Энн Макалистер – Однажды приедет принц... (страница 4)
– Хорошо, – быстро сказал он. – Спасибо за спасение, Анни Чемион. Не думаю, что из-за тебя обидел Мону Тримэйн.
– Актрису Мону Тримэйн? – пораженно спросила девушка. – Ты убегаешь от нее?
– Не от нее. От ее дочери. Рианнон. Она несколько… настойчива.
Рианнон ходила вокруг него со вчерашнего утра и говорила, что поможет ему забыть все горести…
– Понятно.
– Она – милая девушка, – попытался реабилитироваться Деметриос. – Но немножко впечатлительная. Инфантильная. И слишком решительная. Но я, увы, не могу сказать ей, чтобы она перестала надоедать мне. Хотелось бы еще раз поработать с ее матерью…
– Тогда это был по-настоящему дипломатический маневр.
Он кивнул:
– Прости, если я нарушил твои планы.
– Не волнуйся об этом. – Она протянула руку на прощание. Ее пальчики были нежные, гладкие и теплые. Он провел по ним большим пальцем.
– Сначала я поцеловал тебя, – напомнил он ей.
– Да, но мы еще не были знакомы тогда.
– Тем не менее, – неожиданно для себя Деметриос понял, что хочет поцеловать ее еще раз.
Но прежде чем он сделал хоть одно движение, она вздрогнула и полезла в карман пиджака.
– Телефон, – сказала она извиняющимся тоном, достала телефон и посмотрела, кто ей звонил. – Мне бы не хотелось отвечать. Это неприлично. Прости.
Это… – Она махнула рукой по направлению к гостинице, откуда они вышли. – Мне нужно вернуться.
Понятное дело, звонил мужчина, которого она ждала. Деметриос скривился:
– Конечно. Все в порядке. Было….
Он остановился, подбирая подходящие слова. Что же это было? Удовольствие? Да, именно удовольствие.
– Спасибо тебе, Анни Чемион.
Она посмотрела на него в замешательстве.
Деметриос улыбнулся. А потом еще раз поцеловал ее. Наслаждаясь каждой секундой, он думал, что не совсем растерял способность чувствовать.
Телефон звонил долго и настойчиво, прежде чем Анни пришла в себя и ответила на звонок, сказав что-то по-французски.
Деметриос не стал ждать. Он быстро отсалютовал ей, достал из кармана темные очки, напялил их на нос, развернулся и зашагал прочь вниз по улице. Он прошел меньше квартала, когда услышал за спиной быстро приближающиеся шаги. Кто-то бежал за ним.
О, черт! Неужели нигде нельзя скрыться от этой Рианнон Тримэйн?
Он очень хотел заполучить Мону для своего нового фильма. А чтобы это произошло, ему никак не избежать общения с ее легковозбудимой, крайне избалованной, требующей слишком много внимания дочерью. Он повернулся было, чтобы вежливо отказать ей.
– Кажется, я сегодня вечером свободна. – Это была Анни. Она зашагала рядом с ним, улыбаясь, отчего на ее щеке опять появилась ямочка. – Поэтому хочу узнать, приглашение поужинать все еще в силе?
Глава 2
Принцессы не напрашиваются на ужин!
Они не говорят сначала «нет», а уже в следующую минуту бегут за мужчиной, чтобы сказать «да». Но она только что получила отсрочку, не так ли? Это был звонок от Джерарда, который сейчас направлялся в Париж, чтобы хорошенько выспаться перед полетом в Монреаль.
– Я повидаюсь с тобой по дороге обратно, – сказал он. – На следующей неделе. Нам нужно поговорить.
Анни никогда не понимала, что еще можно делать по телефону, как не говорить, но вежливо ответила:
– Да, конечно. С нетерпением жду встречи с тобой.
Она повесила трубку чуть ли не до того, как Джерард попрощался с ней, потому что, если бы она сию же минуту не бросилась бежать, Деметриос скрылся бы за углом и она потеряла бы его из виду. Никогда в жизни Анни еще не бегала за мужчиной. Но как часто Деметриос Савас приглашает ее на ужин как раз в тот момент, когда принц, назначивший ей встречу, не приходит?
Разве это не подарок небес?
Ведь это просто ужин, в конце концов! Прием пищи. Но с самим Деметриосом Савасом! Исполнение мечты ее юности. Сколько женщин получили такое приглашение от мужчины, чей постер висел у них на стенке, когда им было восемнадцать?
Анни догнала его, и, когда он повернулся к ней, она увидела его сжатые челюсти и тяжелый взгляд. Именно из-за этого свирепого взгляда его имя стало нарицательным, когда семь или восемь лет назад он играл на американском телевидении роль крутого задиристого тайного агента Люка Сент-Энджи.
Анни остановилась как вкопанная.
При виде девушки выражение его лица смягчилось. И внезапно он одарил ее той самой улыбкой, из-за которой тысячи – нет, миллионы! – женщин теряли голову.
– Анни… – И ее сердце бешено заколотилось. – Передумала? – с надеждой в голосе спросил он.
– Если ты не против.
– Против? – Неповторимая улыбка Деметриоса стала еще шире. – Будь смелее. – Он усмехнулся и посмотрел на оживленную улицу.
Его улыбка угасла, когда он заметил, что многие начали обращать на них внимание. Одна из стайки девчонок-подростков указала на них пальцем. Другая пронзительно завизжала, и тут же всей гурьбой они бросились перебегать улицу в их направлении.
На одно мгновение Деметриос стал похож на лиса, которого с лаем окружали гончие. Но только на мгновение. Затем он спросил:
– Подождешь меня? Я очень сожалею, но…
– Все в порядке, – быстро ответила Анни. Чувство достоинства было привито Анни с самого детства.
В случае с Деметриосом все было конечно же по-другому. Он стал известным в двадцать с небольшим лет, и, насколько она знала, его никто не учил, как справляться с подобными вещами. Тем не менее у него все получалось очень хорошо. Даже во время трагических событий, связанных со смертью его жены, он умудрялся сохранять спокойствие и выдержку. После всего этого он конечно же имел полное право исчезнуть и скрыться от посторонних глаз.
Хотя он явно не искал этой встречи с фанатками, все же радушно поприветствовал их, с улыбкой глядя, как они ринулись к нему навстречу. Девушки толпились вокруг него, о чем-то звонко щебетали. Он тоже хохотал и разговаривал с ними на их родном итальянском.
Его итальянский был не очень хорош. Но он старался, не останавливался и этим просто очаровал девушек. Наблюдая за ними и слушая их разговор, Анни и сама была немало очарована.
Конечно же в юности он был просто великолепен. Но ей показалось, что сейчас он выглядел еще привлекательнее. Красивое лицо возмужало: резче выделялись скулы, подбородок стал тяжелее и крепче. Жесткая щетина придала больше зрелости тому плутоватому выражению лица, над которым он только начинал работать, снимаясь в роли героя боевика Люка Сент-Энджи. Усердно занимаясь в университете, Анни редко включала телевизор. Но она не пропустила ни одного фильма с его участием.
Деметриос Савас был ее слабостью…
«А сегодня я ужинаю с Деметриосом Савасом», – подумала Анни и чуть не рассмеялась.
Интересно, как отреагировал бы Джерард, расскажи она ему об этом? Округлил бы глаза от удивления и вежливо переспросил: «Кто это?» А может, он знает Деметриоса? Но, безусловно, он вряд ли придет в восторг оттого, что его будущая супруга собирается поужинать с этим мужчиной.
Толпа вокруг Деметриоса не рассеивалась, а становилась все больше. Бросив взгляд на Анни, Деметриос поднял брови, как будто хотел спросить: «Что мне делать?»
Анни пожала плечами и улыбнулась. Он опять нашел ее взглядом и одними губами сказал: «Такси?»
Девушка кивнула и начала просматривать улицу. Она уже было решила, что нужно вернуться назад в гостиницу, чтобы вызвать такси оттуда, когда из-за угла показалась машина. Она бросилась к ней:
– Деметриос!
Он посмотрел в ее сторону, увидел такси, извинился перед своими поклонницами, улыбнулся на прощание и скользнул за Анни в автомобиль.
– Прости, – сказал он. – Но иногда это превращается в какое-то безумие.
– Я заметила.
– Это – неотъемлемая часть работы, – пояснил он. – И обычно они не помышляют ничего дурного. Им интересно. Я ценю такое отношение. К тому же они платят мне зарплату. Я – их должник. – Он устало откинулся на спинку сиденья. – Когда это касается моей работы, все нормально. Хотя бывает и по-другому…
Водитель, терпеливо ожидавший, когда на него обратят внимание, поймал ее взгляд в зеркале заднего вида и спросил, куда их отвезти. Деметриос повернулся к Анни и спросил:
– Куда мы отправимся? Желательно, чтобы там было спокойно.
– Ты голоден?
– Не очень. Просто нет желания иметь дело с папарацци. Есть какое-нибудь тихое местечко на примете?