Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 77)

На другой день он не видался, с матерью. Он думал, что лучше будет переговорить с нею перед самым отъездом в Норвегию, чтобы не пришлось еще несколько раз возобновлять тягостный разговор; и потому он отложил свое объяснение до послeдняго дня, и нарочно для этого отправился, наканунe своего отъезда, завтракать в Брутон-стрит.

— Матушка, сказал ему отрывисто, усаживаясь на одно из кресел в столовой,— мнe нужно поговорить с вами.

Мать тотчас же поняла, что рeчь должна идти о чем то важном, и с тонким женским инстинктом сообразила, что вопрос касается женитьбы. Она знала, что если-бы сын захотeл поговорить с нею о деньгах, то выражение его лица и голоса было бы совсeм другое; выражение его лица было также не то, если-б ему вздумалось предпринять путешествие в Пекин, или отправиться на рыбную ловлю куда-нибудь на берега Гудзонова залива.

— Поговорить со мною, Лудовик! Я с удовольствием готова тебя слушать.

— Мнe хочется знать, что вы думаете о Люси Робаргс?

Леди Лофтон поблeднeла; ее так и кольнуло в сердце. Она и перед тeм больше испугалась чeм обрадовалась, угадывая что сын ея заговорит о любви; но такого удара она не предвидeла.

— Что я думаю о Люси Робартс? повторила она, совершенно растерявшись.

— Да, матушка; вы говорили как-то недавно, что мнe надо жениться, и я сам начинаю соглашаться с вашим мнeнием. Вы выбрали мнe в невeсты дочь священника; но эта дeвица, кажется, нашла случай гораздо лучше пристроить себя...

— Совсeм нeт, рeзко прервала леди Лофтон.

— И потому я выбрал для себя сестру другаго священника. Надeюсь, вы ничего не имeете против мисс Робартс?

— О, Лудовик!

Леди Лофтон больше ничего не была в силах выговорить.

— Какие вы находите в ней недостатки? Что вы можете против нея сказать? Или вы думаете, что я не могу быть с нею счастлив.

Минуты двe леди Лофтон сидeла молча, стараясь собрать свои мысли. Она находила, что очень многое можно сказать против Люси Робартс, если смотрeть на нее как на будущую леди Лофтон. Ей трудно было бы сразу изложить всe свои доводы, но она не сомнeвалась в их силe и важности. В ея глазах, Люси Робартс не имeла ни красоты, ни прелести, ни изящества в приемах, ни даже такого образования, какого можно бы пожелать. Леди Лофтон сама не была свeтскою женщиной; в ней было даже замeчательно мало свeтскости для особы ея положения. Но, тeм не менeе, она иныя свeтския качества считала необходимыми для молодой дeвушки, долженствующей заступить ея мeсто. Она, конечно, желала, чтобы жена сына соединяла эти качества с другими, с нравственными достоинствами. Она не бралась рeшить, имeет ли Люси Робартс эти нравственныя достоинства; других же необходимых свойств положительно недоставало. Очевидно было, что она никогда не будет смотрeть настоящею леди Лофтон, никогда не сумeет держать себя в графствe как подобает супругe лорда Лофтонэ. Она не имeла ни той плавности, ни той осанки, ни того величаваго спокойствия, которыя леди Лофтон так цeнила в молодой женщинe высшаго круга. Люси, по ея мнeнию, не могла имeть никакого значения в обществe, развe только посредством своего языка; между тeм как Гризельда Грантли, не раскрывая рта в продолжении цeлаго вечера, на всех может подeйствовать одним величием своего присутствия. Притом Люси не имeла никакого состояния; притом же еще она сестра священника ея собственнаго прихода. Трудно прослыть пророком в своем отечествe, и Люси не была пророком в Фремлеe, по крайней мeрe в глазах леди Лофтон. Читатель припомнит, что уже прежде у нея были нeкоторыя опасения, не столько за сына — ей и в голову не приходило подозрeвать его в таком безразсудствe — сколько за самую Люси, которая могла бы себe вообразить, что молодой лорд влюблен в нее. И вот теперь — увы!— каким страшным ударом пал на бeдную женщину вопрос Лудовика!

— Или вы думаете, что я не могу быть с нею счастлив?

Таковы были послeдния его слова.

— Лудовик, милый, безцeнный Лудовик,— и она невольно встала с мeста и подошла к нему:— я это думаю; я точно это думаю.

— Что же вы думаете? спросил он почти с досадой.

— Я думаю, что она точно не пара тебe. Она не принадлежит к тому классу, из котораго ты мог бы выбрать себe подругу.

— Она принадлежит к одному классу с Гризельдои Грантли.

— Нeт, друг мой. Совсeм не то. Семейство Грантли постоянно жило в совершенно ином кругу. Ты сам не можешь этого не сознать...

— Даю вам честное слово, матушка, я нисколько не сознаю. Один ректором в Пломстедe, другой викарием в Фремлеe. Но что об этом спорить! Мнe бы хотeлось, чтобы вы полюбили Люси Робартс; я пришел именно просить вас об этом.

— Чтоб я полюбила ее как твою жену, Лудовик?

— Да, как мою жену.

— Значит вы уже друг другу дали слово?

— Нeт, этого я не могу еще сказать; но будьте увeрены, что я с своей стороны сдeлаю все на свeтe, чтобы добиться ея согласия. Я уже рeшился, и мое рeшение ничто не может поколебать.

— И молодой особe извeстно твое намeрение?

— Конечно.

"Хитрая, безсовeстная притворщица!" подумала про себя леди Лофтон, не смeя открыто высказать это мнeние при сынe. Какая может быть надежда, если лорд Лофтон уже связал себя формальным предложением?

— А ея брат и мистрисс Робартс? Они также все это знают?

— Да.

— И они одобряют?

— Нeт, не могу сказать. Я не видал еще мистрисс Робартс, и не знаю, как она смотрит на это дeло. Но, признаться, мнe кажется, что Марк не совсeм доволен; я думаю, что он вас побаивается, и желает сперва узнать ваше мнeние.

— Я очень рада это слышать, сериозно проговорила леди Лофтон,— с его стороны было бы крайне низко потворствовать такому дeлу.

Послeдовало опять несколько минут молчания.

Лорд Лофтон рeшился не объяснять матери настоящаго положения дeла. Ему не хотeлось говорить ей, что все зависит от ея слова, что Люси соглашается выйдти за него только с условием, чтоб она, леди Лофтон, сама сдeлала ей предложение. Ему не хотeлось показать ей, что она может рeшить его судьбу. Ему было бы очень неприятно испрашивать у матери позволения жениться, а ему бы пришлось это сдeлать, если-б он сказал ей всю правду. Теперь он имел в виду лишь получше расположить ее к Люси, побудить ее быть повеликодушнeе и поласковeе в Фремлеe. Таким образом, все уладилось бы к возвращению его из Норвегии. Он разчитывал на то, что леди Лофтон сочтет напрасным противиться тому, чего она не в силах измeнить. Но если-б он сказал ей, что все в ея руках, что все зависит от ея рeшения, то она по всему вeроятию не изявила бы согласия; так по крайней мeрe думал лорд Лофтон.

— Какой же вы мнe дадите отвeт, матушка? сказал он наконец.— Я уже окончательно рeшился, иначе я не стал бы и говорить вам об этом. Вы теперь вернетесь в Фремлей; могу ли я надeяться, что вы встрeтите Люси так, как вы сами захотeли бы встрeтить будущую мою невeсту?

— Но вeдь ты говорил, что вы друг другу не дали слова.

— Нeт еще; но я просил ея руки, и она мнe не отказала. Она призналась, что любит меня, не мнe самому, но брату. При таких обстоятельствах, могу ли я надeяться, что вы примете ее хорошо?

Его тон и приемы почти пугали леди Лофтон, и наводили ее на мысль, что за словами скрывается еще что-то недосказанное. Вообще, манеры у него были открытыя, довeрчивыя и мягкия; но на Этот раз, казалось, будто он наперед обдумал всe свои слова и рeшился быть настойчивым до жесткости.

— Я так удивлена и поражена, Лудовик, что мнe трудно дать тебe какой-либо отвeт. Если ты хочешь знать, одобряю ли я такой брак, то я откровенно скажу тебe, что нeт. По моему мнeнию, мисс Робартс далеко не стоит тебя.

— Вы это говорите потому, что не знаете ея.

— А не может ли статься, что я ее знаю лучше, милый Лудовик? Ты за нею ухаживал.

— Терпeть не могу этого пошлаго слова.

— Ну хорошо; ты был в нее влюблен, а в таком положении мущины часто бывают слeпы.

— Как же вы хотите, чтобы мущина женился на дeвушкe, не влюбившись в нее сперва? Дeло в том, матушка, что у нас с вами разные вкусы. Вы любите молчаливую красоту, а я люблю красоту говорящую, и потому...

— Ты не скажешь однако, что мисс Робартс хороша собою?

— Да, она очень хороша; у ней именно такая красота, какую я цeню. Прощайте, матушка; я с вами уже не увижусь до моего отъезда. Писать ко мнe не стоит; я пробуду так не долго, и даже не знаю хорошенько гдe мы остановимся. Я приeду в Фремлей как только вернусь, и тогда узнаю от вас положение дeл. Я вам высказал свои желания, и вам остается рeшить, на сколько вы можете согласиться с ними.

Он поцeловал ее, и ушел не дожидаясь отвeта.

Бeдная леди Лофтон, оставшись одна, почувствовала, что голова у нея идет кругом. Неужели Таков должен быть конец всему ея честолюбию, всей любви ея к сыну? Неужели Таков должен быть результат ея дружеских попечений о семействe Робартс? Она почти ненавидeла Марка Робартса при мысли, что она же сама, поселив его в Фремлеe, была косвенною причиной водворения там его сестры. Она перебрала в умe всe его прегрeшения, его частыя отсутствия из прихода, его поeздку в Гадером-Кассль, мeсто, которое он получил, как сказывали ей, через покровительство герцога Омниума. Могла ли она любить его в такую минуту? А потом, она вспомнила об его женe. Неужели и Фанни Робартс, ея давнишний друг, также измeнила ей? Неужели она помогала устроить тот брак? Или, по крайней мeрe, не употребила, всех усилий, чтоб его разстроить? Она уже говорила с Фанни об этом самом предметe, не боясь еще за сына, но сознавая неприличие такой короткости между дeвушкой, как Люси, и молодым человeком, как лорд Лофтон, и Фанни тогда согласилась с ней. Неужели же теперь и в ней приходится видeть врага?