Энн Лян – Невидимая Элис Сун (страница 6)
– Знаешь что?
– Что?
Я стараюсь унять волнение и жду, что он предложит глубокое научное объяснение, возможно, расскажет о недавно открытом социальном феномене, о котором я пока не читала. Но он говорит:
– То же самое было во «Властелине колец».
– Что?
– Фродо стал невидимкой…
– Да, да, я помню, – вырывается у меня. – Но при чем тут… почему… ладно. Погоди минутку. А с каких пор ты фанат фэнтези?
Генри выпрямляется на стуле.
– Через несколько лет я стану президентом крупнейшего китайского технологического стартапа…
Я пытаюсь понять, при чем тут «Властелин колец».
– Не крупнейшего, а второго по значимости, – автоматически поправляю я. – Не надо врать. Я читала «Уолл-стрит джорнал». Об этом писали неделю назад.
Генри как-то странно смотрит на меня, и я вдруг понимаю, что выдала себя и теперь он в курсе, что я наводила справки о компании его отца. Но уже слишком поздно.
– Пока второго, да. Но только пока, – отвечает он после небольшой паузы и так самодовольно ухмыляется, что мне стоит большого труда удержаться и ему не втащить. – Как только я стану президентом… Короче, – продолжает он как ни в чем не бывало, словно только что не сделал самое самовлюбленное заявление в истории человечества, – с учетом моего будущего высокого статуса я должен быть осведомлен о коммерчески успешных медиафраншизах. К тому же это поможет наладить контакт с клиентами.
– Ясно, – бормочу я. – Можно было не спрашивать.
– Но вернемся к твоей новой суперспособности…
– Это не суперспособность, – прерываю его я. – Это… это… болезнь, проблема и очень большое неудобство…
– Что угодно может стать суперспособностью, – заявляет он.
– Да, но какой толк от суперспособности, если не можешь ее контролировать? – возражаю я, хотя в глубине души, пожалуй, согласна с ним. В теории. Если отбросить панику и обиду, которую я копила на него четыре года. – А я никак не контролирую свое теперешнее… состояние.
– Ты уверена? – Генри подпирает щеку рукой и склоняет голову набок. В окно вновь врывается ветерок и треплет его волосы. – А ты пробовала?
– Конечно, я…
– Может, ты плохо пробовала?
Он произносит это таким покровительственным тоном, что лопается последняя нить моего самообладания, натянутая до предела от самого факта его присутствия.
Я хватаю спинку стула и одним резким движением придвигаю его ближе. Знакомая ярость закипает в груди. К моему огромному удовлетворению, его глаза чуть округляются.
– Генри Ли, если ты намекаешь, что мне не хватает силы воли, богом клянусь…
– Да я просто предположил…
– Можно подумать, будь ты невидимкой, у тебя бы лучше получилось…
– Да я не это имел в виду… успокойся уже…
– Не смей мне приказы…
В полуоткрытую дверь дважды громко стучат, и слова застревают в горле. Генри тоже замолкает и застывает, как ледяная глыба.
За дверью кто-то хихикает, и через миг сквозь щелочку в двери я слышу мужской голос с легким акцентом:
– Чувак, у тебя там девчонка?
Не сразу, но узнаю голос Джейка Нгуена: спортсмен-суперзвезда, планирует поступать в Гарвард, брат знаменитого актера порно – если верить слухам. Вспоминаю, что по пути сюда видела имя Джейка над одной из соседних дверей.
– Нет, я… говорю по телефону, – спокойно отвечает Генри, хоть и делает секундную заминку.
– С девчонкой? – не унимается Джейк, и я ясно вижу ухмылочку на его широкоскулом лице.
– Нет. – Генри задумывается. – С бабушкой.
Я оборачиваюсь и бросаю на него испепеляющий взгляд, но тут до меня доходит, что в моем нынешнем состоянии бросаться взглядами бессмысленно. Тогда я шиплю, но тихо, чтобы Джейк не услышал:
Но этому негодяю ни капли не стыдно.
Все и так хуже некуда, но тут Джейк добавляет:
– Чувак, не хочу тебя обидеть, но почему у твоей бабушки голос как у Элис Сун? Визгливый такой, агрессивный.
– Тебе так кажется? – как ни в чем не бывало отвечает Генри. – Я не замечал.
Джейк заходится лающим смехом гиены, снова стучит по двери и говорит:
– Ну ладно, приятель. Не стану тебе мешать. И если когда-нибудь ты все же приведешь к себе девчонку и у той, может, будет подружка…
– Уверяю, вероятность этого близится к нулю, – прерывает его Генри.
Но Джейк, похоже, его не слышит.
– …в общем, не стесняйся и приглашай меня.
Генри хмурится и, кажется, борется с собой, раздумывая, отвечать или нет. Наконец, вздохнув, говорит:
– А разве у тебя нет девушки?
– А что с ней? – Джейк, кажется, искренне не понимает.
– Ты же встречался с Рэйни Лам.
– А, с этой девушкой. – Снова хохот гиены. – Ты с луны, что ли, свалился? Мы сто лет назад расстались. Месяц уже. Я совершенно свободен.
– Ясно, – бормочет Генри, – рад слышать.
«Пожалуйста, уходи», – мысленно умоляю я Джейка. Но Вселенная сегодня явно не настроена сотрудничать, и тот продолжает:
– Погоди-ка. Ты же не потому спрашиваешь, что сам запал на Рэйни? Если что, я ничего не имею против. Я даже готов устроить вам свидание…
– Нет, – выпаливает Генри, и я удивляюсь его резкости. Он устремляет взгляд примерно туда, где находится мой подбородок; кажется, он меня ищет. Как будто я имею отношение к этому разговору. – Меня она совершенно не интересует.
– Ладно, ладно, – торопится ответить Джейк. – Я просто предложил. Но если вдруг понадобится помощь…
– Не понадобится.
– Ну мало ли, вдруг. Можем договориться о сделке. Понимаешь, о чем я?
Генри нечленораздельно хмыкает, а Джейк наконец решает уйти. Слышу его топот, удаляющийся по коридору, – стыдно представить, как громко я говорила, раз не слышала, как он подошел, – и считаю про себя до десяти, чтобы успокоиться.
Но закончить счет не получается: не успеваю досчитать до семи, как ко мне поворачивается Генри.
– О, – говорит он совершенно не обычным для себя тоном. Он смотрит мне в глаза; солнце светит под таким углом, что я различаю каждую его ресничку. Глупость какая. – Я… я снова тебя вижу.
Я снова тебя вижу.
Кажется, никто мне ничего приятнее в жизни не говорил.
Но мое облегчение быстро сменяется ужасом: мы стоим слишком близко друг к другу. Я пячусь и чудом не ударяюсь ногой о край его кровати.
Генри подается вперед, будто хочет мне помочь, но передумывает.