Ева Арманда – Космический отбор для монстра (страница 45)

— Генетическое разнообразие гуманоидных рас — это хорошо, — подал голос Альтаир, — такова повестка Союза. И Океания… планирует поддержать это веяние. Я лично подам пример, когда сегодня объявлю о женитьбе на Софии из Атлантии. И отец… несмотря ни на что… ты всё ещё приглашён на свадьбу.

Зал сиял парадными огнями.

Декор отчасти напоминал то, что было в первый вечер здесь, но смотрелся во сто крат дороже… потому что проще.

Формы изящнее и прямее. Нет визуального перегруза. В оформление ненавязчиво проникли атлантианские прямые линии и убавилось пестроты. Колонны — безупречно-ровные перламутровые водяные смерчи. Проекции рыбных косяков по прежнему кружат под потолком, но теперь они сочетаются по цветам и исполняют приятный геометричный рисунок. Который нет-нет да и даёт естественную кривизну — элемент хаоса! Дерзко… было бы для Атлантии.

Но в итоге парадный зал смотрелся изысканнее, хоть сохранилась океанская самобытность.

Потому что теперь зал был наш общий. И атлантианский, и океанский.

Он уравновесился.

Вот такая культура, видимо, была до нашего разделения. Мы… балансировались.

Стало как-то… как бывает у людей — гармонично.

И мне нравился обновлённый зал. Как и новая жизнь. И я была рада гостям. Вообще всем. Я сначала прилагала усилия, чтобы не улыбаться, но вскоре просто перестала себя мучить. Если я счастлива, к чему делать вид, будто это не так?

То, что прежде порождало острое желание саркастично закатить глаза, теперь вызывало лишь светлую улыбку.

Альтаир вёл меня за руку. Моё белоснежное платье с океанским водяным орнаментом, стилизованным под жемчужные чешуйки — отсылало к свадебному традиционному атлантианскому кружеву, что вдруг обрело объём и… жизнь.

Я нежно сжала ладонь Альтаира пальцами, и жених мне ответил нежным прикосновением.

А я тем временем внимательнее присмотрелась к гостям.

Нас пока что не видели: Альтаир по моей просьбе держал псионический полог отторжения — всем просто неинтересно было смотреть в нашу сторону. А я могла беспрепятственно изучать гостей, «понюхать» обстановку, выбрать идеальный момент… это важно.

Мы с Альтаиром скользили по залу незамеченными — официально же собирались выйти на всеобщее обозрение лишь через четверть часа, а пока…

— Кто бы мог представить подобное! — зеленоволосая Наутика прикрылась полупрозрачным перламутровым веером и зло цыкула на свою подружку со скрученной в сложную причёску копной розовых волос, — … та глупая атлантианка не умеет держаться в седле! Просто позор! Ещё и посягнула на кобылицу Его Высочества!.. А теперь небось вся переломанная валяется в капсуле… или вообще мёртвая! Ха-ха… Да из-за неё прервали испытания! Ужас… но ведь решение принц принял. Ну и что ты замерла? Неси мне закуски! Или в свиту к будущей королеве уже не хочешь?

Слушая Наутику, я невольно улыбнулась. Не из-за злорадства. Просто было забавно… Она ведь даже не подозревала, что я стою совсем близко. Альтаир же, напротив, напрягся. Его пальцы крепче обхватили мою руку.

А между тем разговор океанок продолжался.

— Я конечно принесу! — с готовностью подхватила розововолосая, суетливо поправляя сложную конструкцию из локонов и жемчужных нитей на своей голове. — Я ведь тоже всё понимаю, Нау! Это всё сейчас просто формальность. Ясно же, что лучшей кандидатуры, чем ты, здесь нет и быть не может. Атлантианка? Пф! С её бесхвостой анатомией? Да ты права — она уже наверное на дне кормит рыб! Её тело и доставать не стали — меньше мороки.

Наутика самодовольно выпрямила спину. Зелёные чешуйки вспыхнули на её декольте.

— Абсолютно верно, — важно кивнула она. — Когда я стану Королевой, то не допущу таких ситуаций. Первым делом введу новые порядки. Никаких атлантианок на территории Океании. Мы вернёмся к истокам! Чистота крови, чистота традиций… А ещё я займусь разведением радужных рыбок-бабочек… Хотя нет, лучше коралловых дракончиков! Их можно научить двум словам — пусть восхваляют Океанию и Королеву. Это будет мой первый государственный проект.

Я еле сдержала смешок. О чём она вообще? Радужные рыбки? Коралловые дракончики? Серьёзно? Это её главная государственная программа?

Но розововолосая девушка льстиво ненатурально ахнула и тихонько поаплодировала.

— А представь, если бы эта бесхвостая и правда вдруг стала королевой? — с притворным ужасом прошептала потенциальная «фрейлина королевы».

Наутика фыркнула, высокомерно вздернув подбородок.

— Если бы так случилось, я бы… я бы тогда съела свой собственный хвост! С устричным соусом!

Я засмеялась. Меня всё равно было не слышно. А вот Альтаиру было не смешно. Волна его негодования была почти осязаема.

— Я не собираюсь больше слушать этот бред, — раздражённо процедил он.

И вдруг, щёлкнув пальцами, Альтаир призвал на своё лицо проекцию жемчужной маски, а потом псионический полог, скрывавший нас, дрогнул и спал… Но только с Альтаира, оставляя невидимой меня. Он предстал перед ошеломлёнными сплетницами во всей красе: высокий, в парадном мундире и с ледяным огнём в синих глазах.

Наутика ахнула, роняя веер. Её подружка побледнела.

Альтаир не повышал голоса, но каждое его слово падало, как обточенный льдом камень.

— Не забудьте же своих слов, госпожа Наутика. Когда будет озвучено имя главной женщины в Океании, — произнёс он с убийственной вежливостью.

Развернувшись, не удостоив их больше взглядом, Альтаир повёл меня к центральной платформе, вокруг которой уже собирались почётные гости. Я, невидимая, шла за своим океанцем, оглядываясь по сторонам.

И даже, не сдержав любопытства обернулась, чтобы засечь на лице Наутики раскаяние или страх.

…но нет. Ничего подобного её лицо не выражало!

Она стояла, раскрасневшаяся, но… со странным, ликующим блеском в глазах. Она выпрямилась даже ещё сильнее, гордо выпятив грудь. Её горящий взгляд не отрывался от Альтаира, идущего к сцене, и на губах океанки расцвета уверенная, торжествующая улыбка.

Похоже она решила, что «не забудьте своих слов» было про её «новые порядки». Что принц оценил её государственное мышление. Бедняжка…

Наутика даже сделала несколько уверенных шагов в сторону платформы с коралловыми тронами, будто готовясь подняться следом, когда её назовут избранной невестой.

В этот момент музыка, до того игравшая тихий фоновый подводный вальс, сменилась. Раздались торжественные, бархатистые аккорды, напоминающие переливы гигантских раковин-горнов.

Своды зала потемнели, а затем вспыхнули тысячами крошечных голубовато-серебристых огней, будто за куполом внезапно пронеслась стая светящегося планктона. Проекции рыбных косяков закрутились в сложном, гармоничном танце, складываясь в огромный, мерцающий герб — океанский трезубец в оплетении водорослей.

И когда свет опять вспыхнул, у кораллового трона на платформе стоял Зельтаир в традиционных одеждах. За его перламутовой маской невозможно было прочесть выражения лица. Но я разглядела глаза… в их холодной глубине таилась сложная смесь эмоций.

Я осторожно встала, всё ещё скрытая пологом, между Альтаиром и его отцом.

Зельтаир сделал шаг вперёд. Его голос, усиленный акустикой зала и, возможно, остатками пси-силы, прозвучал низко и весомо, разносясь по всему огромному заполненному океанцами пространству.

— Дорогие гости, подданные Океании, представители знатных родов. Много веков наши традиции были незыблемы. Мы жили под толщей вод, храня наследие предков. Но даже самые глубокие течения со временем меняют своё направление. Даже самые прочные скалы точит океан.

Он помолчал, дав словам проникнуть в сознание слушателей.

— Моя супруга, Королева Талания, память о которой навсегда в наших сердцах… всегда говорила, что сила Океана — не в изоляции, а в умении принимать новые потоки. В умении меняться, оставаясь собой. Сегодня… я понимаю, что она была права.

По залу пронёсся недоумённый шёпот. Зельтаир поднял руку, и тишина вернулась.

— Отбор Невест, древний ритуал, призванный найти сердцу Наследника достойную пару, завершён. И он принёс результат, которого никто из нас не ожидал. Но Океан мудр. Его выбор пал на ту, чья душа, как выяснилось, говорит на том же языке, что и наши глубины. Языке волн, течений… и любви.

И тут Зельтаир повернулся. Его взгляд упал прямо на меня. Точнее, на то место, где я стояла невидимой. И он протянул руку… и коснулся моей руки. И в тот же миг псионический полог спал с меня, как струящаяся пелена.

В зале раздался единый, сдавленный вздох, а затем повисла тишина, которую через секунду разорвали возгласы изумления, шёпот, лёгкий звон упавшего где-то бокала.

Я стояла перед океанцами вся в белом, с распущенными белыми волосами, и видела в лицах шок, недоверие, любопытство, а на некоторых — зарождающееся понимание.

— Сын мой. Прими свою избранницу. Королеву, данную тебе Океаном, — взяв мою руку, Зельтаир торжественно вложил её в ладонь Альтаира.

Мой принц сразу притянул меня к себе. И поцеловал… А когда отстранился, его голос прозвучал на весь зал:

— Представляю вам мою судьбу, мою любовь и будущую Королеву Океании — Софию из Атлантии!

Затем он обернулся к отцу.

— Благодарю тебя, отец, — сказал Альтаир громко, — за то, что сохранил древний ритуал Отбора. Благодарю всех девушек, — его взгляд скользнул по залу, задержавшись на побелевшей словно изваяние Наутике, — что приняли в нём участие. Ваша готовность служить Океании не будет забыта. Как, я надеюсь, не будут забыты и слова, сказанные здесь сегодня. Никем. Я лично позабочусь, чтобы тем кто просил, подали к столу… устричный соус.