Ева Винтер – Забытый принц (страница 41)

Затем он очень бережно подтолкнул меня в открывшийся портал, медленно убирая руку и скользя пальцами по ключицам. Я по инерции сделала шаг назад, оказавшись в другом помещении. И пока разделяющая нас воронка закрывалась, мы, не отрываясь, смотрели друг на друга. По моим щекам медленно скатывались слезы, а в глазах Эридана тлела такая тоска, что я кожей чувствовала ее отголоски.

Его взгляд говорил: «Прости», но я не хотела его прощать. Я хотела, чтобы он просто остался со мной.

Портал захлопнулся, отрезая нас друг от друга.

Я стояла одна в своей комнате. Прижавшись спиной к стене, я обессиленно сползла по ней, чувствуя, что больше не могу дышать.

После того как за Эйлиин захлопнулся портал, я еще какое-то время смотрел на то место, где она стояла, ощущая тянущую пустоту внутри.

Сжал кулаки и развернулся к Туригэлле, та еле заметно дернулась. Попытки шарахнуться в сторону пресекло удерживающее заклятие.

– Что вы планировали сделать с ней? – Мой голос звучал на удивление спокойно, хотя не было во мне ни одной клетки, которая бы не мечтала разорвать эту девушку на части. – Отвечай.

– Сжечь на улице Роз, – с трудом выдавливая из себя слова, ответила Туригэлла.

Говорят, если глубоко вдохнуть, затем выдохнуть и медленно досчитать до десяти, то это каким-то образом успокаивает. Но, должно быть, не в моем случае.

– Вот как, – процедил я. – И чего же вы хотели этим добиться?

– Революции.

– И на кой она вам сдалась?

– Во имя будущего Империи! Ведьмы не должны править людьми. Магия – это противоестественно, это болезнь, от которой нужно избавляться, это зло, скверна! – Девушка произносила каждое слово как нечто неприятное.

– Как интересно, – язвительно протянул я в ответ. – И кто это сказал? Туригэлла и ее единолично правящий совет?

– Вы проклятые исчадья Тьмы! – выплюнула она. – Таких, как вы, нужно держать в клетках, словно животных!

– Как занимательно. – Я присел на сундук. – Продолжай, не стесняйся.

– Мы восстанем и сокрушим вас! Под наши знамена встанут все люди. Мы очистим землю от магии! Мы изгоним волшебный народ и сверхсуществ обратно в проклятые леса, из которых они выползли! Мы очистим Империю!

– Вот это амбиции! И много вас, таких кровожадных?

– Тысячи, – с наслаждением протянула она, вздергивая подбородок. – И сегодня ночью загорится мно-о-о-ого костров. Это будет началом вашего конца.

– И кто же возглавляет это несметное войско?

– Крэг Ральвьен, – сказала она, словно произнесла имя великого полководца и была безмерно этим горда.

– У вас есть какая-то отличительная символика, знак, или как там вы опознаете своих?

– По метке. Стоп! Почему я это говорю?

– Потому что ты под моим заклятьем, – отмахнулся я. – Продолжай. Что еще за метка?

Девушка вытянула вперед правую руку и продемонстрировала три выжженные на тыльной стороне ладони точки, которые располагались таким образом, что если их соединить, то получится треугольник.

– Этот знак есть у всех? – уточнил я.

– Абсолютно. – Она пыталась сопротивляться и не рассказывать всего, но не могла разрушить мои чары. – Знак наносится при посвящении в орден. Он есть даже у Крэга.

– Это хорошо, что вы такие прозорливые. – Я кивнул, а девушка нахмурилась. – Можно будет поймать всех крыс за раз.

Я встал с сундука, перевернул одного из лежащих на полу мужчин и вернул его в сознание. Тот ошарашенно на меня смотрел глазками-бусинками, явно не понимая, что происходит. Предварительно обездвижив мужчину блокирующим заклинанием, как и Туригэллу, я взял его правую руку и внимательно рассмотрел три выжженные точки, соединенные волнообразным узором. Затем накрыл их ладонью и закрыл глаза. Слова проклятия сформировались в моей голове молниеносно, я тихо произнес их на мертвом наречии темных магов, вливая в каждый слог силу и направляя поток в выжженный символ на руке мужчины, а от него к остальным таким символам, связывая их одной сетью. На это ушло некоторое время. Когда я закончил и открыл глаза, то обнаружил отважного воина ордена в полуобморочном состоянии. Он трясся как осенний лист. Я перевел скептический взгляд на Туригэллу и поинтересовался:

– Серьезно? И это, – я кивнул в сторону бородатого мужчины, – сокрушит магов Империи Северной Короны? Ваши бравые воины даже своих страхов сокрушить не могут.

Девушка скривилась от моих слов, как от ползущего по рукаву слизняка, и спросила:

– Что ты сделал?

– Проклял вас всех. Спасибо, что облегчили мне задачу своими одинаковыми метками. Это было так предусмотрительно с вашей стороны.

Ее лицо вытянулось от удивления и страха. Я привел в чувства бородатого, хлопнув того по плечу, и сказал:

– А теперь слушай меня очень внимательно.

Тот всполошился, и приготовился внимать каждому слову.

– Сейчас ты со всех ног побежишь к вашему Крэгу Ральвьену и передашь ему от меня небольшое послание о том, что у каждого члена вашего ордена, или как вы себя там называете, будет трое суток, чтобы сдаться Департаменту Стражей и покаяться во всех своих преступлениях, включая планируемый акт геноцида магов. Те из вас, кто это не сделает, – потеряют способность удержать в своей памяти хоть что-то дольше пяти секунд и приобретут суперспособность открывать для себя мир заново по двенадцать раз за минуту. Этот небольшой презент сделает вас безопасными для общества. Это первое. И второе – тот, кто посягнет на жизнь мага сегодня или в последующем, – умрет в таких страшных муках, что пыточные камеры Мэнфистериума покажутся курортом. Ты все уяснил?

Лицо бородатого побелело, и сразу стало ясно – он все уяснил. Мужчина поднялся и припустил в сторону выхода с такой скоростью, словно у его пяток клацали зубами призрачные гончие.

– Твоя очередь, – сказал я Туригэлле и жестом пригласил ее пройти в портал, который открыл.

– Если ты думаешь, что я… – договорить она не успела, потому что, действуя под заклятием подчинения, моментально захлопнула рот и шагом заводной механической куклы направилась в указанном направлении.

Глава 24

«В стеклянном склепе под водой Прекрасный принц скрыт темнотой, Хоть сердца нет в его груди, Не мертв, а жив он, посмотри. Прекрасен ликом, как рассвет, Но от него спасенья нет. Ведь то не принц, хоть и красив, Владыка ужасов морских. Чудовища со всех глубин Ему подвластны, он их господин. Но сердца нет в его груди, Хоть жив, не мертв, как не гляди. Но час придет, очнется он, Сбросит с себя свой вечный сон»

«Это плохая идея. Это очень плохая идея», – повторяла я, вышагивая сквозь поросшую траву к проклятому мосту. В руке тускло мерцал магический огонек, едва справляясь с задачей освещать мне путь. А все потому, что, вылетая сломя голову из дома, я не потрудилась подумать о том, что после нападения еще слишком слаба и неплохо бы взять фонарь.

К счастью, неподалеку был домик лесника. Я очень рассчитывала получить там помощь и надеялась на то, что дикие звери, или пресловутые ксервуды, о которых постоянно талдычила Эмоджин, не сожрут меня раньше, чем я до него доберусь.

К счастью, пункт назначения был уже совсем близко. В небольшом домике лесника горел свет, а из трубы шел дым.

Это хорошо. Это очень хорошо.

Постучала в дверь и затаила дыхание. Через несколько томительных мгновений послышался звон отодвигаемого засова. Свет из открывшегося дверного проема упал на улицу, слегка ослепляя меня. Но я все равно узнала мужчину в подбитой мехом жилетке.

– Я могу вам чем-то помочь? – спросил он, подозрительно меня разглядывая.

– Добрый вечер, – ослепительно улыбнулась я. – Прошу прощения за поздний визит. Я… вы помните меня? Пару недель назад я помогала вам вылечить человека, на которого напал белинг.

Лесник ошарашенно на меня посмотрел. Его брови взмыли вверх.

– Вы, должно быть, что-то путаете, – мягко начал он, словно пытался успокоить меня своим тоном.

Плохое предчувствие внутри меня разбилось как стеклянная банка, выпуская наружу черную липкую массу тревоги. И я не знала, как ее теперь собрать.