Эрика Льюис – Келси Мёрфи и охота за Сердцем Дану (страница 54)

– Сюда! – Малютка Крапинка подняла крошечный фонарь. Раздался лёгкий писк, и фитиль в нём загорелся. – То, что вы ищете, находится здесь, внизу.

– Это невозможно, – проворчал Эзрас, фыркнув. – Там просто тупик.

Но не успел он договорить, как фея уже исчезла. Её свита придвинулась ближе, вынуждая людей продолжать путь.

– Лестница должна куда-то вести, – ворчливо заметил Зефир.

– В старый холодный погреб, где когда-то хранились запасы еды. Он остался от прежнего колледжа, а теперь совершенно пуст, – настаивал Эзрас.

– Думаете, это ловушка? – спросил Найл.

– Очень может быть, молодой человек.

Брона заговорщически изогнула бровь. Она зарядила свой лук стрелой с зелёным сглазом на наконечнике.

– Коняга, можно я пойду первой?

Зефир рассмеялся.

– Если эта штука делает то, что я думаю, то можно.

Смущённая, но немного успокоенная тем, что у кузины есть план, Келси последовала за Броной, спускаясь по узкой лестнице, вырезанной в неровных каменных стенах.

Эзрас не ошибся: в кладовке было пусто, если не считать трёх фонарей, похожих на фонарь Крапинки, зажжённых и свисающих с потолка.

Королева позвала своих подданных, и малютки с жужжанием пронеслись мимо них, одна за другой исчезая в четырёхдюймовой щели в углу – точно осы, возвращающиеся в своё гнездо.

Эзрас громко вздохнул.

– Откуда взялась эта дыра?

В светящихся красных глазах Крапинки плясали озорные искры.

– Пространство внутри стен принадлежит феям, Эзрас. С тех пор как мы сюда переехали.

– Вы переехали в эти стены? – Эзрас схватился за грудь. Его встревоженный взгляд заметался по комнате. – Это… весьма неожиданно.

– Красавчик Жеребец, используй свои прекрасные мышцы и сделай туннель пошире, чтобы ты и твои друзья могли протиснуться.

Зефир скрестил руки на груди.

– Почему я не чувствую себя в безопасности?

– Потому что эта крошка-королева в тебя влюбилась. – Брона подмигнула, подзадоривая его. – У неё хороший дом, но немного маловат для всех этих огромных мускулов.

– Стой на месте, – предупредил Зеф, направляясь к Малютке Крапинке.

Лёгкий пинок и небольшой толчок Зефира – и камни разлетелись по полу. Туннель высотой не более двух футов оказался слишком мал, чтобы в него войти.

– Возможно, это был не лучший план. Подождите тут. Мы его принесём, – распорядилась Крапинка

Эзрас опустился на пол, просунув голову в туннель, и пронзительно крикнул:

– Эти артефакты принадлежат Колледжу, фея! Мы собирали… э… Ох!

Друид выскочил наружу, освободив путь двенадцати малюткам, которые с трудом волокли к выходу кусок каменной плиты толщиной шесть дюймов. Они повернули его боком – иначе было не вытащить, – и Зефир подскочил, чтобы им помочь.

Без особого труда он прислонил плиту к стене. Келси зажгла на пальце огонёк и опустилась на колени перед камнем. Фианна столпилась вокруг. Найл смахнул полой плаща толстый слой пыли. Камень под ней почернел от старости, и Келси смогла разглядеть лишь набросок в самом центре.

Посередине были изображены нежные женские руки, держащие в ладонях солнечные лучи. Найл рядом с Келси уважительно охнул, как будто для него это что-то значило, но ничего не сказал. Он провёл пальцем по тыльной стороне одной из рук.

– Что это такое? – спросил Зефир.

Прежде чем Найл успел ответить, Крапинка прошептала:

– Неважно. Переверни его.

Брона, все ещё держа в руках лук со стрелой на тетиве, пинком перевернула камень. На обратной стороне был ряд пиктограмм.

Многие языки в человеческом мире построены на пиктограммах. От древнеегипетского и шумерского до современных мандаринского, японского и иврита. Келси никогда не изучала ни один из них, но, когда она смотрела на вертикальные ряды значков, её сознание автоматически переводило их – как в прошлый раз, когда она слышала фоморский язык. Она читала слова…

– Это древнефоморский, – проговорил Эзрас, подтвердив её догадку. – Он старше, чем даже Огам. Никто здесь не способен его прочесть.

– Кажется… я могу, – сказала Келси.

– Правда? – потрясённо спросил Найл.

– Та эрфин. Я наследница. Думаю, это заложено в генах.

Келси придвинулась ближе. Крепко сжимая в одной руке серебряную ветвь, пальцами другой она принялась водить по строчкам.

– Здесь написано: «Тара влэс Аллтар рэсск» – «Столько силы, что Аллтар раскололся».

Она перешла к следующему ряду.

– «Фолам кирован хапнар» – «Небытие заслонило солнце, луну и звёзды».

– Речь идёт о Бездне? – спросила Брона.

– Да, в этом есть смысл, – согласился Найл.

– «Четуэр дан» – Четыре для спустя…

Дальше Келси начала просто переводить:

– Солнца по-прежнему не было. Земля стала слишком холодной, чтобы по ней ходить. Горький воздух. Замёрзшие озера, реки и моря…

Со следующей строчки она снова перешла на фоморский, даже не заметив этого.

– «Ранхар дан. Голон. Дауоа. Игнис нан помар» – «День седьмой. Голод. Смерть. Наших элементалистов огня слишком мало, чтобы кого-то спасти».

Она начала читать дальше.

– Здесь говорится, что фоморы отправились в паломничество и получили помощь. Они принесли благословение от их великой Дуайан Вероса.

В самом низу Келси нашла слово, которое не смогла прочитать.

– Нечто вроде «Крои-на-Бандиа»?.. Я не знаю, что это означает.

– Потому что это на нашем древнем языке, – выдохнул Найл. – Это означает её сердце. А что такое Дуайан Вероса?

Келси встретилась с ним взглядом.

– Это значит «верховная бабушка».

– Дану! – воскликнул Зефир. – Это же Дану!

– Кто такая Дану? – спросила Келси.

Ответила Брона:

– Она – богиня-мать Туата Де Даннан. Что-то вроде королевы всех матерей.

Келси отложила это в тот отдел своего мозга, который всегда напоминал переполненную картотеку, где ящики не закрываются до конца…

Люди Лета происходили от Туата Де Дананн, за исключением фоморов, которые были более древним народом, существовавшим ещё до них. Фоморы считали, что их силы дарованы им Порядком и Хаосом, о чём Келси узнала во время каникул в Чавелл-Вудс. Две очень разные культуры… но в конечном счёте, каким бы богам ни поклонялись их предки, все они были летним народом.

Зефир с трудом сглотнул.