро бегают.
— Похоже, — ответил Виллис.
— Пойду проверю у лейтенанта.
— Иди, — сказал Виллис.
Карелла подошел к двери лейтенанта. Постучал, и Бирнс ответил — Входите. — Карелла вошел в кабинет. Бирнс разговаривал по телефону. Он жестом показал, чтобы тот подождал, потом кивнул и сказал:
— Но, Гарриет, я ничего не вижу в этом плохого.
— Да, но…
Карелла подошел к окну и стал смотреть на парк.
— Нет, я не вижу никакой причины для…
— Гарриет, отпусти его, — попроси^ Бирнс. — Он хороший мальчик и ни в какие неприятности не попадет. Послушай, даю слово. Ради бога, отпусти, ведь это только парк аттракционов.
Бирнс вздохнул, не теряя надежды.
— Ну хорошо. — Он слушал. — Я еще не уверен, дорогая. Ждем заключения ФБР. Когда пойду домой, позвоню, дорогая. Нет, ничего особенного. Слишком жарко, есть не хочется. Да, дорогая, пока.
Он положил трубку. Карелла отошел от окна.
— Вот женщины, — добродушно сказал Бирнс. — Мой сын хочет пойти с ребятами сегодня вечером в Джолиленд. А она не хочет. Не понимает, почему он решил пойти среди недели. Она говорит, что читала в газетах о том, что ребята ввязываются в драки с другими парнями в этих местах. Но ведь это парк для развлечений. А нашему ребенку уже семнадцать.
Карелла вздохнул.
— Если будешь сторожить их каждую минуту, они будут чувствовать себя как заключенные. Ну какие могут быть причины для драк в таком месте? Ларри достаточно умен, чтобы избежать неприятностей. Он хороший парнишка. Вы видели его, Стив?
— Да, — ответил Карелла. — Он производит впечатление уравновешенного парня.
— Конечно, вот и я то же самое сказал Гарриет. А, эти женщины вечно готовы держать нас под своим крылыш- * ком. Нас растит одна женщина, когда мы взрослеем, то переходим в руки другой.
Карелла улыбнулся, — Не иначе как тайный заговор, — сказал он,
— Вот и я иногда так думаю, — согласился Бирнс. — Но что бы мы без них делали, а? — Он грустно покачал головой, человек, зажатый между двумя жерновами социальной структуры.
— Ничего нет еще от ФБР? — спросил Карелла.
— Нет, еще ничего нет. Господи, я уже молю, чтобы нам повезло.
— Ммм.
— Мы заслужили удачу, так ведь? — спросил Бирнс. — Мы ведь прямо в землю врылись. Мы заслужили, чтобы нам по' езло.
В дверь постучали.
— Войдите, — сказал Бирнс.
В комнату вошел Виллис с конвертом в руках. — Только что получено, сэр, — пояснил он.
— ФБР?
— Да.
Бирнс взял конверт. Торопливо оторвал клапан конверта и вынул сложенный листок.
— Проклятье! — взорвался он. — Дьявол и проклятье!
— Неудача?
— У них нет никаких данных о нем! — кричал Бирнс. — Проклятье! Черт подери!
— Даже в учетно-служебной документации нет его отпечатков? .
— Ничего. Сукин сын этот «4-Ф»!
— Мы знаем все об этом типе, — возмущенно произнес Виллис и зашагал по кабинету. — Мы знаем, как он выглядит, мы знаем его рост, вес, группу крови, когда он в последний раз стригся, даже размер его прямой кишки! — Он с силой ударил кулаком одной руки о ладонь другой.
— Единственное, чего мы не знаем, кто же он такой! Кто он, черт бы его взял, кто же он?
Ни Карелла, ни Бирнс не ответили.