Ева Арк – Месть Элизабет (страница 18)

Добавив, что ему нужно поговорить с дядей, Филипп удалился. Амазонка осталась в зале одна. Однако она не торопилась подниматься в покои бабушки, зная, что о той позаботятся. Глядя на огонь в камине, Элизабет размышляла, как повлияет внезапная смерть старого графа де Оре на их с братом жизнь. Вероятно, если бы их опекун остался жив, то заставил бы Филиппа жениться на дочери графа де Сольё, а саму Элизабет – выйти замуж за барона де Морле. Тем не менее, девушка не могла не печалиться из-за смерти деда.

Неожиданно в зал скользнул, словно тень, Готье. Но вместо того, чтобы приблизиться к Амазонке, бретонец замер в нескольких шагах. Они молча рассматривали друг друга, словно незнакомцы, встретившиеся на перепутье. Внезапно Элизабет осенило – Морле ей кого-то напоминает. Сердце девушки на мгновение замерло, а потом болезненно сжалось. Воспоминания нахлынули на неё, как бурная река. Хименес. Её первая любовь – испанец, которого она когда-то боготворила. Его страстные клятвы, поцелуи украдкой и мечты о совместном будущем разбились о суровую реальность. И вот теперь, спустя годы, призрак той любви вновь возник перед ней в лице этого бретонца. Что это – случайное совпадение или злая шутка судьбы? Почему именно сейчас, когда она почти забыла о Хименесе, этот человек, так похожий на него, появился в её жизни? Правда, Готье казался более приземистым, словно выросшим из самой земли Бретани. Зато у него были такие же волосы и бородка цвета воронова крыла, тёмные, пустые глаза и та же чуть надменная линия губ, что и у испанца.

Амазонка знала, что должна что-то сказать, нарушить эту тягостную тишину, но слова застряли в горле.

Барон, казалось, заметил её замешательство, и медленно произнёс с заметным бретонским акцентом:

– Вероятно, мне следует уйти, кузина?

– Прошу вас, останьтесь, кузен, мне нужно с вами поговорить, – поспешно произнесла девушка.

– Я к вашим услугам.

– Мне хотелось бы знать подробности смерти моего деда.

В ответ Морле пожал плечами:

– Но я не могу ничего добавить к словам вашего брата. Это случилось после переговоров в Нанте, которые покойный граф де Оре от имени короля вёл с герцогом де Меркёром.

– Вероятно, вы слышали о бегстве Филиппа Эммануэля Лотарингского в Бретань? – спросил он затем у Элизабет.

– Да, благодаря предупреждению королевы, своей сестры, ему удалось покинуть Блуа ещё до убийства герцога де Гиза. Но, прошу вас, продолжайте.

– Так вот, хотя Меркёр объявил о присоединении Бретани к Католической лиге, он не хотел окончательно разрывать связи с королём. Не буду посвящать вас в суть самих переговоров, однако на обратном пути граф де Оре пожаловался на боль в сердце. А потом вдруг упал с коня на землю!

– Мой дед успел сказать что-нибудь перед смертью?

– Нет. Его смерть была внезапной.

– Благодарю вас, барон! – Элизабет утёрла слёзы и бросила взгляд в сторону окна: мокрый снег яростно хлестал по стёклам, словно вторя буре, разыгравшейся в её душе.

Между тем Морле внимательно наблюдал за ней:

– Возможно, вам известно о том, что граф де Оре мечтал поженить нас?

– Да, но… – девушка запнулась, не зная, что сказать дальше.

– Я понимаю, что сейчас не самое подходящее время для подобных разговоров. Однако ваш дед искренне верил, что наш брак принесёт пользу нашим семьям.

– Мне очень жаль, кузен, однако это невозможно, – собравшись с духом, ответила Амазонка.

– Почему? – Морле явно удивился.

– Потому что… я люблю другого!

В комнате снова повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине. Наконец, барон сказал:

– Но разве вам неизвестно, что дворяне женятся не по любви, а ради объединения состояний?

– Значит, вам всё равно, будет ли ваша жена любить вас или нет?

Готье пожал плечами:

– Главное, чтобы она хранила мне верность и родила наследника!

– А я не могу без любви!

– В таком случае, могу я узнать имя своего соперника?

– Нет!

Через минуту Морле снова открыл рот (судя по всему, он был тугодумом):

– Я приехал сюда, чтобы обручиться с вами, и не уеду, пока не добьюсь своего!

После этих слов он холодно поклонился девушке и направился к выходу, в то время как ветер за окном продолжал бушевать.

Глава 10

Возвращение Шарля

Утром буря прекратилась, и Филипп уехал в Блуа. А Элизабет ещё до обеда пригласил к себе в студию хозяин Дома Льва.

– Мне нужно поговорить с тобой, племянница, – начала он издалека. – Твой брат сказал, что ты не хочешь выходить замуж. Неужели тебя прельщает путь монахини?

– Нет, дядя, – кротко ответила Элизабет, которая ждала от виконта нечто подобное. – Но я моложе кузины. Поэтому мне следовало бы дождаться её свадьбы.

Ипполито вздохнул.

– Вы с Мадлен не сёстры. Поэтому ты можешь со спокойной душой обручиться раньше моей дочери.

– Ах, да, я же не сообщил тебе имя жениха, – спохватился Ипполито. – Это господин де Морле, племянник моей покойной жены. На мой взгляд, это неплохая партия. Барон достаточно родовит и всего лишь на семь лет старше тебя.

– Простите, сеньор, но мне не нравится Морле!

В глазах виконта мелькнуло раздражение.

– Ты меня огорчаешь, племянница. Граф де Оре, твой дед, был бы очень недоволен, если бы ты отказалась выполнить свой долг по отношению к семье!

– Поверьте, я очень благодарна ему за всё, что он сделал для меня и брата! Однако настаиваю на своём отказе.

– Могу я узнать причину твоего отказа?

– Дело в том, что Морле очень похож на… Хименеса!

– Но при чём тут испанец?

– Вы ведь помните, какую глупость я совершила, согласившись бежать с ним. Если бы это произошло, моя семья была бы опозорена! Поэтому при виде Морле муки совести возродились во мне с прежней силой и не дают мне покоя!

Ипполито, не ожидавший такого поворота разговора, с удивлением посмотрел на племянницу, которая постаралась придать своему лицу самое простодушное выражение.

– Ты говоришь мне правду, Элизабет?

– Да, сеньор.

– Я думаю, в конце концов, ты привыкнешь к своему жениху. Пусть поживёт здесь недельку-другую. А там будет видно.

Таким образом, Морле остался гостить в Доме Льва на неопределённое время. При этом Амазонка приложила все усилия, чтобы как можно реже встречаться с ним, к неудовольствию дяди и молчаливому одобрению бабушки. Что же касается самого бретонца, то внешне, казалось, он был всем доволен. Хотя, по мнению Элизабет, надеяться ему было не на что.

Вскоре стало известно, что Совет шестнадцати, управлявший Парижем от имени Лиги, предложил герцогу Майенну, младшему брату покойного Гиза, должность Генерального наместника королевства.

11 февраля виконт де Саше вошёл в гостиную, где сидела Изабель с внучками, и взволнованно объявил:

– Завтра, в воскресенье, герцог Майеннский совершит торжественный въезд в Париж!

– Надеюсь, с его возвращением в городе, наконец, установится порядок, – заметила бабушка Элизабет.

– Я тоже на это надеюсь, хотя и не люблю Гизов.

– Так как Майенн проедет мимо нас по улице Тампль, чтобы прослушать мессу в Нотр-Дам, мы с господином де Морле решили посмотреть на это зрелище, – добавил Ипполито.

– Прошу вас, дядя, возьмите меня с собой! – взмолилась Элизабет, которой уже надоело сидеть взаперти.

– В самом деле, сеньор, почему бы кузинам не пойти с нами? – неожиданно поддержал её Готье.

– А что скажете вы, матушка? – виконт перевёл взгляд на Изабель.

Та пожала плечами: