Всесильно лишь Слово.
Земли краше небо.
Печаль дольних бедствий —
Излечит Господне
Лицо из созвездий.
«Proud of my broken heart, since thou didst break it…»
Proud of my broken heart, since thou didst break it,
Proud of the pain I did not feel till thee,
Proud of my night, since thou with moons dost slake it,
Not to partake thy passion, my humility.
Thou can’st not boast, like Jesus, drunken without companion
Was the strong cup of anguish brewed for the Nazarene.
Thou can’st not pierce tradition with the peerless puncture,
See! I usurped thy crucifix to honor mine!
***
Гордись моим сломанным сердцем, разбивший меня,
Гордись моей болью, мне ведомой с этого дня,
Гордись моей ночью, чей хмель утолил ты с луной.
Не выпить сей чаши смиренья, заваренной мной.
Не хвастай же ты, словно светлый твой спутник Иисус,
Той чашей страданий, чью горечь испить не боюсь.
Той скорбною чашей, чей вкус знает сам Назорей.
Ты видишь святое распятье в ладони моей.
«I would not paint – a picture…»
I would not paint – a picture—
I’d rather be the One
It’s bright impossibility
To dwell – delicious – on —
And wonder how the fingers feel
Whose rare – celestial – stir —
Evokes so sweet a Torment —
Such sumptuous – Despair —
I would not talk, like Cornets
– I’d rather be the One
Raised softly to the Ceilings
– And out, and easy on —
Through Villages of Ether
– Myself endued Balloon
By but a lip of Metal —
The pier to my Pontoon —
Nor would I be a Poet —
It’s finer – own the Ear —
Enamored – impotent – content —
The License to revere,
A privilege so awful
What would the Dower be,
Had I the Art to stun myself
With Bolts of Melody!
***
Не напишу картины,
Нет, буду я Один.
Вселившись в невозможность,
Как мудрый властелин,
Коснувшись пальцем чуда,
Чьих светлых красок бег
Длит муку несказания,
Отчаянья ответ.
Не крикну, как солдаты:
– Нет, я смогу Один.
Взлечу под потолок, свободен, одинок,
Шаром под облака,
Душа моя легка.
Все – дальше – выше – ввысь —
К небесным селам трубы —
Мои живые губы — 
