Эмилио Сальгари – Возмездие Сандокана. Возвращение Момпрачема (страница 24)

Несчастный носорог действительно угодил в болото, и крокодилы пытались урвать немного мяса, прежде чем оно исчезнет в трясине. Прожорливые твари так и вгрызались в окровавленные бока великана, заглатывали толстенные обрывки шкуры, ничуть не беспокоясь о длинном роге, которым бедняга норовил их достать. Напротив, атаки гавиалов становились все яростнее. Огромного носорога пожирали живьем, кусок за куском, отвоевывая добычу у болота.

– Дьявольщина! – буркнул португалец. – Ну, нечего тут стоять и таращиться. В конце концов, носороги ничуть не лучше тигров и пантер.

– Сам как-нибудь справится, если сумеет, – поддержал Сандокан. – Я тоже не большой поклонник этих бестий. Вперед, друзья, но будьте начеку. Даяки где-то поблизости.

Предоставив носорога его судьбе, они продолжили путь по берегу. Одни деревья сменялись другими, джунгли постепенно густели, заставляя отряд искать обходные пути и тем самым удаляться от Маруду. Лес полнился криками. Казалось, сотни хищников вышли на охоту и теперь яростно дерутся между собой. Оглушительный свист перемежался с трубным ревом, чей-то зловещий вой разносился под зелеными сводами, что-то шипело и булькало. Изрядную часть партий в этой малайской опере исполняли насекомые.

Пройдя очередные несколько миль вдоль кромки джунглей, Сандокан вновь застыл точно вкопанный.

– Что опять? – поинтересовался Тремаль-Наик. – Еще один тонущий носорог?

Вместо ответа Малайский Тигр лег и прижался ухом к земле. Затем спросил:

– Янес, ты ничего не слышишь?

Португалец сказал:

– Похоже на грохот водопада.

– А мы по пути сюда никаких водопадов не видели.

– Не видели, – подтвердил Каммамури.

– Тогда что это шумит?

– Знаешь, – сказал Янес, – никакой это не водопад. Это топот большого стада.

– Слоны?

– Пока сложно понять.

Тремаль-Наик и Каммамури тоже внимательно прислушивались, о чем-то перешептываясь.

– Что скажете, индийцы? – обратился к ним Янес. – Посмотрим, вдруг вы сообразительнее нас.

– Это какие-то животные бегут по лесу, – сказал Тремаль-Наик.

– Да, но какие именно?

– Только не слоны. Поступь легковата.

– Значит, обезьяны, – хохотнул португалец.

– Шутки в сторону, друг, – произнес Тремаль-Наик. – Мы в опасности. Может быть, смертельной. На нас несутся две дюжины зверей.

– Вот и славно, завтрак сам бежит к нам в руки.

– Черт ты морской, а не человек! Только и знаешь, что балагурить.

– А над чем мне плакать с отличным карабином в руках?

– Найдем-ка подходящее дерево, – сказал Сандокан. – Раз мы не знаем, какие звери сюда бегут, разумнее вести себя осторожно. Сомневаюсь, что это летучие мыши.

Как назло, поблизости не обнаружилось ни одного крепкого дерева, лишь урцеолы – каучуконосные лианы, сплетавшиеся между собой, образуя огромные сетчатые подушки.

– Если на нас несутся не слоны, то и лианы сгодятся, – решил Сандокан. – Да и не верю я что-то в слонов. Ну, друзья, наверх!

Грохот стремительно приближался. Похоже, Янес был прав и по джунглям действительно бежало стадо животных. Время от времени до людей доносился рокот, напоминающий шум морского прибоя.

– Итак, Янес? – Малайский Тигр встревоженно взглянул на португальца.

– Это стадо, без сомнения. Но не слоны, хотя толстокожих на Борнео хватает.

– Мне тут пришла в голову однажды мысль…

– Говори.

– Однажды я наблюдал переселение буйволов.

– Местные такие же злонравные, как индийские? – поинтересовался Тремаль-Наик.

– Если не хуже, – ответил Сандокан. – Борнейские буйволы не боятся никого, даже отряда воинов.

– Да-да, – кивнул Янес. – Видали мы их в лесах Лабуана.

– Хватит болтать. Наверх! – приказал Сандокан.

Цепляясь за стебли, они забрались как можно выше, пока не почувствовали себя в относительной безопасности. Заросли урцеолы занимали больше сотни квадратных ярдов, их окружали вездесущие ротанги и непентес, качающий разноцветными кувшинчиками, в которых скапливается дождевая вода: не очень свежая, но пить ее можно. К сожалению, тенета лиан – неважная защита от крупных животных.

– Надеюсь, они нас не заметят, – сказал Янес. – Если там все-таки слоны, нам не поздоровится.

– Иначе говоря, ты это допускаешь? – спросил Тремаль-Наик.

– Когда увидим их, отвечу наверняка, – ухмыльнулся португалец. – Лучше приготовься стрелять.

– Патроны лучше поберечь.

– Тише! – шикнул Сандокан. – Они совсем рядом, продираются сквозь чащу.

Шум нарастал. Под мощными ударами трещали кусты и ветви. Внезапно Янес вскричал:

– Они!

– Кто? – спросил Сандокан.

– Мычат!

– Мычат?

– Вот именно. Ага, опять. Это дикие буйволы.

– Плохая новость. Если они нас заметят, то мигом разметают все лианы. Не стрелять! Это вопрос жизни и смерти.

– Значит, малайские буйволы хуже индийских? – вновь спросил Тремаль-Наик.

– Да уж не лучше. Даяки страшатся их больше носорогов.

– И буйволы мигрируют?

– Время от времени. Соберутся в огромное стадо, и горе тому, кто окажется на его пути. Растопчут в коровью лепешку.

– Вот и они! – сказал Сандокан. – Держитесь, иначе свалитесь и окажетесь под копытами.

В стаде было около пяти десятков огромных буйволов, широколобых и короткомордых, с загнутыми назад рогами. Животные прокладывали себе дорогу мощными ударами тяжелых голов. Должно быть, перед путниками предстал авангард, поскольку где-то позади раздавалось мычание и трещали поваленные деревья.

– Ну и здоровые же! – воскликнул Тремаль-Наик. – Наши помельче будут.

Передовой отряд рогатых тяжеловесов на миг остановился перед зарослями, высматривая проход, и, ничего не найдя, попятился, чтобы взять разбег.

– Держитесь! – напомнил Сандокан. – Если свалитесь, вам не жить.

– Эх, только буйволов нам не хватало, – проворчал Янес. – Когда мы наконец доберемся до острова и направимся к озеру?

Вдруг буйволы, пригнув голову к самой земле, ринулись вперед. Казалось, на заросли лиан обрушился настоящий ураган! Словно ядра, пущенные из гигантских катапульт, животные ударили в преграду, пропахав в зелени широкий туннель. Урцеолы, ротанги и непентесы лопались, не выдерживая натиска, и падали, извиваясь, как огромные змеи. Стадо направлялось именно туда, где нашли убежище четверо искателей приключений.

В какой-то непередаваемо жуткий момент люди, изо всех сил цеплявшиеся за лианы, почувствовали, что их подбросило вверх, точно под ними взорвалась пороховая бочка. Янес, Сандокан и Тремаль-Наик успели вновь схватиться за пружинящую паутину побегов. Несчастный же Каммамури кубарем полетел вниз и упал прямо на спину крупному черному быку.

– Хозяин! На помощь! – только и донеслось сквозь топот и мычание.