Эрнест Брама – Макс Каррадос (страница 1)
Эрнест Брама
Макс Каррадос
© ИДДК
Макс Каррадос
Глаза Макса Каррадоса
Тайны Макса Каррадоса
Лондонский браво
Монета Дионисия
Шел девятый час вечера, накрапывал дождь – едва ли подходящее время для торговли столь редким товаром, как старинные монеты. Однако в маленькой лавке под вывеской «Бакстер» все еще горел свет, а в крошечном кабинете в глубине помещения сам владелец просматривал свежий выпуск «Пэлл-Мэлл». Его деловое чутье, похоже, не подвело: вскоре дверной колокольчик возвестил о посетителе. Отбросив газету, мистер Бакстер вышел в зал.
По правде говоря, торговец ждал гостя, и вся его осанка при выходе в лавку выдавала ожидание визитера немалой важности. Но стоило бросить первый взгляд на вошедшего, как излишняя почтительность мигом испарилась, уступив место вежливости опытного продавца перед лицом обычного клиента.
– Мистер Бакстер, если не ошибаюсь? – промолвил вошедший.
Он отставил в сторону промокший зонт и принялся расстегивать пальто и пиджак, пробираясь к внутреннему карману.
– Вы меня вряд ли помните? Я Карлайл – два года назад я вел для вас одно дело…
– Ну разумеется. Мистер Карлайл, частный сыщик…
– Агент по розыску, – педантично поправил мистер Карлайл.
– Что ж, – усмехнулся Бакстер, – в таком случае и я всего лишь торговец монетами, а не антиквар или нумизмат. Могу ли я быть вам чем-то полезен по этой части?
– Да, – отозвался гость, – теперь моя очередь советоваться с вами.
Он извлек из внутреннего кармана замшевый мешочек и осторожно выкатил некий предмет на прилавок.
– Что вы скажете об этом?
Торговец секунду изучал монету.
– Тут и спрашивать нечего, – ответил он. – Это сицилийская тетрадрахма Дионисия.
– Да, это мне известно – так значилось на ярлыке в коллекции. Могу добавить, что за нее лорд Систок, по слухам, отдал двести пятьдесят фунтов на аукционе Брайса в девяносто четвертом.
– Сдается мне, вы сами можете рассказать об этой вещи побольше, чем я, – заметил мистер Бакстер. – Так что же вы на самом деле хотите выяснить?
– Я хочу знать, – отчеканил мистер Карлайл, – подлинная она или нет.
– Возникли какие-то сомнения?
– Некоторые обстоятельства внушают подозрение – только и всего.
Торговец еще раз осмотрел тетрадрахму через лупу, удерживая ее за края с осторожностью знатока. Затем медленно покачал головой, признавая свое бессилие.
– Конечно, я мог бы высказать догадку…
– Нет, не стоит, – поспешно перебил его мистер Карлайл. – От этого зависит арест, и мне нужна полная уверенность, а не предположения.
– Вот как, мистер Карлайл? – отозвался Бакстер с заметно возросшим интересом. – Что ж, буду с вами откровенен: это не по моей части. Если б это был редкий саксонский пенни или сомнительный нобль, я бы поставил свою репутацию на кон, но с классическими сериями я дел почти не имею.
Мистер Карлайл и не пытался скрыть разочарования, убирая монету обратно в мешочек, а мешочек – во внутренний карман.
– Я на вас очень рассчитывал, – проворчал он с упреком. – Куда же мне теперь, черт возьми, податься?
– Всегда есть Британский музей.
– Ах, ну да, благодарю. Но застану ли я там сейчас кого-нибудь, кто разбирается в монетах?
– Сейчас? И не надейтесь! – ответил мистер Бакстер. – Загляните утром…
– Но мне нужно знать именно сегодня, – пояснил посетитель, снова впадая в отчаяние. – Завтра будет уже поздно.
Мистер Бакстер не мог его ничем обнадежить.
– Вряд ли вы застанете кого-то на рабочем месте в такой час, – заметил он. – Я и сам бы уже часа два как ушел, если бы не встреча с одним американским миллионером, который сам назначил время. – Правым глазом мистер Бакстер изобразил нечто похожее на подмигивание. – Его фамилия Оффмунсон. Один бойкий молодой охотник за родословными вычислил, что происхождение этого человека идет от Оффы, короля Мерсии. И теперь он – что вполне естественно – желает заиметь набор монет Оффы в качестве своего рода доказательства.
– Весьма любопытно, – пробормотал мистер Карлайл, нетерпеливо поглядывая на часы. – Я бы с удовольствием поболтал часок о ваших клиентах-миллионерах… как-нибудь в другой раз. А сейчас – послушайте, Бакстер, не могли бы вы рекомендовать мне какого-нибудь специалиста по этой части, который живет здесь, в городе? Вы же наверняка знаете десятки экспертов.
– Помилуйте, мистер Карлайл, я никого из них не знаю вне службы, – сказал мистер Бакстер, пристально глядя на сыщика. – Они могут жить хоть на Парк-Лейн, хоть на Петтикоут-Лейн, я об этом не знаю. К тому же экспертов не так много, как вы думаете. И двое лучших из них, скорее всего, переругаются из-за этой монеты. Вы ведь имели дело с «экспертами-свидетелями» в суде, я полагаю?
– Мне не нужен свидетель, давать показания не придется. Все, что мне нужно – это заключение эксперта, на основании которого я смогу действовать. Неужели нет никого, кто мог бы твердо сказать, подлинная это вещь или нет?
Многозначительное молчание мистера Бакстера стало почти циничным, пока он разглядывал посетителя через прилавок. Затем он смягчился.
– Постойте-ка. Есть один нумизмат-любитель. Помню, какое-то время назад я слышал о нем поразительные вещи. Говорят, он действительно знает толк.
– Ну вот видите! – воскликнул мистер Карлайл с облегчением. – Всегда кто-нибудь да найдется. Кто он?
– Имя забавное, – ответил Бакстер. – Что-то вроде Уинн или Уинн-как-то-там… – Он вытянул шею, увидев представительный автомобиль, подъезжавший к тротуару перед его окном. – Уинн Каррадос! Вы уж извините меня, мистер Карлайл. Кажется, это мистер Оффмунсон пожаловал.
Мистер Карлайл поспешно записал карандашом имя прямо на своей накрахмаленной манжете.
– Уинн Каррадос, так. Где он проживает?
– Не имею ни малейшего представления, – отозвался Бакстер, поправляя галстук перед настенным зеркалом. – Я сам его никогда не видел. Послушайте, мистер Карлайл, мне жаль, что не могу больше ничем помочь. Вы ведь не в обиде?
Мистер Карлайл не стал делать вид, будто не понял намека. Уходя, он удостоился чести придержать дверь перед заокеанским потомком короля Оффы, после чего по уличной грязи отправился обратно в свою контору. Существовал лишь один способ разыскать частное лицо в столь короткий срок – через адресные книги, и джентльмен не обольщался насчет своих шансов.
Однако удача ему улыбнулась. Вскоре он обнаружил некоего Уинна Каррадоса в Ричмонде, и – что еще лучше – больше людей с такой фамилией не нашлось. Судя по всему, в окрестностях Лондона проживал лишь один домовладелец с этим именем. Набросав адрес, Карлайл выехал в Ричмонд.
Дом находился в некотором отдалении от станции. Карлайл взял такси и доехал до самых ворот. Он гордился своими профессиональными чертами – наблюдательностью и точностью выводов. «Всего лишь умение смотреть в оба и складывать два и два», – говаривал он, когда хотел казаться скорее скромным, чем значительным. К тому моменту, как сыщик достиг парадной двери особняка «Турретс», у него уже сложилось определенное мнение о положении и вкусах здешнего обитателя.
Слуга впустил мистера Карлайла и принял его визитку – личную карточку с краткой просьбой о встрече, которая не задержит мистера Каррадоса и на десять минут. Удача все еще сопутствовала: мистер Каррадос был дома и готов принять его прямо сейчас. И слуга, и холл, через который они прошли, и комната, куда его ввели – все это ложилось в копилку выводов, которые внимательный джентльмен делал почти бессознательно.
– Мистер Карлайл, – доложил слуга.
Это была библиотека или кабинет. Единственный присутствующий, мужчина примерно тех же лет, что и Карлайл, до самого момента появления гостя работал за пишущей машинкой. Теперь он обернулся и встал с выражением официальной вежливости.
– Весьма признателен, что принимаете меня в такой час, – извинился визитер.
Выражение лица мистера Каррадоса слегка изменилась.
– Неужели мой человек перепутал имя? – воскликнул он. – Разве вы не Луи Коллинг?
Посетитель осекся, и его любезная улыбка сменилась внезапной вспышкой гнева или досады.
– Нет, сэр, – сухо ответил он. – Мое имя на карточке, что лежит перед вами.
– Прошу прощения, – отозвался мистер Каррадос с полнейшим добродушием. – Я ее еще не видел. Но много лет назад я знал некоего Коллинга – по колледжу Сент-Майклз.
– Сент-Майклз! – Черты лица мистера Карлайла вновь преобразились, столь же мгновенно и радикально. – Сент-Майклз! Уинн Каррадос? Боже правый! Неужто это Макс Уинн – тот самый «Победитель» Уинн?
– Да, но на несколько лет старше и на несколько фунтов полнее, – отозвался Каррадос. – Как видите, я сменил фамилию.
– Невероятная встреча, – произнес посетитель, опускаясь в кресло и во все глаза глядя на мистера Каррадоса. – Я-то изменил не только фамилию. Как же вы меня узнали?
– По голосу, – ответил Каррадос. – Он перенес меня в ту вашу прокуренную каморку на чердаке, где мы…
– Боже мой! – горько воскликнул Карлайл. – Не напоминайте мне о том, что мы собирались совершить в те годы. – Он обвел взглядом дорого и со вкусом обставленную комнату и вспомнил прочие признаки достатка, замеченные им ранее. – Во всяком случае, вы, кажется, неплохо устроились, Уинн.
– Мне попеременно то завидуют, то сочувствуют, – ответил Каррадос с безмятежным спокойствием, которое, видимо, было ему свойственно. – Но, как вы и заметили, устроился я вполне сносно.