Ева Винтер – Забытый принц (страница 42)

– Вы не помните меня, – не спросила я, а сделала горький вывод. – И того мужчину тоже не помните?

– Белинги не нападали на людей уже более двадцати лет, – очень осторожно пояснил мужчина. – Может, пройдете в дом? А то ночь на дворе. Хотите, моя жена заварит вам травяной отвар?

Я не хотела травяного отвара. Я хотела перестать ощущать комок иголок в горле.

Надо было попросить фонарь и уйти, не было никакого смысла продолжать стоять на пороге и пытаться понять, почему люди в этом городе начали терять память обо мне, словно это я была проклятым принцем из рассказанной Эриданом сказки.

– Могу я… – начала я, но договорить не успела.

Глаза собеседника уставились на что-то за моей спиной и потеряли всякое выражение, как если бы он вдохнул дурмана. И в следующую же секунду дверь с грохотом захлопнулась у меня перед носом.

Наступила тишина.

– Какого демона? – прошептала я запертой двери, абсолютно не понимая причин такой открытой демонстрации негостеприимства, хотя еще мгновение назад мне предлагали травяной чай.

Задумчиво осмотрелась по сторонам, прикидывая, каким образом доберусь до проклятого моста, если мой магический огонек померкнет на половине пути. Простят ли мне жители дома, если я отковыряю этот милый фонарь, что очень кстати висел над входной дверью?

Я потянулась за искомой вещицей и, сняв фонарь с вбитого в стену крюка, радостно прижала к груди.

– Смотрю, вы тоже на досуге подворовываете? – раздался голос за спиной.

Я вздрогнула, едва не выронив источник света, и обернулась.

– Прогуляемся? – сверкнул улыбкой золотоглазый принц-вор.

Из моей груди вырвался рваный судорожный выдох.

– Тьма вас побери! – прошипела я. – Вы напугали меня до одури! Бездна! И что вам во дворце не сидится, Ваше Высочество? За каким демоном вы по лесу ночью бродите? Подворовываете еду в огородах у крестьян?

– Вообще нет, но идея неплохая. У тебя, как я вижу, уже есть неплохой опыт, – он кивнул на фонарь в моих руках.

Я раздраженно закатила глаза. Внимательный взгляд принца уцепился за мои изрезанные запястья. Он насмешливо бросил:

– Ты пыталась отрезать себе кисти? Какой смелый ход.

– Знаете что… у меня нет настроения для словесных дуэлей! Так что прошу меня простить.

Я обогнула принца и с самым деловым видом направилась в сторону реки, но, сделав пару шагов, остановилась как вкопанная. Сознание царапнула едва ощутимая догадка. Я медленно повернулась, снова глядя на собеседника, но теперь уже словно под другим углом. Мужчина глядел на меня своими странными золотыми глазами. И к его красивому лицу была приклеена самая самодовольная улыбка, какую я когда-либо видела. И будь я проклята, но от нее сквозило угрозой.

– Вы помните меня. – Я нащупала краешек нити и вцепилась в нее крепче, чтобы размотать клубок опутавших меня загадок.

– К счастью. Или к несчастью. Я пока не решил.

Не обращая внимания на его сарказм, я продолжила:

– Но вас никто не помнит.

– Хм… – Он сделал вид, что задумался.

– О новом принце не шепчутся на улице прохожие, в газетах о нем не написали, и даже моя семья не обсуждала внезапное появление такой необычной персоны!

– Бывает. – Он пожал плечами. – Не все принцы врезаются в память.

– Вы стерли память о себе у всего города, – выдала я, сама не веря в свои слова.

– Это не самое худшее, что я делал.

– Вы стерли память еще и обо мне. У некоторых…

– Каюсь.

– Вы стерли память о нем…

– Ох, тебя послушать, так чего я только не натворил. Просто ужас. И где только нашел столько времени?

Мои глаза подозрительно сощурились прежде, чем я произнесла:

– Вы не принц!

Золотоглазый одобрительно кивнул.

– Какое на редкость сообразительное создание, – снисходительно обронил он. – А теперь, если ты закончила с демонстрацией дедукции, то нам пора. Не хочу пропускать представление.

И раньше, чем я успела хоть что-то ответить, он взял меня за локоть, и мы исчезли в сгустке теней.

Воронка портала закрылась за спиной, как только я вышел у берега реки. Свет луны и звезд падал бликами на водную гладь. Отсюда открывался отличный вид на Проклятый Мост. Вскоре ночь Кровавой Луны наберет силу и окрасит все в алый. Тогда иллюзии будут сброшены, и за мостом возникнет водный дворец.

Туригэлла бросила на меня свирепый взгляд и прошипела:

– Я лучше выберу забвение, чем сдамся! Да я лучше умру! Да я…

– Ты и правда умрешь. Но дело будет далеко не в том, что ты выбрала.

Она вздрогнула и испуганно захлопала глазами. От прежней спеси не осталось и следа, так же как от желания расстаться с жизнью. Так всегда происходит с людьми. Можно сколько угодно говорить о смерти, но стоит почувствовать ее близость, как никто уже не хочет принимать ее объятий, какой бы паршивой не была их жизнь.

Я надел на шею Туригеллы «Поглотитель души».

– Нет, – выдохнула она, но этот маленький протест не имел никакого значения.

Повинуясь моей магии, ноги девушки пришли в движение, ведя ее к воде. И осознание неизбежного обрушилось на нее, вводя в панику.

– Нет! Нет! Не делай этого! Не делай этого! – кричала она, пытаясь остановиться, но не в силах подавить силу, что тянула ее к воде.

Все всегда кончалось именно так: криками, всхлипами и мольбами. Особенно в тех случаях, когда начиналось с угроз или иных пламенных речей.

Послышался всплеск, когда ноги Туригеллы сделали первый шаг в воду. Затем еще один.

Она хныкала, точно девчонка, продолжая умолять меня остановиться. Но я не мог этого сделать. Да и не очень-то хотел, если уж быть совсем откровенным. Туригелла была единственной, кого мне было абсолютно не жаль.

Девушка барахталась, швыряя в сторону брызги, размахивала руками, но это была битва, которую она не могла выиграть. Сопротивление ее становилось все слабее и слабее, пока девушка окончательно не затихла.

«Поглотитель души» полыхнул белым, оповещая о том, что запер в себе душу девушки. А на берегу прямо из воздуха появился букет полевых цветов и роза – магия Райндхарда. Я понятия не имел, для чего это нужно, и, если честно, не особо интересовался, стараясь, в принципе, не искать лишних тем для разговора с богом.

Как и всегда, я поместил розу с числом своей жертвы в центр букета и шагнул в реку. Перевернув тело Туригеллы на спину, я зажал в ее руках букет и снял с шеи артефакт, в котором теперь была ее душа.

Шестьсот шестьдесят пятая.

Осталось всего одна. Всего одна душа, и мое проклятье будет снято.

Я должен был испытывать по этому поводу радость, но во мне не было даже намека на нее. Сплошное беспокойство. Тяжело вздохнув, я развернулся и вздрогнул, потому что встретился взглядом с Эйлиин, на бледном лице которой был ужас.

Она все видела.

– Что ты тут делаешь? – Мой голос звучал спокойно, но ощущал я себя крайне далеко от спокойствия.

Не знаю, что выбило меня из колеи сильнее: то, что Эйлиин стоит передо мной, или то, что я не почувствовал ее приближения.

– О, это я ее пригласил, – раздался рядом голос Райндхарда. – Так что будь повежливей с моей гостьей, бастард.

Я обреченно прикрыл глаза. Это конец.

Бог встал рядом с девушкой и, покровительственно положив руку на ее плечо, продолжил:

– Сегодня прекрасная, полная сюрпризов ночь. И я взял на себя смелость пригласить эту очаровательную леди разделить с нами радость сегодняшних открытий. Тебе же мозгов на это не хватило. – Он демонстративно закатил глаза и укоризненно покачал головой. – А еще тут такое дело, мой маленький принц. Я совершенно случайно сломал ее браслет. Какая жалость. Кажется, это тот самый, что ты подарил.

Он вытащил из кармана «Око Черного Дракона», покрутил его в ладони, а затем сжал в кулаке. Артефакт хрустнул, заставив меня вздрогнуть. Я с ужасом наблюдал за тем, как Райндхард растер его в пыль и стряхнул с пальцев, словно крошки от печенья.

– Даже не знаю, как у меня это вышло. Я порой бываю таким неуклюжим. – Он театрально развел руками.