Эммануэль Ласт – Зойка (страница 13)

Глава 14

День рождения для Зои всегда был особенным праздником.

С запахом мандаринов, еловой хвои и красотой морозных узоров за окном. Когда ветви деревьев покрывали ледяные наросты и простая прогулка в лесу недалеко от дома превращалась в настоящее волнующее приключение.

Марфа всегда ставила елку в канун ее именин. Доставала с чердака две старые коробки с игрушками, оставшимися еще от бабушки, и вместе с сестрами готовила Зое сюрприз.

На длинных ветвях покачивались полупрозрачные шарики с кусочками мишуры внутри, белочки на прищепках и раскрашенный вручную паровозик, а еще часы с кукушкой, тоже стеклянные, с двумя железными цепочками разной длины, на концах которых отливали золотом маленькие шишки.

В комнате коммунальной квартиры развернуться было негде, но мать все равно исхитрилась достать пушистую еловую ветвь. Воткнула ее в утрамбованный в трехлитровой банке песок, замотала основание марлей и укрыла ватой. Выпросила у соседей пару игрушек и нити серебряного дождика, что саваном легли на подоконник.

— В этом году вы рано. Спасибо, мама, Нина…

В интонации Зои не было укора, только безмерная усталость.

Слава своим о свадьбе не сказал. И ее просил не говорить.

Странно это было для Зойки, непонятно и неправильно. Кто ж такие серьезные решения принимает без участия семьи, но он был непреклонен. А самое страшное, что и её своей воле подчинил.

— Распишемся тихо, зачем нам пышное торжество, да еще посреди зимы? А потом перед своими повинимся и летом сыграем свадьбу уже по-настоящему, — шептал Слава, сжимая ее в своих объятиях.

— Не примут они меня… скажут, что залетная, — отвечала Зоя, а он покрывал ее лицо жаркими поцелуями и только смеялся.

— Какая ж ты залетная, ты моя любимая. И они тебя полюбят, никуда не денутся!

— Дай хоть матери скажу…

— Не говори, Зоюшка, пока не говори. Вот станешь моей, бумаги на руки получим, тогда уже никто нас разлучить не сможет…

Зоя кивала послушно и молчала, потому что любила всем сердцем. А еще боялась. Ведь за его словами сердцем чувствовала страшную правду.

Ту, в которую верить не хотела.

Слава, в отличие от Зои, ожидание воспринимал спокойно. Помимо любви в его жизни была масса других забот и он с чисто мужской сосредоточенностью занимался делами и душевными терзаниями не страдал.

Однажды вечером, после семейного ужина к нему в комнату зашла Лена и с порога спросила:

— Как у Вероники дела?

— Нормально, — ответил Слава, не поднимая головы от учебника.

Дипломная работа, за которую он взялся сразу по возвращении с практики, лежала на столе стопкой разрозненных листов с пометками.

Лена села на стул рядом, расправила складки на юбке.

— Ты ее любишь?

— Кого? — переспросил Слава и оставил на листе еще одну заметку.

— Зойку свою…

Вопрос заставил брата оторваться от конспекта.

— Тебе что с того?

Лена опустила глаза, пожала плечами.

— Если скажу, обещаешь не ругаться?

Слава вздохнул.

У Лены с детства был сложный характер, в этом она пошла в мать. Своенравная, шустрая, скорая на расправу, но при этом со своими добрая и нежная. Если удастся заручиться ее поддержкой, может быть, Зое будет проще влиться в его семью.

— Даю слово…

— Я кольца видела… красивые. Против отца пойдешь ради нее? — спросила сестра и Слава откинулся на спинку стула, потер уставшие глаза.

Подумал немного и ответил:

— Я все решил.

— Ясно… — Лена улыбнулась, но как-то грустно. — Я ей даже немного завидую, как только она тебя отхватила!

— Это не она меня, а я ее…

Лена рассмеялась коротко и Слава расслабился. Вот такой, открытой и задорной, он сестру любил. Она встала, подошла сзади и обвила руками его шею. Уткнулась носом в плечо и вздохнула.

— Если ты с ней счастлив, то и мне хорошо.

— Я больше жизни ее люблю, — ответил Слава и Лена сморщилась, но он этого не увидел.

— Веронике когда скажешь?

— Не знаю, — Слава мягко сбросил с себя ее руки и наклонился к столу.

— Она проездом будет через два дня…

— Знаю!

— Слав, не поступай с ней дурно. Ведь знаешь, Ника мне как сестра… я тебя прошу, если все решил, поступи по совести.

— Разберусь как-нибудь! — огрызнулся Слава и взял в руки книгу, отгородившись от Лены страницами с таблицами и графиками.

— Сходи к Веронике и объяснись… а я, когда нужно будет, за твою Зойку словечко перед родителями замолвлю, — Лена взъерошила черные непослушные волосы брата и вышла, больше не сомневаясь.

Он сделает так, как она сказала.

Глава 15

Поезд с Вероникой прибывал на пятую платформу главного городского железнодорожного вокзала ровно в семнадцать ноль-ноль по Московскому времени.

Техническая остановка длилась тридцать минут и ни секундой дольше — достаточно, чтобы довести задуманное до конца и навсегда разлучить Зойку со Славой.

Лена все рассчитала точно и, несмотря на то, что пол ночи пролежала без сна, а потом до трех пополудни занималась в медучилище, к началу пятого, строго в рамках намеченного плана, она уже стояла в холле кулинарного техникума, высматривая Зою.

Та появилась спустя десять минут в окружении подруг и, заметив Лену, очень удивилась.

— Здравствуй, — сказала и улыбнулась вымученно.

Чуткое Зойкино сердце видело, с каким пренебрежением младшая сестра Славы смотрела на нее.

— Добрый день.

Лена не стала дожидаться, пока свита Зои оденется и выйдет. Взяла деревенщину под руку и отвела в сторонку. Скользнула оценивающим взглядом и скривилась.

— Ты уж не обижайся, но разговор будет не из приятных, — она выдержала паузу, потом добавила. — Меня к тебе брат прислал.

— Слава? — сердце кольнуло, но Зойка не подала вида.

— Зря ты меня не послушала. И сестра твоя дура, раз не смогла мозги на место вставить!

— Получше тебя будет! — вспыхнула Зоя, мигом рассердившись. — Она, по-крайней мере, в чужую жизнь не лезла и ничьему счастью не завидовала!

— Это ты мне будешь про счастье рассказывать? Разлучница, что у сестры парня увела, да еще и брата моего из-под венца сманила!

Зойка вспыхнула — откуда она знает? Неужто и правда к ним домой приходила? Значит, все, что Людка ей наговорила тогда…

— Из-под какого-такого венца? — Зоя попятилась и вздрогнула, когда наткнулась на батарею. Ноги полыхнули огнем.