Above the chimney were sundry villainous old guns, and a couple of horse-pistols: and, by way of ornament, three gaudily painted canisters disposed along its ledge. The floor was of smooth, white stone; the chairs, high-backed, primitive structures, painted green: one or two heavy black ones lurking in the shade. In an arch under the dresser reposed a huge, liver-coloured bitch pointer, surrounded by a swarm of squealing puppies; and other dogs haunted other recesses.
The apartment and furniture would have been nothing extraordinary (Комната и мебель не показались бы чем-то необычным; extraordinary – необычный.) as belonging to a homely, northern farmer, (для жилища простого северного фермера; homely – простой, непритязательный.) with a stubborn countenance, (с упрямым лицом; stubborn – упрямый, непреклонный; countenance – лицо, выражение лица.) and stalwart limbs set out to advantage in knee-breeches and gaiters. (и крепкими конечностями, выгодно подчёркнутыми бриджами и гетрами; stalwart – крепкий, сильный; knee-breeches – бриджи до колена; gaiters – гетры.) Such an individual seated in his arm-chair, (Такого человека, сидящего в своём кресле; arm-chair – кресло.) his mug of ale frothing on the round table before him, (его кружка эля пенится на круглом столе перед ним; mug – кружка; ale – эль; frothing – пенящийся.) is to be seen in any circuit of five or six miles among these hills, (можно увидеть в любом радиусе пяти-шести миль среди этих холмов; circuit – окрестность, район.) if you go at the right time after dinner. (если пойти в подходящее время после обеда.) But Mr. Heathcliff forms a singular contrast to his abode and style of living. (Но мистер Хитклифф составляет поразительный контраст со своим жильём и образом жизни; singular – поразительный, необычный; abode – жилище.) He is a dark-skinned gipsy in aspect, (Он смуглый цыган на вид; aspect – вид, облик.) in dress and manners a gentleman: (в одежде и манерах – джентльмен; manners – манеры.) that is, as much a gentleman as many a country squire: (то есть джентльмен ровно настолько, насколько и многие сельские сквайры; country squire – сельский помещик.) rather slovenly, perhaps, (возможно, несколько небрежный; slovenly – неопрятный, небрежный.) yet not looking amiss with his negligence, (но его небрежность не выглядела плохо; amiss – дурно, плохо.) because he has an erect and handsome figure; (потому что у него стройная и красивая фигура; erect – прямой, стройный.) and rather morose. (и довольно мрачный; morose – мрачный, угрюмый.)
The apartment and furniture would have been nothing extraordinary as belonging to a homely, northern farmer, with a stubborn countenance, and stalwart limbs set out to advantage in knee-breeches and gaiters. Such an individual seated in his arm-chair, his mug of ale frothing on the round table before him, is to be seen in any circuit of five or six miles among these hills, if you go at the right time after dinner. But Mr. Heathcliff forms a singular contrast to his abode and style of living. He is a dark-skinned gipsy in aspect, in dress and manners a gentleman: that is, as much a gentleman as many a country squire: rather slovenly, perhaps, yet not looking amiss with his negligence, because he has an erect and handsome figure; and rather morose.
Possibly, some people might suspect him of a degree of under-bred pride; (Возможно, некоторые люди могли бы заподозрить в нём некое простолюдинское высокомерие; under-bred – невоспитанный, простонародный; pride – гордость, высокомерие.) I have a sympathetic chord within that tells me it is nothing of the sort: (но у меня внутри есть сочувственный отклик, говорящий, что это вовсе не так; sympathetic chord – сочувственная струна, отклик; nothing of the sort – вовсе не то.) I know, by instinct, his reserve springs from an aversion to showy displays of feeling — (Я инстинктивно знаю, что его сдержанность происходит от отвращения к показным проявлениям чувств; reserve – сдержанность; aversion – отвращение; showy – показной, напыщенный.) to manifestations of mutual kindliness. (и к демонстрациям взаимной любезности; manifestation – проявление; kindliness – доброжелательность, любезность.) He’ll love and hate equally under cover, (Он будет одинаково скрытно любить и ненавидеть; under cover – скрытно, втайне.) and esteem it a species of impertinence to be loved or hated again. (и сочтёт дерзостью, если кто-то станет любить или ненавидеть его в ответ; to esteem – считать, полагать; species – разновидность; impertinence – дерзость, нахальство.) No, I’m running on too fast: (Нет, я забегаю вперёд; to run on – слишком увлекаться, заходить далеко.) I bestow my own attributes over-liberally on him. (Я слишком щедро наделяю его своими собственными качествами; to bestow – наделять, приписывать; over-liberally – чрезмерно щедро.) Mr. Heathcliff may have entirely dissimilar reasons (У мистера Хитклиффа могут быть совершенно иные причины; dissimilar – несхожий, отличный.) for keeping his hand out of the way when he meets a would-be acquaintance, (чтобы не протягивать руку при встрече с потенциальным знакомым; out of the way – в стороне, убранной; would-be – предполагаемый, будущий.) to those which actuate me. (чем те, что движут мной; to actuate – побуждать, приводить в действие.) Let me hope my constitution is almost peculiar: (Позвольте надеяться, что моя натура почти исключительна; constitution – характер, склад натуры; peculiar – особенный, своеобразный.) my dear mother used to say I should never have a comfortable home; (моя дорогая мать всегда говорила, что у меня никогда не будет уютного дома; used to say – говорила раньше, имела обыкновение говорить.) and only last summer I proved myself perfectly unworthy of one. (и только прошлым летом я доказал, что совершенно не заслуживаю такого; to prove oneself – проявить себя; unworthy – недостойный.)
Possibly, some people might suspect him of a degree of under-bred pride; I have a sympathetic chord within that tells me it is nothing of the sort: I know, by instinct, his reserve springs from an aversion to showy displays of feeling—to manifestations of mutual kindliness. He’ll love and hate equally under cover, and esteem it a species of impertinence to be loved or hated again. No, I’m running on too fast: I bestow my own attributes over-liberally on him. Mr. Heathcliff may have entirely dissimilar reasons for keeping his hand out of the way when he meets a would-be acquaintance, to those which actuate me. Let me hope my constitution is almost peculiar: my dear mother used to say I should never have a comfortable home; and only last summer I proved myself perfectly unworthy of one.
While enjoying a month of fine weather at the sea-coast, (Наслаждаясь месяцем прекрасной погоды на морском побережье; sea-coast – морское побережье.) I was thrown into the company of a most fascinating creature: (я оказался в обществе необыкновенно обаятельного создания; to be thrown into the company – оказаться в обществе; fascinating – очаровательный, пленительный.) a real goddess in my eyes, (настоящей богини в моих глазах.) as long as she took no notice of me. (пока она не обращала на меня внимания; to take notice of – замечать, обращать внимание.) I “never told my love” vocally; (Я «никогда не признавался в своей любви» вслух; цитата из Шекспира, vocally – голосом, устно.) still, if looks have language, (но всё же, если взгляды имеют свой язык; if looks have language – если взгляды могут говорить.) the merest idiot might have guessed I was over head and ears: (даже последний идиот мог бы догадаться, что я по уши влюблён; over head and ears – по уши (влюблён, погружён).) she understood me at last, (она поняла меня наконец.) and looked a return – the sweetest of all imaginable looks. (и ответила взглядом – самым сладким из всех возможных; to look a return – ответить взглядом; imaginable – вообразимый.) And what did I do? (И что же сделал я?) I confess it with shame – shrunk icily into myself, like a snail; (Стыдясь, признаюсь – я холодно съёжился в себя, словно улитка; to shrink into oneself – замкнуться, съёжиться; icily – холодно, безучастно.) at every glance retired colder and farther; (с каждым её взглядом я отстранялся всё холоднее и дальше; to retire – отступать, отходить.) till finally the poor innocent was led to doubt her own senses, (пока, наконец, бедная невинная девушка не начала сомневаться в собственных чувствах; to be led to doubt – быть вынужденной усомниться; senses – чувства, восприятие.) and, overwhelmed with confusion at her supposed mistake, (и, охваченная смущением из-за своей предполагаемой ошибки; overwhelmed – подавленная, охваченная; confusion – смущение, растерянность.) persuaded her mamma to decamp. (уговорила свою маму уехать; to decamp – уехать, ретироваться.)
While enjoying a month of fine weather at the sea-coast, I was thrown into the company of a most fascinating creature: a real goddess in my eyes, as long as she took no notice of me. I “never told my love” vocally; still, if looks have language, the merest idiot might have guessed I was over head and ears: she understood me at last, and looked a return—the sweetest of all imaginable looks. And what did I do? I confess it with shame—shrunk icily into myself, like a snail; at every glance retired colder and farther; till finally the poor innocent was led to doubt her own senses, and, overwhelmed with confusion at her supposed mistake, persuaded her mamma to decamp.
