Эрнест Клайн – Песни летучих мышей (страница 1)
Эрнест Клайн
Песни летучих мышей
Bridge to the Bat City
© Калинина И., перевод, 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Плейлист
Посвящается всем собратьям-остинцам[1]
(в том числе крылатым).
1. Большая старая красивая пещера
Давным-давно здесь, в Техасе, в той части штата Одинокой звезды[2], которую называют Страной холмов, на опушке зеленого леса притаилась Большая старая красивая пещера.
И так уж случилось, что именно эту пещеру облюбовала для себя большая стая летучих мышей. Нет, не просто большая – огромная! В ней было больше миллиона маленьких крылатых пушистых созданий. И произошло это в незапамятные времена, еще до того, как земли вокруг назвали Техасом и Мексикой. Да что говорить: задолго до того, как здесь вообще появились люди, которые могли бы дать этой земле хоть какое-то название.
Окажись на моем месте ученый, он непременно сказал бы, что в пещере обитает «колония мексиканских свободнохвостых летучих мышей». Но, согласитесь: и одного взгляда вполне достаточно, чтобы понять, что на самом деле это семья, одна большая и самая настоящая семья. А если присмотреться, то можно заметить, что в ней еще тысячи и тысячи семей поменьше – самых разных семей самых разных летучих мышей. И все они живут вместе в мире и гармонии, в Большой старой красивой пещере в Стране холмов…
Впервые узнав о летучих мышах и о том, как они живут, я сильно им позавидовала: ведь они делали то, о чем я всегда мечтала! Например, летали. А еще не спали всю ночь напролет – представляете, до самого рассвета! Зато днем могли сладко посапывать в Большой старой красивой пещере.
Ну а если днем они спали, получается, наш вечер был у них как утро. И каждое утро на закате все летучие мыши отправлялись на поиски пищи. Они дружно вылетали из Большой старой красивой пещеры и сразу же разлетались кто куда. Чтобы наесться, они преодолевали много километров, поглощая полчища мотыльков, комаров, мух и прочей мелочи. Возвращались они в свою пещеру только под вечер – то есть на рассвете. Надо сказать, что летучие мыши – прирожденные охотники на насекомых. Да и аппетитом природа их не обидела: за ночь каждая такая мышка съедала столько мошкары, сколько сама весила.
Для них все эти насекомые вкуснее барбекю! Что, поморщились? Понимаю! Мысль о поедании насекомых у многих вызывает отвращение. Но признайтесь, что и среди нас есть кое-кто – в том числе и ваша покорная слуга, – кому нравятся хот-доги, так что не нам судить. Как говаривала моя мама: «Никогда не бякай на чужую нямку».
Когда летучие мыши не парили в ночном небе, они висели вниз головой на потолке Большой старой красивой пещеры, в собственном маленьком перевернутом городе. Жизнь вверх ногами для летучих мышей – дело обычное. Скорее, для них мы, люди, живем вверх тормашками.
Вы думаете, что летучие мыши слепы? Ну ладно, ладно, не вы, но многие другие. А это вовсе не так: они прекрасно видят. И еще лучше слышат. Для этого у них есть пара сверхчутких ушей. Уши эти поворачиваются в любом направлении. И летучие мыши используют их вместе со своим голосом как естественный эхолокатор. Голос и слух помогают им облетать препятствия, выслеживать добычу и скрываться от хищников.
А хищников, желающих полакомиться нашими героями, уж поверьте, немало: от злобных ястребов до прожорливых сов, – они охотятся на летучих мышей, пока те охотятся на насекомых. К счастью, летучие мыши – самые быстрые млекопитающие в мире, поэтому обычно им удается обгонять и сов, и ястребов и других хищных птиц. Обычно. Но не всегда.
И охотники, и добыча одновременно. Увы, такова их жизнь.
Каждое утро на рассвете, наевшись в большом буфете «Страна холмов» с бесплатным шведским столом из разнообразных насекомых, летучие мыши возвращались домой в Большую старую красивую пещеру, чтобы покормить детенышей и залечь спать на весь день. А вечером, с заходом солнца, они просыпались и повторяли все то же снова и снова. День за днем. Ночь за ночью. Сезон за сезоном. Пока температура не начинала падать.
Летучие мыши – млекопитающие теплокровные, как мы с вами. В Большой старой красивой пещере их жило больше миллиона, а потому тепла их тел обычно хватало на то, чтобы согреть весь перевернутый с ног на голову город. Но с приходом зимы на улице для охоты становилось слишком холодно. А кому охота превратиться в ледышку прямо в полете? К тому же чем сильнее холода, тем меньше насекомых, и летучие мыши оставались без еды. Тогда вся колония подхватывалась и улетала на зиму на юг, мигрируя, подобно большинству птиц. Зимние каникулы они обычно проводили в Южном Техасе, а иногда и по ту сторону границы, в Старой Мексике, где намного теплее и где водится множество насекомых, которыми можно питаться всю зиму.
Хорошо там, где тепло и много вкусной еды! Но там у летучих мышей не было своего дома, поэтому каждую ночь им приходилось искать приют на новом месте – на дереве или, если повезет, в каком-нибудь старом заброшенном сарае или в чем-то вроде того. Думаю, они особо и не возражали против таких походных условий, ведь это не навсегда. Для них такая зимовка была как для нас поход в лес на каникулах. Но вот наконец зима заканчивалась, ночи становились теплее. И летучие мыши устремлялись в ритме буги-вуги обратно в Техас*, на север, в свой маленький дом в Большой старой красивой пещере в Стране холмов.
Собравшись вновь в Большой старой красивой пещере, они возвращались к прежней жизни – весь день спали, а по ночам охотились на насекомых.
Летучие мыши следовали одному и тому же распорядку год за годом, столетие за столетием, одно поколение за другим. И так продолжалось до тех пор, пока однажды летом не случилась череда удивительных событий, которые изменили их – да и мою – жизнь навсегда.
Уверена, найдется немало тех, кто поставит под сомнение правдивость этой истории, но это не выдумка. Мама не воспитывала меня лгуньей! Да, признаю: в свое время я рассказала пару небылиц и вообще порой не прочь кое-что приукрасить. Но с самого детства я усвоила, что хорошая история заслуживает ярких красок, а история, которую я собираюсь рассказать не просто хорошая – она моя самая любимая! Если же я и спутаю пару дат или притяну за уши какие-то факты, поверьте, это не специально. Просто события, о которых я собираюсь рассказать, произошли лет тридцать – а то и все сорок! – назад, а воспоминания со временем блекнут, подобно старым фотографиям. Притом, если мусолить их слишком часто, они могут изрядно поистрепаться. А если не хранить их в надежном месте, то можно и вовсе потерять. Поэтому я надеюсь, что вы отнесетесь к этой истории побережнее.
Подходите, берите стул, скидывайте ботинки и устраивайтесь поудобнее. Я расскажу вам все, что тогда случилось, так, как помню это я.
Все началось с того, что рядом с Большой старой красивой пещерой поселилась тринадцатилетняя девочка, и они с летучими мышами стали соседями…
2. Девочка с плоской земли
Эту странную малышку звали Опал С. И. Бемоль. До того как стать соседкой летучих мышей, она жила в Лаббоке – продуваемом всеми ветрами форпосте человечества, расположенном в центре безнадежно плоского и пустынного прямоугольника в верхней части Техаса, так же известного как «Ручка».
Среди местных бытовала шутка: мол, Лаббок находится в такой плоской местности, что все видно на пятьдесят миль вокруг, а если встать на консервную банку – так и на все сто. Если верить другой истории, стоит в Лаббоке вырасти дереву, как кто-нибудь тут же прибегает и срубает его, чтобы не портить умопомрачительно тоскливый вид на абсолютное ничто – куда ни глянь.
Девочке с именем Опал и грустной фамилией Бемоль[3] тот факт, что она родилась в самом безрадостном месте на Земле, казался уж слишком жестоким совпадением.
У мамы Опал была большая старая сковородка в форме Техаса. И эта сковородка всегда приводила девочку в замешательство, потому что ее ручка крепилась не к «Ручке»! Вместо этого она находилась где-то в районе Дель Рио. Какая оплошность! Но мама Опал все равно использовала свою техасскую сковородку, чтобы выпекать техасский кукурузный хлеб. А еще техасские блинчики, для которых у нее была специальная техасская формочка, достаточно маленькая, чтобы поместиться в большую техасскую сковородку. Черникой мама всегда отмечала то место, где находится Лаббок, потому что там был их дом.
Опал не нравилось называть ту часть Техаса, где они живут, «Ручкой». Ведь это название совсем ничего не говорит об одуряюще однообразном ландшафте этого места. И вот однажды она решила назвать его по-своему.