Энн Нельсон – Саморазрушение (страница 5)

Как будто прочитав мои мысли, парень достает пистолет, целится…

Хотя я могла бы избежать выстрела, не двигаюсь с места. Тело застывает. Направленное на меня оружие воспринимается как спасительный канат, способный освободить от той симуляции, которой оказалась вся моя чертова жизнь.

Может, стоит все-таки хотя бы раз остаться на глубине, вместо того чтобы всплыть? Возможно, тогда все сотрется. Здесь нет никого, кто мог бы меня спасти. А я не заслуживаю спасения. Только смерти.

Стоит только закрыть глаза…

Раздается выстрел. Открытые глаза фиксируют картину: фигура моего потенциального избавителя лежит передо мной на земле, из его головы тонкой струйкой вытекает кровь. Его взгляд тускнеет, жизнь угасает вместе с моей возможностью уйти из этого мира.

Кто?! Кто. Мать вашу. Это сделал?!

Оборачиваюсь и вижу их – тех, кого весь месяц избегала. Ника, который с замешательством смотрит на происходящее, держа пистолет в руке. Лиам, в глазах которого восторг и восхищение. Джулл, стоящую позади и прикрывающую рот руками, в ее глазах испуг.

Есть еще один. Он стоит за их спинами, в тени. Кажется, его лицо размывается подобно кровавой линии, медленно спускающейся вниз по лицу покойника. Но я знаю этот взгляд. Узнаю из тысячи. Тот, кого я убила. Кого потеряла навсегда.

Сердце сдавливает болезненной судорогой. Почему эта пустота снова заставляет страдать? Чувство реальности ломается. Я не хотела его больше видеть в своей жизни, не хотела чувствовать на себе его взгляд. Он – отрава. Его близость – угроза. То, что я испытала на той долбанной крыше – моя чертова слабость. Из-за него я перестаю верить даже себе. То, что изначально казалось незначительным, сейчас превратилось в ножи.

Но я не могу не задаться вопросом. Предательское сердце живет по своим законам.

Он действительно жив? Его сердце бьется? Мне надо проверить. Надо узнать наверняка, вдруг он – одна из тех иллюзий, которые преследуют меня.

Нет, нельзя. Черт! Надо остановиться.

Смотрю на Ника, и вдруг волной накрывает ранее утихшая ярость.

– Какого черта вы тут забыли? – спрашиваю, холодно глядя ему прямо в глаза.

– Ты уехала без охраны, – произносит ровным голосом, констатируя факт.

– Не впервые, – равнодушно поправляю спутавшиеся пряди волос.

– Сейчас опасно действовать в одиночку.

Я громко и нервно смеюсь, быстро переключая внимание с Ника на Джулл, потом на Лиама. Эзру игнорирую. Не хочу на него смотреть, не хочу еще больше усугублять болезненное чувство внутри.

– Серена, что с тобой? – голос Джулл дрожит, как обычно это происходит, когда человек сдерживает слезы.

– А что со мной? – приближаюсь к группе. – Это я и есть. Или ты еще не поняла? Может, тебе купить очки, чтобы дать возможность получше разглядеть мою истинную сущность? Джулл, скажи мне, кто я? Скажи же, кто я есть на самом деле. А?

Подхожу практически вплотную. В глазах Джулл собираются слезы. Ее всю трясет, как тогда, перед предателем. Я не знаю, что чувствую. Как будто мне больно видеть ее такой, причинять боль. Но еще я чувствую пустоту, когда смотрю в ее глаза. Когда смотрю на них всех. Я хочу поступить иначе, но лишь так могу уберечь их от меня, держать подальше, чтобы их не задело мое состояние. То, что вырывается из самой глубины.

Губы перестают растягиваться в улыбке, лишь усталый, пустой взгляд направлен на команду. Смотрю на Ника.

– Ты привел лишние глаза и уши, – намеренно опускаю имя, но Ник прекрасно понимает, о ком идет речь.

– Он находился с нами, когда мы разыскивали тебя. Джулл позаботилась о том, чтобы никто не догадался, что он еще жив.

И только сейчас позволяю себе взглянуть на Эзру. Его глаза пусты, будто душа давно покинула тело. Это я довела его до такого состояния. Я его убила. Тогда, на крыше. Он больше не старается поглотить, как раньше. Теперь он пытается вскрыть.

Эзра сломан, точно так же, как и я. Это не иллюзия, а правда – слишком реальная, слишком голая, слишком честная.

Ненавижу…

– Давно не виделись. Я думала, что убила тебя, – смотрю на него, в голосе злобная усмешка, а в глазах стужа.

Для всех может показаться, что я холодна, безэмоциональна, как и всегда. Но я уверена, что он видит все. Он всегда видел гораздо больше, чем следовало. Глубже, интимнее. И это пугало. И пугает до сих пор.

– Технически, я действительно мертв. Только вот забыл, что оставил кое-что принадлежащее мне, поэтому решил вернуться, – он делает шаг ко мне навстречу, как делал с нашей самой первой встречи.

– Жаль. А я написала прекрасную поминальную речь, – смотрю на него с вызовом, в голосе яд.

– Прекрасно. Я попрошу ее зачитать, когда заберу тебя в ад с собой.

– Какое неуважение. Туда принимают по одному, разве не слышал?

Пытаюсь придать голосу безразличный и холодный тон. Но на самом деле это не так. Меня поглотил хаос. Это правда – я хотела, чтобы он исчез, чтобы навсегда покинул меня. Только тогда я смогла бы освободиться от тех чувств и эмоций, которые он во мне вызывает.

Но в тоже время я боялась и боюсь до сих пор, что он уйдет. Почему так? Почему мне так тошно от мысли, что я могу его потерять навсегда? Почему каждый раз, когда я возвращаюсь воспоминаниями в то мгновение, когда мой клинок пронзал его кожу, сердце обливается кровью?

– Ты не сможешь так просто сбежать от меня, гадюка. Теперь нет, – зло усмехается, уверенно глядя мне в глаза.

Его руки спрятаны в карманы, осанка непринужденная. Может, у него тоже пробелы в памяти, как у меня раньше? Проклятие! Нет, нет, нет! Ни в коем случае нельзя возвращаться мыслями туда!

– Может, стоит еще раз пустить тебе кровь, чтобы ты наконец-то осознал свое место? – цежу сквозь стиснутые зубы.

– Скорее, все теперь будет наоборот, – он делает медленный шаг вперед, наклоняется, его голос переходит на шепот. – Я создам тебе ад на земле. Подожду, когда ты закончишь сбрасывать свою кожу, а после вскрою. Все только начинается, моя гадюка.

Он отстраняется от меня. На лице садистская улыбка. Его слова не простые угрозы – обещания. Он будто хирург, только работает не по нервам, а по коже. И именно это делает его таким опасным для меня. Мой живот сжимается, дыхание сбивается, словно рядом хищник, который не рычит.

Ненавижу. Ненавижу себя за те чувства, которые испытываю рядом с ним.

Надо уезжать отсюда. Срочно!

– Ник, займись уборкой, – приказываю, не отрывая глаз от Эзры. – Джулл, сделай так, чтобы следы произошедшего стерлись. Лиам, твоя помощь понадобится им обоим. А ты… – обращаюсь к стоящей передо мной угрозе. – Надеюсь, ты навсегда исчезнешь из моей жизни. Это был первый и последний раз, когда я сохранила тебе жизнь.

И я ухожу. Сажусь в машину, завожу двигатель и уезжаю. Снова возвращаюсь в то место, где нет ничего, кроме пустоты.

Глава 4. Эзра

Наблюдаю, как гадюка ныряет в автомобиль и скрывается за углом здания. Даже после ее исчезновения продолжаю смотреть туда, где она только что находилась. Я как долбанная жертва, которая остается рядом не из-за страха, а из-за иллюзии того, что станет легче. Чтос ней станет легче.

Гребанный идиот.

– Зачем ты это сделал? – слышу голос Ника позади себя, чувствую, как его взгляд упирается мне в спину.

Оборачиваюсь и встречаюсь глазами с ним. Улавливаю, что он имеет в виду. Странно, но я уже начинаю понимать четырехглазого с полуслова.

– Она не защищалась. Была готова умереть. Я не дам ей этого сделать. Она должна понять, что сотворила в тот день, – замолкаю ненадолго. – Ты и сам хотел в него выстрелить.

– Ты меня опередил. Теперь Серена думает, что именно я помешал ее планам.

– Боишься ее гнева? – усмехаюсь.

На его лице расползлась злорадная усмешка. Крысеныш. Наверняка еще припомнит мне этот случай.

Пока я целый месяц восстанавливался дома у того садиста, он навещал меня, причем неоднократно. Будто я сморщенный старик, которому нужно подтирать задницу. Как он еще не додумался притащить мне утку, или как эта херня называется? В первый раз я даже пытался в него выстрелить, но делать любое движение было чертовски больно, поэтому пришлось смириться с его присутствием в доме холеного Рейка.

Оба не переставали насмехаться над тем, как легко я поверил дьяволице и попался на ее удочку, хотя за этими ходячими анекдотами стояло гораздо больше, чем желание уколоть меня. Они были в замешательстве, но старались этого не показывать.

Я и сам понимал, что сглупил. Как долбанный школьник, впервые взявший в руки оружие.

Я всегда чувствовал угрозу, но рядом с ней мозг отключается. Это проблема, которую нужно решить. И для этого есть лишь один способ – превратить ее жизнь в ад. Отыграться за все, чтобы она поняла, против кого затеяла эту игру. Тогда я смогу действовать согласно моему изначальному плану. И никто не сможет мне помешать. Даже дьяволица, уже спутавшая все мои карты.

Я не собирался ехать за ней. Даже не хотел в ближайшее время с ней пересекаться, чтобы сделать без лишнего шума свой следующий шаг. Но планы изменились, как только Нику пришло известие о том, что дьяволицы покинула дом без охраны. Все это еще куда не шло, но, когда хакерша сообщила, что она на территории Блоссома, я сам вызвался провести их по более безопасному маршруту к точке ее местонахождения. Я знал каждый закоулок, местонахождение каждой чертовой камеры. И все для того, чтобы в экстренный момент воспользоваться изученной информацией дляего уничтожения.