Эммануэль Ласт – Зойка (страница 12)

Зойка, удивительно послушная, шла следом за Славой по заснеженному проспекту. День выдался ясным и морозным и, выдыхая клубы пара, она смотрела на широкие плечи в овчинном полушубке с меховым отворотом кофейного цвета и черные вихры, торчавшие из-под шапки, и не могла насмотреться.

Тоска, любовь и пережитые страдания сплелись в тугой комок противоречивых чувств, которые Зойка в силу неопытности пока не могла обличить в слова. Но потребность высказаться, быть услышанной и понятой тем, кому она, не глядя, доверила бы свою жизнь, возрастала с каждой минутой.

Слава поскользнулся и по инерции крепче сжал ее ладонь.

— Послушай… — начала Зоя, но он перебил.

— Не замерзла? — притянул к губам пальцы в связанных Марфой варежках и дохнул теплом. Шерсть вмиг покрылась инеем. — Почти пришли.

Слава остановился в конце улицы, дождался зеленого сигнала светофора и перевел Зою через дорогу. Пройдя еще немного, он замер перед неприметным голубым зданием с массивным каменным крыльцом.

Приобнял за талию и в ответ на вопрос в ее глазах произнес:

— Я тебе говорил, что как вернусь, свадьбу сыграем? Так я серьезно, Зоя. Станешь моей женой?

Острой болью отозвались в груди его слова. И в боли той всего было поровну: и радости, и страха. Зойка зажмурилась, чтобы не расплакаться, и уткнулась лицом в его плечо.

— Ты чего, маленькая? Испугалась что ли? — Слава обнял ее и провел рукой по косам, что двумя крепкими лозами спускались по спине к пояснице.

А Зоя словно потерялась во времени.

Искала опору и не могла найти, хотя она всегда была рядом. Знала же, что в словах правды нет, и все равно допустила мысль о неверности Славы. А он вот какой: любящий, честный, и за слова всегда держал ответ.

Стало стыдно за собственную слабость и она потупила взор.

— Что же ты молчишь, Зоюшка? Не согласна?

— Согласна, — прошептала и, отняв лицо от его груди, добавила с жаром. — С тобой хоть на край света согласна!

Слава улыбнулся, обнял ее крепко-крепко, а у Зойки дыхание перехватило. Никогда она ему в своих сомнения не признается! Будет любить без оглядки, так же сильно и смело, как он все это время любил ее.

Слава толкнул тяжелую дверь и пропустил Зою в просторный холл. По ковровой дорожке они прошли через красивый, украшенный лепниной коридор в боковую комнату, где у брачующихся принимали заявления.

Сели за стол, достали удостоверения личности, что всегда носили с собой. Женщина за конторкой напротив одела очки и, взяв документы, смерила Зойку пристальным взглядом.

— Здравствуйте, мы заявление подавать, — сказала Слава и нежно сжал девичью руку.

— Когда собираетесь регистрировать брак?

— Как можно скорее, — женщина поджала губы.

— Как можно скорее, товарищ, не получится, — она протянула удостоверения обратно, а Зое почудилось, будто пол ушел из-под ног. — Невеста ваша несовершеннолетняя.

Слава посмотрел на Зою. Она пригладила пальцами выбившиеся из косы пряди:

— Через неделю только восемнадцать будет… — призналась, виновато.

Конечно, как он сразу об этом не подумал! Это все нетерпение, что зудело внутри: хотел, чтобы только его была Зойка и ничья больше.

— Ну, так это ерунда, разве нет? Подадим документы сегодня, а распишемся потом, когда можно будет.

— Нет, товарищ. Есть инструкция и там черным по белому написано: оба брачующихся должны быть совершеннолетними. Вот как исполнится восемнадцать, так и приходите.

— Неужели нельзя сделать исключение? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Отчего же нельзя, можно, — женщина сняла очки, посмотрела сначала на Зою, потом на Славу. — Если девушка в положении, заявление мы принять обязаны.

Зоя не сразу поняла, что она имела ввиду, а как дошло, не смогла усидеть на месте. Вскочила и, схватив со стола удостоверение, строго сказала:

— Нет у нас никаких особых положений! — и, поджав губы, вышла.

Слава догнал ее уже на улице.

— Не расстраивайся, птичка, неделя для нас небольшой срок.

— Небольшой, — подтвердила Зоя, но на душе было неспокойно.

Вновь черной тенью всколыхнулись где-то глубоко мысли о той, другой невесте. Была ли она вообще? Также когда-то сидела рядом с ним, счастливая, в ожидании обещания сладкой супружеской жизни… или нет?

Снова ожидание, снова неопределенность! Как ей прожить эту неделю?

Вот он рядом — родной, любимый, заботливый. Такой никогда не предаст. И любовь его чистая, настоящая.

Первая любовь только такая — самая крепкая, самая светлая.

И самая болезненная.

Проводив Зою до дома, Слава отправился в ювелирный магазин. Долго стоял у прилавка, выбирал лучшее из того, что мог себе позволить. В итоге купил два обручальных кольца.

Два золотых строгих по форме ободка. Переживал сначала, что размера пальчика у Зойки не спросил, а потом понял, что вряд ли она его знала, так как за все время, кроме сережек, других украшений на ней не видел.

Это ничего, это они еще наверстают!

Отдав за кольца сорок восемь рублей, почти все деньги, что у него были с собой, Слава положил маленькую картонную коробочку в карман и довольный пошел домой.

Лена готовилась к сессии в своей комнате. Водя пальцем по страницам учебника, она заучивала названия всех двадцати семи костей, из которых состояла человеческая кисть.

— Есть кто дома?

Услышав голос брата, Лена вскочила и выбежала в коридор.

— Вернулся! — она повисла у Славы на шее и он закружил ее, довольно смеясь.

— Неужели соскучилась?

— А то! Как практика?

— Твой брат — лучший на курсе, веришь?

Лена рассмеялась и протянула руки, чтобы взять у него полушубок, но Слава покачал головой.

— Я сам, а ты пока на стол накрывай. Я страсть какой голодный.

Она кивнула и, прежде чем скрыться на кухне, заметила, как Слава украдкой достал из кармана маленькую коробочку и переложил в карман брюк.

Неужели для нее подарок привез?

Лена разогрела макароны с котлетами, заварила крепкий черный чай с мятой, как брат любил, и какое-то время слушала его рассказы о поездке. Хотя мыслями была в соседней комнате.

Там, где лежал сюрприз, который он почему-то не спешил дарить.

— Как я рада, — наконец, сказала Лена. — Ты чай допивай, а я, пока родители не вернулись, пойду дальше учить.

Слава кивнул и переместился в зал на удобный диван перед небольшим черно-белым телевизором. Лена подождала, пока он включит громкость, и юркнула в комнату брата. Прикрыла дверь и осмотрелась.

Любопытство пересилило страх и она подошла к письменному столу, встала на цыпочки, заглянула на все полки, но коробочки нигде не было. Тогда она выдвинула верхний ящик стола и еле удержалась, чтобы не запищать от восторга.

Нашла!

Лена взяла коробочку в руки и открыла. Улыбка тут же сползла с ее лица. В углублениях лежали два обручальных кольца. Не такие, как брат купил по настоянию родителей Веронике полгода назад, а лучше. Гораздо лучше!

Лена положила коробочку на место и задвинула ящик.

Ах, эта Зойка, все-таки добилась своего!

Она вернулась в комнату и со злостью толкнула со стола учебник. Тот шлепнулся на пол корешком вверх и Лена сжала кулаки. Деревенщина решила, что умнее всех? Что, раз Славика окрутила, то и остальные не подавятся?

Не бывать этому никогда!