Эсмира Исмаилова – Тайны Стамбула: любовь и рецепты старого города (страница 79)
Я знала, что в данном контексте это означало «чудачка», или «а ну ее», или «эти иностранцы ничего не понимают в жизни», и я медленно побрела по направлению к своему дому, который, как гигантский аквариум, транслировал в горящих теплым светом окнах чужие жизни, неподдельные и непонятные.
На этаже пахло едой – из нашей квартиры. Завидев меня, девочки засуетились и запретили заглядывать в кухню. Обычное дело – сюрприз! Изображаю удивление, а краем глаза отмечаю работающую духовку. Пока Дип сервирует стол, я задвигаю шторы. Мы включаем торшер, зажигаем свечи и наслаждаемся запеченным картофелем в мундире с нежной бараньей корейкой.
Ах, да! Что касается рецепта сармы, который я так и не выведала у эмансипированной Кайры, знающей цену всему, кроме уюта домашний кухни, – продолжение истории все-таки было. На следующий день я отправилась к мяснику Альтану, снабжавшему отборными антрекотами весь район и слывшему невероятно милым человеком. С ним всегда есть что обсудить: словно психолог, он моментально оценивает настроение покупателя и безошибочно выдает ему точный диагноз. Если протягивает обваленные в сочной зелени стейки, значит, вечеру быть необычным – он это видит по крохотным огонькам в глазах, заметных ему одному. Предлагает сформированные кёфте – ужину быть скорым, незамысловатым и семейным. Если же постоянный клиент и вовсе валится с ног от усталости, Альтан-бей в жизни не продаст ни вырезку, ни баранью ногу (пусть даже замаринованную). В лучшем случае всунет бумажный пакет с только что слепленными мантами:
– Воду подсолить не забудь. Пять минут кипения, ложка масла, и все. А потом спать, иначе больше ко мне не приходи.
Витрина в лавке Альтана до блеска начищена старательным подмастерьем. Словно заводной, мальчонка проворно снует по кафельному полу, оттирая въевшиеся разводы. Осталось протереть вывеску над дверью, и можно отправиться на первый перекур со стаканчиком чая. На свисающем над самым входом балконе с утра и до позднего вечера подремывает выкрашенная хной одинокая тетушка, без которой фасад старого здания кажется уже не тем. Она сливается с потертой балюстрадой и неподвижностью напоминает готическую капитель в виде каменной головы с выпученным взглядом. Задираю голову и кричу ей: «Merhaba!»[386]. Она каждый раз вздрагивает от неожиданности, однако машет мне непослушной рукой: полгода назад ее подкосил инсульт. Из-за пандемии помощь припозднилась. Теперь старушка дышит воздухом только на балконе, а соседи по очереди приносят ей щедрые подарки Альтан-бея, добросердечнее которого никого прежде не встречала.
– Что смотришь? Не знаешь, чем мужа накормить? – смеется он, мастерски разделывая тушку только что привезенного барашка.
– Я хотела приготовить сарму, но рецепт не узнала…
– Ayıp valla![387] – И он хватается за голову, приближая тончайшее лезвие к самому лицу, отчего мурашки пробегают по коже. – Ваша сарма мне как кость в горле!
Глазами той самой yabanci, которой меня не называл в этом городе только ленивый, я цепляюсь за круглое раскрасневшееся лицо добряка Альтана и пытаюсь понять, что не так в сарме и чем она так досадила веселому мяснику.
– Иди-ка сюда, – и он подзывает меня ближе к прилавку, после чего шепчет, едва сдерживая улыбку. – Скажи мне, в сарму мясо кладут?
– Нет, конечно, – уверенно заявляю я, гордясь осведомленностью о процессе приготовления популярнейшего в Стамбуле мезе[388].
– Aferin sana![389] Все-то ты знаешь! Тогда зачем пришла за сармой к мяснику? Совсем дела плохи, да? – и он по-отечески заглядывает в глаза, которые готовы наполниться слезами только потому, что в них давно так никто не смотрел.
Альтан смешно щурится, и тысячи крохотных морщинок разбегаются по его крупному лицу.
– Делаешь так и так, поняла? – мясник неумело двигает толстыми пальцами, делая сложный рецепт предельно понятным. Еще бы! Учит сам Альтан-бей! Закатив глаза кверху и закусив губу, я мысленно проворачиваю в памяти все услышанное, чтобы запомнить наверняка.
– А теперь yarım kilo karışık kıyma[390]. Добавишь к начинке.
Округляю глаза, потому что мне доподлинно известно, что турецкая сарма вегетарианская. Доказательства этому – в меню всех стамбульских ресторанов, на столах ночных босфорских таверн, прилавках старейших продавцов мезе и страницах множества книг по кулинарии, которые я честно проштудировала в попытке познать суть фракийской кухни.
– Но в сарме мяса нет, – пытаюсь бороться за аутентичность рецепта и отодвигаю бумажный сверток с фаршем.
– Я из Коньи[391], – выпрямился высоченный Альтан и слегка побагровел, потому что прежде никто не отказывался от его мясных деликатесов. – Моя сарма должна быть с мясом. – Он улыбнулся и мягко добавил: – Попробуй, это очень вкусно.
Интересно, нашелся бы кто-то, кто поспорил со столь авторитетным мнением? Я поспешила на рынок, который как раз сегодня баловал своих преданных «прихожан» органическими продуктами. Мне предстояло запастить нежными листьями винограда, свежей зеленью, кедровыми орехами, птичьим изюмом… Трепетно, как молитву в детстве, я повторяла про себя длинный список ингредиентов, боясь позабыть хотя бы слово…
Холодный дождь начал накрапывать, и я прибавила шагу. Компания знакомых старичков пряталась под навесом у старого подъезда: все трое тайком от жен курили самокрутки и выглядели самыми счастливыми – словно школьники, гордые тем, что улизнули с уроков. Уверена, скоро их очаровательные женушки, возвращаясь с того же рынка, нагрянут и разгонят секретный клуб престарелых озорников и потянут домой прочь от усиливающегося дождя. В большой гостиной они зажгут свет и будут медленно наслаждаться горячим чаем, любуясь унылым небом за незанавешенными окнами.
Когда подходила к дому, на башенке старинной католической церкви, что прячется среди невысоких пальм Теофраста, забил колокол: значит, полдень. Его мягкий звон медленно растворялся во влажном воздухе. Я крепче прижала к себе бумажный пакет с зеленью, и нежное облако мятной свежести вынырнуло наружу, создав еще одно невероятное воспоминание о едва ли не лучшем городе планеты, в котором я хандрила, смеялась, плакала, но при всем этом была неудержимо счастлива…
Турецкая сарма с мясом по настоянию добродушного Альтан-бея из Коньи
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•