Can I expound the skies?
How still the Riddle lies!
***
Какие-то вещи летят, но они
Птицы – Миги – Шмели
Не из этой Элегии.
Какие-то вещи гостят:
Вечность – Горе – Холмы —
Не рядом со мной, вдали.
Они вздыхают, всходя.
Смогу ль написать облака?
Загадка нырнет в закат!
«To fight aloud, is very brave …»
To fight aloud, is very brave —
But gallanter, I know
Who charge within the bosom
The Cavalry of Woe —
Who win, and nations do not see —
Who fall – and none observe —
Whose dying eyes, no Country
Regards with patriot love —
We trust, in plumed procession
For such, the Angels go —
Rank after Rank, with even feet —
And Uniforms of Snow.
***
Сражаться – очень смело,
Но знаю, дерзок тот,
Кто Горя Кавалерию
Бесстрашно разобьет.
Кто победит не на виду,
Падет, страной не признан.
Чей подвиг не отмечен
Наградами отчизны.
Мы верим в тех, чей путь незрим,
Шаг невесом, как стих.
Так Ангелы спешат одни
В Одеждах Снеговых.
«I’ve known a Heaven, like a Tent …»
I’ve known a Heaven, like a Tent —
To wrap its shining Yards —
Pluck up its stakes, and disappear —
Without the sound of Boards
Or Rip of Nail – Or Carpenter —
But just the miles of Stare —
That signalize a Show’s Retreat —
In North America —
No Trace – no Figment of the Thing
That dazzled, Yesterday,
No Ring – no Marvel —
Men, and Feats —
Dissolved as utterly —
As Bird’s far Navigation
Discloses just a Hue
A plash of Oars, a Gaiety —
Then swallowed up, of View.
***
Я знаю, Небо, как шатер,
Сверкающий, блестящий двор,
Без крепких досок и гвоздей,
Свернут и скроют от людей,
Умчат, упрячут, уберут,
И неизвестен нам маршрут,
Куда, куда девалась синь
Под стражей изумленных миль? 
