Эва Гринерс – Мэри Лонгшир - дочь магната (страница 10)

Но теперь у меня было главное.

Не деньги.

Просто немножечко времени. Теперь у меня появился шанс спасти этот почти что затонувший корабль.

Яна секунду задержалась на ступенях. Камень под ногами были влажными - весна в Лондоне ещё только делала вид, что собирается вступить в свои права. Я машинально натянула перчатку плотнее и позволила себе одну короткую мысль:

Ну что ж, первые шаги сделаны. Уже неплохо.

Шофёр распахнул дверцу автомобиля.

- Домой, леди Мэри?

Я уже собиралась кивнуть, но внезапно передумала.

- Нет. Скажите, вы знаете, где находится фабрика Лонгширов?

Он удивлённо моргнул.

- Знаю, миледи. Хотя… - он замялся, - признаться, ни разу там не бывал.

Я усмехнулась про себя.

Значит, не бывал не только он.

- Тогда поедем туда, - сказала я. - Сейчас.

Автомобиль тронулся. Город начал медленно меняться за окнами: респектабельные фасады уступили место складам, кирпичным коробкам, узким улочкам с запахом угля и машинного масла.

Фабрика встретила нас серо и буднично. Никакой разрухи, но и никакого порядка, которым можно было бы гордиться. Меня, разумеется, не ждали. Управляющий был удивлён. Он оказался молодым, аккуратно одетым мужчиной, слишком собранным для места, где, судя по всему, давно привыкли к отсутствию интереса сверху.

Он провёл меня по цехам. Рабочие останавливались, снимали кепки, смотрели с осторожным любопытством. Я отмечала всё: простаивающее оборудование, неравномерную загрузку, запасы сырья, которые явно лежали дольше положенного.

- Сколько станков сейчас работают? - спросила я.

- Меньше половины, леди Лонгшир, - ответил он после паузы. - Остальные требуют ремонта. Ничего критичного, но… - он развёл руками.

- Ремонт считали?

- Да. Я подавал расчёты.

Я кивнула. Хозяин явно опускал предложения управляющего в мусорную корзину.

В кабинете управляющего было чисто. Минимум мебели, стопки бумаг, аккуратно разложенные папки с завязками. Я взяла одну из них, пролистала - отчёты за последний месяц, ведомости, всё довольно внятно.

Я уже собиралась закрыть папку, когда он, помедлив, словно решаясь, сказал:

- Леди Мэри… есть один документ. Копия предложения по производству, который я подавал лорду Лонгширу прошлой осенью.

Он протянул мне несколько листов. Я начала читать - и замедлилась.

- Вы предлагали расширить производство? - уточнила я.

- Да, миледи.

- Ввести стеариновые и парафиновые свечи? - я подняла на него взгляд. - Но… - я снова посмотрела в бумаги. - Их же производят уже не первое десятилетие. Почему фабрика до сих пор выпускает только восковые?

Он усмехнулся и развёл руками

- Если честно, я и сам этого не понимаю. Это сложилось задолго до меня. Я пришёл сюда меньше года назад. Я подавал предложения, расчёты, отчёты. Все они оставались без ответа.

Я перечитала цифры внимательнее. Ничего революционного. Частичное переоснащение. Формы. Перенастройка котлов. Расходы - ощутимые, но не катастрофические. Увеличившийся доход явно перекрыл бы вложения меньше чем за полгода.

- Вы точно показывали это лорду Лонгширу?

- Да. И не один раз.

Я закрыла папку и положила на неё ладонь.

Вот теперь всё встало на свои места. Наверное такая картина была на каждом из предприятий Лонгширов. Не магнат, а мыльный пузырь какой-то.Каким образом он ещё сохранил имя, мне было непонятно.

- Значит, так, - сказала я, поднимаясь. - С этого дня вы готовите для меня ежедневные отчёты. Выпуск, простой, отказы по партиям. Мне нужны сухие цифры. И вопрос по вашему предложению я думаю, мы в скором времени решим.

Он кивнул сразу, без вопросов.

- И подготовьте обновлённый расчёт по стеариновым свечам. Сроки, объёмы, первый месяц. Я хочу видеть, как быстро фабрика начнёт окупать себя.

Когда я выходила, воздух показался мне чуть теплее, чем час назад.

Фабрика не была мёртвой. Она просто давно работала без хозяина.

А это - проблема решаемая. Потому что теперь хозяйкой была я.

Глава 9.

Я как раз разложила бумаги ровными стопками, когда в кабинете стало душно - не физически, а по ощущению. Обернувшись, я увидела дворецкого.

Бернс стоял у двери, выпрямившись чуть строже, чем обычно. Он не спешил говорить - и именно это меня насторожило. Я ещё слишком мало времени провела в этом доме, чтобы узнавать людей, но логику ситуации никто не отменял: если дворецкий медлит, значит, новость неприятная.

Я не подняла головы и продолжила смотреть на цифры.

- Леди Мэри, - сказал он наконец.

Я отложила Parker. Холодный, тяжёлый, слишком современный для этого кабинета. Я отметила это машинально - металл лёг в подставку с глухим звуком.

- Если это снова про ужин, - сказала я спокойно, - передайте повару, что…

- Сегодня приём, - перебил он мягко, но без извинений. - В доме Уэстморлендов. Вас ожидают.

Я подняла голову.

- Приём? - переспросила я. - Мой отец числится пропавшим без вести после крушения «Титаника». В подобной ситуации люди не ездят в гости.

Бернс выдержал паузу. Не драматическую - деловую.

- Позвольте сказать откровенно, леди Мэри. Если вы сегодня не появитесь, некоторые господа сочтут это признаком… отсутствия контроля.

Вот теперь всё встало на свои места.

- Контроля над чем? - уточнила я.

- Над положением семьи, - ответил он. - И над делами лорда Лонгшира.

Я закрыла глаза на секунду. Этого хватило, чтобы представить пустые строки балансов, нервных партнёров и слухи, которые всегда бегут быстрее официальных писем.

- Приглашение… с детьми? - спросила я.

- Да, леди Мэри. И… - он чуть замялся, - с мисс Каролиной Вэйн.

Конечно.

- Хорошо, - сказала я. - Мы едем.

Дом Уэстморлендов был залит светом так, будто хозяева пытались выжечь из него саму мысль о катастрофе. В окнах дрожали огни, на крыльце стояли лакеи в безупречных ливреях, а в воздухе смешались запахи полированного дерева, каминного дыма и дорогих духов.

Внутри было тепло. Слишком тепло. Камин в гостиной трещал, выбрасывая искры, которые отражались в зеркалах и украшениях гостей. Женщины были одеты строго - тёмные платья, закрытые плечи, но ткани выдавали совсем не скорбь: бархат, плотный шёлк, бисер, чёрные камни в оправе. Мужчины - аккуратные, сдержанные, с тем выражением лиц, которое появляется, когда сочувствие идёт рука об руку с расчётом.

Фредерика держала меня за руку, её перчатка была тёплой и чуть влажной. Фред шагал с другой стороны, выпрямив спину так старательно, что это выглядело почти трогательно. Грейс держалась чуть позади, внимательно оглядывая зал - словно запоминала всё сразу.