Это Мори – Многоцветье (страница 11)

– Да. С тебя, Макото, всего двадцать тысяч иен.

Я ушам своим не верил. Но теперь я проклинал себя за наивность. Мне было горько – хотя от радостного трепета не осталось и следа, как от мусса на челке под дождем, – но влечение не исчезало.

– Я хочу переспать с тобой, Хирока.

Какие у нее красивые пухлые губы. Их розовый цвет будил во мне жалость к Хироке. Но я продолжил:

– Только я не буду.

– Почему?

– Потому что я не старый извращенец.

Хирока помолчала, пожала плечами и улыбнулась. Хотя улыбка получилась очень уж натянутой.

– Что ж, тогда мне пора.

– Ты куда?

– К нему. Названивает уже.

Она достала телефон и показала мне.

– И ты с ним встретишься?! – сорвался я на крик.

Хирока ласково проговорила:

– Было так весело, когда ты похитил меня и сбежал, Макото… Почти как в кино.

– Не ходи к нему.

– Но мне его жалко. А еще он даст мне денег. И у него столько сил…

– Ты вообще…

– И я ему обещала!

Хирока повесила на плечо модную сумочку и встала.

– Пока, Макото.

– Хирока!

Надо догнать ее… Догнать, сказать ей что-то хорошее, вернуть ее… Ну же, беги!

Но я так запаниковал, что ноги меня не слушались, и я мог лишь наблюдать за тем, как Хирока уходит все дальше. Наконец, она совсем исчезла из поля зрения, а за столик рядом со мной, будто бы вместо нее, уселась парочка тяжеловесов – брутальный мужчина и толстуха. Оба проголодались и молча поглощали еду. Пышки с корицей. Шоколадный крем. Французские заварные пончики. Пончики с джемом. Сырные маффины. Любимые кокосовые пончики Хироки… Все, я уже не успею. Я окончательно потерял Хироку.

И в этот момент где-то в глубине души я почувствовал мелкое, трусливое, но все-таки облегчение.

6

Раз уж день с самого начала не заладился, то и потом все пойдет наперекосяк.

Голова разболелась еще сильнее, и, когда я, еле держась на ногах, вышел из кафе, где продавали пончики, дождь полил как из ведра. А зонтик я выбросил во время похищения Хироки.

Что уж тут поделаешь. Я натянул на голову капюшон худи и побрел по ночному городу, холод которого пробирал до костей.

Яркие огни неоновых вывесок расплывчато отражались на мокром асфальте, и казалось, что тот будто залит красным вином.

И по этой винной реке плыли люди. Особенно выделялись парочки под зонтиками. На углу стояли раздатчики бумажных платков.

Пронзительные крики зазывал, порывы ветра, шум дождя, грохот поездов.

Силы совсем покинули меня, да и пьяный смех раздражал, поэтому ноги сами понесли меня подальше, совсем в безлюдные районы далеко от станции, мимо узких переулков и виадуков, пока я не оказался перед небольшим пустынным сквером с качелями, детской горкой и песочницей.

Я так устал, что, не привередничая, опустился на ржавую скамейку. И тут же тело мое заколотило крупной дрожью. Стоило чуть расслабиться, как меня атаковали головная боль, озноб и тошнота. Пытаясь как-то вытерпеть боль и не расклеиться окончательно под непрекращающимся ливнем, я спрашивал себя, что я здесь делаю. Ведь захоти я только, и уже лежал бы в теплой постели рядом с Хирокой… От этой мысли на глазах выступили слезы. И ведь только из-за того, что я не согласился, теперь рядом с Хирокой в теплой постели лежит взрослый мужчина… И тут я по-настоящему заплакал.

– Кто-то, кажется, говорил, что он не такой слабак, как Макото Кобаяси…

Дождь вдруг перестал лить. Подняв голову, я увидел белую ткань – это Пурапура незаметно раскрыл надо мной зонтик.

– Макото только выследил их… А я сделал еще один шаг, и теперь моя рана еще глубже, – разочарованно проговорил я.

Пурапура мягко спросил:

– Ты не раскаиваешься, что не купил Хироку Кувабару?

– Конечно, раскаиваюсь! Еще как! И я понимал, что так и будет, с самого начала.

– А если бы ты с ней переспал за деньги, то потом пожалел бы еще сильнее.

– И это я тоже знаю.

– Разумный мальчик. – Пурапура расхохотался, обнажив зубы. – Ты более-менее справился. Победил соблазн.

– Спасибо. – Я тоже обнажил зубы в улыбке. – Но это, знаешь ли, чересчур. Я не хочу быть самым разумным. И ничего побеждать тоже не хочу. И уж тем более не хочу, чтобы меня хвалили с таким видом.

По телу снова пробежал озноб. Я обхватил себя и съежился в клубок.

– Даже если бы я вот этими самыми руками схватил Хироку и сбежал, мне все равно некуда было бы идти. Я не стал с ней спать и не пошел за ней не потому, что я разумный, а потому, что я трус.

Я хрипло выдавил эти слова. Пурапура, похлопывая меня по спине, сказал:

– Но ведь разум и трусость тебя спасли. Начнем с того, что тебе всего четырнадцать лет и тебе слишком рано думать о том, сможешь ты кого-нибудь спасти или нет. Даже мой босс не может заставить людей, решивших идти в одну сторону, повернуть в другую.

– И ты тоже не можешь сделать так, чтобы Хирока повернула домой?

– К сожалению, я простой ангел, а не супергерой.

– То есть супергерои круче ангелов?

– Ну, я не могу сказать. – Пурапура как-то скомкал конец фразы. – Но как бы то ни было, я – твой проводник, и я могу указывать тебе дорогу, а не переносить тебя с места на место. Например, сейчас ты заблудился, у тебя высокая температура, и я могу показать тебе дорогу домой. Однако идти ты будешь сам.

Как только он упомянул высокую температуру, я сразу же ее ощутил, и мне стало еще хуже. Вряд ли у меня хватило бы сил дойти до дома Макото. Да даже если бы силы были, я все равно не мог туда вернуться. В ушах до сих пор стояли всхлипы матери, с которой я так безжалостно обошелся. Нет, не пойду.

– А можно вопросик? – Я быстро поднял взгляд на Пурапуру. – Я не могу отказаться от второго шанса?

– Отказаться от второго шанса через полтора месяца? – Пурапура со вздохом покачал головой. – Разве ты не помнишь? Ты ведь сначала не хотел пользоваться этим вторым шансом, но тебе не разрешили. Так же и с возвращениями. Результаты лотереи, знаешь ли, обжалованию не подлежат.

– Значит, если я так и буду болтаться в этом мире без всякой цели и не вспомню, какую ошибку совершил в прошлой жизни, то я так и останусь Макото Кобаяси?

– Нет, есть некоторый срок пребывания в гостевой семье. Обычно он длится примерно год.

– А от чего это зависит?

– От ситуации. До некоторых медленно доходит, до других – быстро.

– У вас все очень разумно.

– Это оттого, что и нашим миром, и вашим управляет один и тот же босс.

– Ага. – Мне вдруг все стало ясно. – А если я не уложусь в срок?

Пурапура посерьезнел.

– В таком случае второй шанс считается потраченным впустую. Ты больше не вернешься в круг перерождений. То есть ты больше не появишься на свет.

– А что станет с душой?