Эрика Льюис – Келси Мёрфи и охота за Сердцем Дану (страница 55)
– Значит, тут говорится о том, что, когда Бездна полностью закрыла небо, Дану спасла Земли Лета, подарив им… что? – Он почесал в затылке.
–
Келси мысленно повторила это слово:
– Дану подарила Летним Землям своё сердце. Без него Бездна снова поднимется до невероятных высот. Лето погрузится в бесконечную непроницаемую тьму, и все погибнут.
– Я знаю это сказку, – напористо сказал Эзрас. – Он потрепал Зефира по плечу. – Не мог бы ты ещё раз перевернуть камень?
Зефир поднял его, словно он ничего не весил, и осторожно положил обратно.
Уставившись на изображение сцепленных рук, Эзрас спросил:
– На что это похоже, Найл?
– На рисунок в Книге Сущего? Только я не могу вспомнить, в какой именно.
– Потому что он был в первой главе, которая погибла в пожаре. Это была притча под названием «Главный подарок матери». История о матери, которая дарит детям то, без чего они не смогут жить. Своё сердце – чтобы их сердца бились. Но там ничего не говорилось о том, что земля замёрзнет или что солнце больше не взойдёт. Это повесть о безграничной любви матери к своим детям и о том, что матерей нельзя воспринимать как нечто само собой разумеющееся.
– Итак, – вздохнула Брона, – что это значит? Почему история в Книге Сущего так отличается о той, которую рассказывает фоморская каменная скрижаль?
– Я не знаю, – признался Эзрас.
– Да нет же! – Найл повернулся к друиду, преисполненный уверенности. – История одна и та же. Подумайте сами. Почему притча о Дану записана на фоморской скрижали? Они никак не были связаны с этой богиней! Фоморы отправились в паломничество, чтобы спасти Лето. Только они знали, что произошло на самом деле. А в Книге Сущего – перевод истории, сделанный в соответствии с требованиями морали того времени!
– Этот мальчик гораздо умнее тебя, главный друид! – Эзрас вздрогнул от снисходительного тона Крапинки. – Фоморы писали конкретику, а в поздних книгах всё сводится к притчам – то есть простым историям с моралью.
– Я не знаю… – пробормотал Эзрас в замешательстве.
– А что, если правда так всё и было? – гнул своё Найл. – Что, если Сердце Дану находится в Землях Лета?
– Так и должно быть! – сказала Брона, сделав ещё один шаг вперёд. – Вот и весь ответ! Кто-то собирается украсть
– Если было предзнаменование, значит, то, что вы видели, сбудется. – Бархатистый смех Крапинки эхом разнёсся по маленькой комнате. – Вы не сможете этому помешать.
– Погодите-ка, – сказал Эзрас. – Когда это якобы произошло, Бездна уже существовала. Так откуда же Зима узнала о Сердце Дану, если скрижаль находится здесь, в Землях Лета? Детали истории, которую хранили феи-малютки… – Друид замолчал и в упор уставился на Крапинку.
– Что? – Она озорно ухмыльнулась и закатила глаза.
Эзрас надвинулся на неё.
– Ты продала им эту информацию?
Фея погладила льдисто-голубой сапфир, вправленный в её корону.
– О, не злись так. Ты стар, и ты смертен. Чего доброго, твоё изношенное тело не выдержит.
– Я проживу ещё достаточно долго, чтобы успеть всё рассказать королеве Эйслин.
– Она тогда ещё даже не родилась. Я заключила эту сделку пятьсот лет назад. – Крапинка хохотнула. – И глядите-ка! Мне дважды заплатили за одну и ту же информацию.
– Дважды? Ты предательница! – воскликнула Келси. – И теперь сама пострадаешь. Ты и твои малютки. Вы ведь тоже живёте здесь!
– Надолго мы тут не останемся! – Её взгляд упал на серебряную ветвь на груди Келси.
Келси была абсолютно согласна с Найлом.
– Нет. Зима уже заплатила тебе за эту информацию. И, судя по размеру камня в твоей короне, заплатила достаточно, чтобы покрыть и наш счёт.
Усики крошечной королевы зашелестели. Она звала подкрепление, и оно немедленно появилось. Стены загудели. Тысячи феечек собрались в подвале, готовые, способные и желающие отомстить – броситься бой по щелчку пальцев своей королевы.
– Отдайте ветвь, или мои малютки прикончат вас.
Найл подтолкнул Келси под локоть.
– Ты предала Земли Лета. – Брона поправила стрелу на тетиве и прицелилась в сторону туннеля, чуть выше отверстия. – А с предателями мы не торгуемся.
Зелёный наконечник ударил в стену. Вязкий сироп длинными струйками потёк в отверстие; нападающие малютки приклеивались к нему как мухи к липкой ленте.
Не обращая внимания на крики сородичей, взывавших о помощи, фея помчалась к кулаку Келси с зажатой в нём ветвью. Но шилейла Зефа была наготове. Корона полетела в одну сторону, а извергающая проклятия королева – в другую. Она врезалась в фонарь под потолком и рухнула на пыльный пол, сотрясаясь в припадке дикой ярости и вопя:
– К-к-как в-в-вы с-с-сме-ете?!
– Бежим! – крикнул Зефир
Когда они выскочили на лестничную площадку, пол под ногами затрясся. Разъярённые малютки носились внутри стен, преследуя их. На головы им сыпались камни, а в глаза летела пыль.
Стены покрылись трещинами и начали рассыпаться. На пути к выходу Келси захлестнула волна пыли. Она оглянулась, надеясь, что всё закончилось. Что когда-нибудь, в будущем, люди найдут крохотные раздавленные трупики малюток, вплавившиеся в камни. Эти камни затем выставят на обозрение во всех Летних Землях – с табличкой, гласящей: «Вот как последние из фей встретили свою смертную судьбу».
Увы, Келси никогда так не везло. Феи заполонили подвал, и во главе этой орды, грозно наставив на людей усики-антенны, летела сама Малютка Крапинка.
– Что ж ты за человек такой, Сайга?
Вооружённая жалами армия замерла позади королевы, ожидая сигнала к атаке.
– Мы ведь сторговались! Ударили по рукам! Заключили СДЕЛКУ! Теперь соблюдай договор, или вы все умрёте!
Келси почувствовала, как браслет сползает с её запястья, и поняла, что у неё под рукой есть возможное решение. Можно превратить браслет в копию серебряной ветви. Келси не сумела бы сделать такой же жёлтый лист, как на настоящем амулете, но какова вероятность, что Крапинка внимательно его рассмотрит?
С другой стороны – вдруг ничего не получится? Келси потеряет драгоценное время, которое они могли бы потратить на бегство.
Келси сглотнула, чувствуя в горле горький комок. Это был риск. Они выйдут отсюда с действующими руками и ногами или… Ей не хотелось думать об «или».
– Мы можем от них отбиться! – Лук Броны был наготове. На натянутой тетиве лежали сразу три стрелы.
Зефир и Найл выглядели не столь уверенными.
Келси наклонилась и отвернулась от фей, закрыв лицо руками. Её плечи сотрясались, и она притворялась, что рыдает, громко причитая.
– Она плачет? – с отвращением воскликнула Малютка Крапинка. – Что ты за солдат?
– Келси? – с беспокойством спросила Брона. – Ты в порядке?
– Очевидно, что нет! – проворчал Зефир.
Найл помалкивал. Возможно, он единственный обо всём догадался.
Ключ-слово было не более чем шёпотом, безмолвной мольбой. После самой долгой секунды в жизни Келси в её ладонь перетекла стальная струйка.
– Мне так жаль, – промямлила она. – Мы ничего не можем сделать.
Келси истерически всхлипывала, украдкой обрабатывая металл. Катая и сжимая его в ладони. Катая и сжимая…
Она стиснула руки, сжала крошечную петельку и ногтем мизинца проделала отверстие, через которое должен был проскочить её неразрывный шнурок.
Келси никогда не была хорошей актрисой. Она чересчур драматично вздохнула и встала лицом к феям, позволила настоящей ветви упасть в рукав и поймала копию, когда шнурок выскользнул из её пальцев.
Не успел амулет упасть, как Крапинка выхватила его из воздуха длинным языком. Не теряя времени даром, мерзкая королева завязала неразрывный шнурок вокруг шеи, а его лишний, слишком длинный конец протянулся по её спине, как шарф.
– Счастливо вам замёрзнуть до смерти! – Она пронеслась по кругу, с язвительной ухмылкой глядя на свою ораву. – Пакуйте чемоданы, малявки! Мы сегодня же переезжаем.
Раздался пронзительный хор радостных криков, и феи брызнули в разные стороны.
Брона смотрела на Келси с таким видом, словно та сошла с ума.