Ева Арк – Месть Элизабет (страница 23)
– Что с тобой? – удивился Шарль.
– Я слышала твой разговор с герцогиней и не хочу, чтобы ты носил на груди её платок! – выпалила Элизабет.
– Почему?
– Неужели ты не заметил, что она пыталась соблазнить тебя?
– Ты ошибаешься, все чувства герцогини посвящены только делу Лиги.
– Это ты ошибаешься!
– Я ношу на груди твой платок. Тот, что ты мне дала в Блуа, – после паузы признался молодой человек.
– Верни мне его!
– Но платок в крови.
– Он будет мне утешением, когда мы расстанемся. А я подарю тебе другой!
Внезапно Монбар снова обнял девушку:
– Если ты знаешь, что нам осталась только одна ночь, может, проведём её вместе?
– Хорошо, – после короткого раздумья ответила Амазонка.
Шарль привёл её на ближайший постоялый двор «Ла Роз», пропахший дымом и дешёвым вином, которое в дни карнавала подавали всю ночь напролёт. В общем зале там сидело несколько человек, по виду, торговцев из провинции и студентов Сорбонны. Один из постояльцев показался Элизабет знакомым. Но когда она снова бросила взгляд в его сторону, тот отвернулся. Так как это была гостиница для простонародья, постояльцы спали наверху в одной комнате. Но за умеренную плату хозяин предоставил в распоряжение молодых людей чулан, специально переоборудованный для любовных утех. Это убогое помещение, похожее на тесную келью, освещала лишь плошка с маслом в стенной нише. Посредине стоял топчан с набитым сеном матрацем. Больше там ничего не помещалось. К тому же, входная дверь не запиралась на засов.
Оглянувшись по сторонам, девушка сняла с себя шляпу, накидку, помятый воротник и присела на кровать. Тоже сбросив с себя часть одежды, Монбар примостился рядом. Тесно прижавшись друг к другу, влюблённые некоторое время обменивались ласками. Но когда действия молодого человека стали более настойчивыми, Амазонка застонала.
– Я не могу!
– А что теперь я сделал не так? – вздохнув, спросил Шарль.
– Нам нельзя быть вместе!
– Кажется, я понял. Ты – девственница?
– Да.
– Прости, я не думал…
– Это неудивительно, исходя из того, какая слава идёт о фрейлинах королевы-матери! – с горечью произнесла Элизабет.
Шарль взял её лицо в ладони и заставил посмотреть на него.
– Мне всё равно, что говорят. Завтра я заеду к виконту де Саше, а потом напишу отцу в Англию! Надеюсь, мы получим согласие на брак!
В ответ девушка покачала головой:
– Я готова любить тебя без всякого брака! Но только куртуазной любовью!
– Как это? – удивился молодой человек.
– Ты читал поэму о Тристане и Изольде?
– Да, это любимая книга моей матушки.
– Так вот, если даже куртуазные любовники состоят в браке с другими лицами, их любовь не считается грехом. Они могут целоваться и даже соприкасаться обнажёнными частями тела, кроме…
Амазонка, покраснев, умолкла, а её возлюбленный снова вздохнул.
– Боюсь, я не выдержу!
Больше Шарль не успел ничего сказать, так как дверь внезапно открылась, и на пороге возник Морле. Его лицо, обычно скрытое за маской холодной вежливости, покраснело от гнева, а глаза горели недобрым огнём.
– Я так и знал, что вы – любовники! – произнёс он обвиняющим голосом.
Первой опомнилась Элизабет:
– Вам-то что до этого? Всё равно я не выйду за вас замуж!
– А я после того, что увидел здесь, не собираюсь на вас жениться. Однако вашему брату и дяде, я думаю, не всё равно!
– Если вы скажете им хоть слово, я засуну его обратно вам в глотку! – воскликнул Шарль, потянувшись к своей шпаге.
– Сначала пристегните штаны, – после паузы ответил Готье.
Затем, снова немного помедлив, он обратился к девушке:
– Ваш дядя сейчас в соседнем доме у своей любовницы. Но я могу послать за ним слугу…
– Что вы хотите? – перебила его Амазонка.
– Мне всё равно, что вы дали отведать своих прелестей господину де Монбару. Но я тоже люблю сладкое!
– Ах ты, негодяй! – Шарль сделал в сторону Морле выпад шпагой.
Однако бретонец смог увернуться и тоже вытащил клинок из ножен:
– Помните о репутации мадемуазель де Лорьян! Если вы поднимете шум, сюда сбежится вся округа!
Воздух в комнате наэлектризовался от напряжения. Шарль, стиснув рукоять шпаги, гневно сверлил глазами Морле, который надменно улыбался, явно чувствуя себя хозяином положения.
– Послушайте меня! – воскликнула Амазонка.
Её взгляд был полон решимости, смешанной с отчаянием.
– Каждого из вас ждёт ужасная гибель, если я стану вашей женой или любовницей! Ведь мы все трое – потомки Лалена! – слова девушки повисли в комнате, словно приговор.
Выслушав её рассказ, Морле спросил:
– А почему виконт де Саше не предупредил меня о проклятии?
– Потому что он хотел выполнить волю графа де Оре, моего деда.
– Если же вы опозорите меня, то дядя вряд ли вам за это будет благодарен, – добавила Элизабет. – Двери его дома закроются для вас навсегда. А ведь у виконта большие связи!
– Я подумаю над вашими словами, – Готье вложил шпагу в ножны и, бросив напоследок хмурый взгляд на Монбара, ушёл.
В свой черёд, взглянув на своего возлюбленного, девушка вдруг вспомнила о зеркале Руджери. На лице Шарля читалось такое отчаяние, что у неё сжалось сердце.
– Почему ты сразу не рассказала мне о проклятии Лалена? – спросил он.
– Я боялась потерять тебя, – призналась Амазонка, и на её глаза навернулись слёзы.
– А теперь не боишься?
– Теперь уже ничего не поделаешь. Нам не суждено быть вместе.
– И всё же я готов рискнуть, – Монбар сделал шаг к девушке.
– Зато я не готова обречь тебя на ужасную смерть!
– Хорошо, – после паузы сказал молодой человек. – Я буду любить тебя так, как ты захочешь!
Часть вторая