Эва Гринерс – Мэри Блант. Жена магната. (страница 13)

На главной палубе было многолюдно. Дамы в светлых утренних платьях неспешно прогуливались вдоль борта, джентльмены читали газеты или курили сигары, несколько детей гонялись друг за другом под недовольные окрики гувернанток. В воздухе смешивались запах моря, дорогого табака и свежей выпечки, доносившийся из ресторана.

Неподалёку от нас пожилая супружеская пара вела спор, который, судя по всему, продолжался уже не первый десяток лет.

- Я до сих пор считаю, что Италия была бы значительно разумнее Египта, - заявила дама, поправляя шляпку.

- Элеонора, мы были в Италии семь раз.

- И каждый раз прекрасно проводили время.

- Именно поэтому пора увидеть что-то новое.

- В моём возрасте новое уже вызывает подозрения.

Мужчина тяжело вздохнул.

- Иногда мне кажется, что ты способна спорить даже с прогнозом погоды.

- Если он ошибается, то почему нет?

Джон тихо рассмеялся.

- Напомни мне никогда не вступать с тобой в дискуссии через сорок лет брака.

- Напомни мне, чтобы я не превратилась в грымзу через столько лет.

Он посмотрел на меня с таким видом, будто всерьёз обдумывал эту перспективу.

К обеду атмосфера на корабле окончательно изменилась. Исчезла первоначальная скованность, свойственная людям в первый день знакомства. Теперь пассажиры уже узнавали друг друга, приветствовали кивками и охотно вступали в разговоры.

За соседним столом американский промышленник рассказывал о строительстве новой железнодорожной линии, убеждая слушателей, что будущее принадлежит тем, кто научится соединять континенты торговлей.

Чуть дальше молодой археолог увлечённо объяснял группе дам, почему находки в Египте способны перевернуть представления о древнем мире. Судя по выражению лиц слушательниц, археолог интересовал их значительно больше, чем сам древний мир.

Именно тогда я впервые увидела её. Сначала лишь мельком.

Она сидела через несколько столиков от нас и совершенно не старалась привлекать внимание. Возможно, именно поэтому я её и заметила.

Вокруг было немало красивых женщин. Некоторые словно соревновались друг с другом количеством бриллиантов, жемчуга и драгоценных камней. Платья менялись несколько раз в день. Шляпки напоминали произведения искусства. Рядом с ними незнакомка выглядела почти просто.

Почти. Потому что простота эта стоила значительно дороже любой показной роскоши.

На ней было платье глубокого винного оттенка, сшитое настолько безупречно, что взгляд невольно задерживался на его линиях. Украшений почти не было. Лишь кольцо с крупным прозрачным камнем на правой руке. Но создавалось впечатление, что она носит его не как драгоценность, а как нечто привычное, давно ставшее частью её самой.

Однако привлекла меня не внешность. Привлекли люди.

За время обеда к её столику подошли капитан, владелец судоходной компании, банкир из Манчестера и какой-то француз, чьё имя я уже слышала накануне за ужином. Никто из них не пытался произвести впечатление. Никто не заигрывал. Никто не демонстрировал превосходство.

Они разговаривали с ней как с равной. Именно это заставило меня посмотреть внимательнее.

- Кажется, ты нашла кого-то интереснее меня, - заметил Джон.

Я не стала отрицать очевидное.

Потому что впервые за всё путешествие мне действительно стало любопытно узнать, кто эта женщина.

Некоторое время я ещё наблюдала за незнакомкой, пытаясь понять, что именно привлекло моё внимание. Красивых женщин на корабле хватало. Богатых - тем более. Однако эта дама выделялась среди них так же заметно, как породистая лошадь выделяется среди хороших скакунов. Не яркостью. Не желанием понравиться. А каким-то внутренним спокойствием человека, давно знающего себе цену.

- Джон, как ты думаешь, будет уместно подойти и познакомиться? - спросила я наконец.

Он проследил за моим взглядом и слегка улыбнулся.

- А почему нет? По-моему, половина пассажиров именно этим и занимается.

С этими словами он поднялся первым и подал мне руку.

Я невольно улыбнулась. В такие минуты мне особенно нравилось, что Джон никогда не любил лишних сомнений. Если что-то можно было сделать прямо сейчас, он предпочитал не откладывать.

Когда мы приблизились к столику, женщина подняла голову и посмотрела на нас с тем спокойным вниманием, которое сразу располагало к себе.

- Добрый день, - первым заговорил Джон. - Приятного вам аппетита и хорошего дня. Погода сегодня просто великолепная.

На губах женщины появилась лёгкая улыбка.

- Благодарю. И вам того же. День действительно чудесный. Ни ветерка, море словно зеркало.

Пока они обменивались этими вполне обычными любезностями, я получила возможность рассмотреть её ближе.

На первый взгляд ей можно было дать около сорока лет, хотя приглядевшись внимательнее, я решила, что она, вероятно, немного старше. Однако возраст совершенно её не портил. Напротив, именно он придавал её лицу ту завершённость, которой часто недостаёт молодым красавицам. Правильные черты, высокий лоб, мягкая линия подбородка и удивительно ясные серые глаза.

Но больше всего привлекала не красота. Привлекало достоинство.

Не холодная надменность, которую нередко принимают за аристократизм, а именно достоинство человека, которому ничего не нужно доказывать окружающим. Она держалась так естественно, будто дорогие рестораны, океанские лайнеры, крупные сделки и знакомства с влиятельными людьми были для неё такой же обыденностью, как для других утренний чай.

- Прошу вас, присаживайтесь, - сказала она, заметив, что мы собираемся продолжить путь. - У меня свободно. Я никого не жду.

Мы поблагодарили и заняли места за её столиком.

- Джон Блант, - представился мой муж. - А это моя супруга, Мэри.

- Очень приятно.

Женщина протянула руку сначала ему, потом мне.

- Эвелин Харт.

Имя показалось знакомым.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, где могла его слышать.

И тут память услужливо подсказала. Харт. Транспортная компания Харт. Гостиничная сеть в Александрии.

Статья в одной из деловых газет, которую я читала года три назад, при этом запомнила только фамилию.

Я быстро посмотрела на Джона и поняла, что он вспомнил то же самое. В его взгляде мелькнуло узнавание.

Похоже, это заметила и сама мисс Харт.

- Судя по выражению ваших лиц, моя фамилия всё-таки вам знакома.

- Теперь вспомнил, - ответил Джон. - Признаться, я ожидал увидеть рядом с этим именем какого-нибудь сурового джентльмена с сигарой.

- Я тоже, - поддержала я.

Эвелин рассмеялась. Смех у неё оказался неожиданно тёплым.

- Поверьте, большинство моих конкурентов испытывают ту же растерянность.

Разговор потёк легко и непринуждённо. Мы говорили о путешествии, о Египте, о корабле, о маршруте. Эвелин рассказывала о Средиземном море с такой уверенностью, будто бывала здесь десятки раз.

Возможно, так оно и было.

- Для вас это первое путешествие в Египет? - спросила она.

- Да, - ответила я. - Мы слишком долго собирались.

- Это всегда так. Люди годами откладывают поездки, которые потом вспоминают с наибольшей теплотой.

- А вы часто там бываете?