Эрика Джеймс – Мистер (страница 48)
Пульс у меня идет вразнос, пока я мысленно представляю, как все может обернуться. Алессия в моих объятиях. Готова. Ждет. Манит…
Она так близко… Невыносимо. Если перевернуться, она окажется на спине, и я смогу наконец погрузиться в нее. Я заставляю себя разглядывать потолок и молю послать мне еще немного самообладания. Стоит мне шевельнуться, и она проснется, вот я и мучаю себя, лежу неподвижно, наслаждаясь сладчайшей агонией – в объятиях Алессии. Незаметно зажимаю пальцами темный локон – какие нежные и шелковистые у нее кудри. Она шевелится во сне, разжимает кулачок и упирается пальчиками мне в живот, задев мизинцем лобковые волосы.
«Твою мать!»
Если приложить ладошку Алессии к моему эрегированному члену, то я, наверное, взорвусь.
– М-м-м, – сладко бормочет во сне Алессия.
Ее глаза открываются, и она сонно смотрит на меня.
– Доброе утро, – едва дыша, приветствую ее я.
Она охает и откатывается в сторону, чтобы оставить между нами «ничейную полосу».
– Спасибо за визит на мою половину кровати, – поддразниваю ее я. – Рад встрече.
Она накрывается одеялом до самого подбородка, ее щеки розовеют, на губах расцветает смущенная улыбка.
– Доброе утро.
– Как спалось? – спрашиваю я, перевернувшись, чтобы смотреть ей в глаза.
– Спасибо, хорошо.
– Проголодалась?
«Я вот страшно голоден. Но насытит меня не еда».
Она кивает.
– Ты уверена, что хочешь сказать «да»?
Она хмурится.
– Вчера в машине ты рассказала, что в Албании кивают и качают головой не так, как у нас.
– Ты не забыл, – с удивлением улыбается довольная Алессия.
– Я помню каждое твое слово.
Хочу сказать, что она прекрасно выглядит, но, пожалуй, воздержусь. Я очень стараюсь.
– Мне понравилось спать с тобой, – сообщает она, чем приводит меня в замешательство.
– Тогда и я признаюсь: мне с тобой тоже.
– Мне не снились кошмары.
– Вот и хорошо. И мне не снились.
Она смеется, а я силюсь вспомнить сон, из-за которого я и проснулся. Кажется, мне снилась Алессия. Почти все уже стерлось из памяти. Как всегда.
– Я видел тебя во сне.
– Меня?
– Да.
– Случайно, не в кошмарном сне?
Я ухмыляюсь.
– Точно не в кошмарном.
У Алессии обворожительная улыбка. Ровные белые зубы. Розовые губки раскрываются, будто приглашая.
– Ты невероятно соблазнительна.
Вот что значит на мгновение ослабить самоконтроль!.. Бездонные темные глаза раскрываются еще шире, околдовывая, пленяя.
– Соблазнительная? – прерывисто вздохнув, переспрашивает она.
– Да.
В наступившей тишине мы молча смотрим друг на друга.
– Я не знаю, что делать, – шепчет она.
Закрыв глаза, я вспоминаю ее слова, сказанные прошлой ночью: «Я никогда не спала в одной постели с мужчиной».
– Ты девственница? – шепотом спрашиваю я.
Алессия краснеет.
– Да.
Это короткое слово – холодный душ для моего либидо. Я спал всего с одной девственницей, с Каролиной. У меня она тоже была первой, и это был сущий кошмар. Нас тогда едва не исключили их школы. После того случая отец отвел меня в первоклассный бордель в Блумсбери.
«Если ты собираешься трахаться с девчонками, Максим, то будь любезен научиться делать это пра-вильно».
Мне было пятнадцать лет. Каролина потом встретила другого… других…
А потом Кит умер.
Алессии двадцать три года, и она еще девственница? А чего я ждал? Она не похожа ни на одну из моих прежних знакомых. И смотрит на меня огромными глазищами, в которых застыло ожидание.
Алессия хмурится, на ее лице проступает отчаянная тревога.
«Черт».
Подавшись вперед, я провожу большим пальцем по ее пухлой нижней губе. Она резко втягивает воздух.
– Я хочу тебя, Алессия. Очень. Но я хочу, чтобы и ты желала меня. Нам надо получше познакомиться, прежде чем делать следующий шаг, куда бы он нас ни завел.
«Вот. Так поступают взрослые ответственные люди. Верно?»
– Ладно, – неуверенно и, кажется, даже разочарованно отвечает она.
«Чего она от меня ждет?»
Нам необходимо на время отдалиться друг от друга, чтобы все обдумать. Я сажусь и нежно беру ее лицо в ладони.
– Давай просто хорошенько отдохнем подальше от городской суеты, устроим себе каникулы, – предлагаю я, целую ее и выбираюсь из постели.
Время еще не пришло.
Это несправедливо по отношению к ней.
По отношению ко мне – тоже.
– Ты уходишь? – спрашивает Алессия.
Темные волосы накрывают ее хрупкую фигурку, будто плащом. Глаза встревоженно округлились, она чертовски сексуальна в этой огромной пижаме.
– Приму душ и приготовлю нам завтрак.
– Ты умеешь готовить?