Эмиль Кронфельд – Отряд «Нексус». Проклятие Аокигахары (страница 3)
Мария видела фотографии из Аокигахары, сделанные туристами и местными охотниками за призраками. На многих из них – на втором плане, в тени деревьев, за спинами живых – проступали смутные фигуры. Размытые, почти прозрачные, но несомненно человеческие.
Она всегда объясняла это дефектами пленки, игрой света и тени, особенностями влажного воздуха. Но внутри, в самой глубокой части души, где живет шестилетняя девочка, боявшаяся Бабы-яги, она знала: иногда тени – это просто тени. А иногда – не просто.
Мария налила себе чай, села в кресло и достала с полки потрепанную книгу – «Кодзики», «Записи о деяниях древности», главный источник по японской мифологии. Открыла на закладке с изображением горы Фудзи.
Фудзи – священная гора, место обитания богов и духов. У ее подножия раскинулся лес Аокигахара, который называют «Деревьями Синих Листьев». Лес возник на лаве после извержения в 864 году – почва там пропитана железом, которое сводит с ума компасы и навигаторы. Говорят, что магнитные аномалии влияют и на мозг человека – вызывают галлюцинации, депрессию, навязчивые мысли о смерти.
Наука говорит: геомагнитные поля, специфический состав почвы, инфразвук от ветра в густой чаще. Фольклор говорит: лес населен юрэи, которые заманивают живых в свои объятия.
Мария всегда считала, что истина где-то посередине.
Она закрыла книгу и посмотрела на часы. Половина двенадцатого. До завтрашнего вечера оставалось меньше суток.
– Кафе «Старый город», – произнесла она вслух, пробуя название на вкус. – Странное место для встречи.
Она бывала в «Старом городе» раньше – старомодное заведение с деревянными панелями, тяжелыми портьерами и ламповым светом, где собирались в основном пожилые интеллигенты и редкие туристы. Не место для тайных сборищ мистиков. Скорее, наоборот – слишком обычное, слишком неприметное.
В этом и был смысл.
Мария вдруг поймала себя на улыбке. Она уже решила, что пойдет. Уже представила, как войдет в это кафе, как увидит незнакомцев, которые, как и она, получили странные приглашения. Уже чувствовала то особенное возбуждение, которое всегда предшествовало началу большого исследования.
Но вместе с возбуждением пришел и страх – тот самый, который она испытывала два года назад на опушке Аокигахары. Холодок между лопатками, учащенный пульс, ощущение, что за тобой наблюдают.
Мария оглянулась на дверь. Закрыто. Окна – на пятом этаже, никто не мог заглянуть снаружи. Но ощущение чужого присутствия не проходило – словно кто-то стоял прямо за спиной и смотрел в затылок.
Она резко обернулась.
Никого.
Конечно, никого. Кому быть в ее квартире, кроме книг и фигурок демонов?
Но когда она ложилась спать и гасила свет, ей показалось – всего на секунду, краем глаза – что в углу комнаты стоит белая фигура с длинными черными волосами, безвольно опущенными руками.
Мария зажгла свет снова.
Фигура исчезла.
Она долго сидела в кровати, глядя в пустой угол, и слушала, как стучит сердце.
– Завтра, – сказала она наконец. – Завтра я пойду и узнаю, сходят ли с ума другие так же, как схожу с ума я.
***
Москва, Кафе «Старый город»
Кафе «Старый город» находилось в подвале старинного особняка на Арбате, и спуск в него напоминал путешествие в другое время – узкая лестница с коваными перилами, стены, облицованные диким камнем, тусклые бра в виде старинных фонарей. Спускаясь, каждый из пятерых невольно замедлял шаг, словно готовясь к встрече с чем-то важным.
Иван пришел первым – привычка военного, всегда прибывать на точку раньше назначенного времени. Он сел за столик в глубине зала, как было указано в письме, заказал черный кофе и принялся изучать обстановку.
Кафе было почти пустым в этот вечер – несколько пожилых пар за соседними столиками, официант лет пятидесяти с усталым лицом, тихая музыка из динамиков – что-то джазовое, ненавязчивое. Пахло кофе, выпечкой и чуть-чуть сыростью – подвал все-таки.
Иван сидел лицом ко входу – так, чтобы видеть каждого входящего. Руки лежали на столе, расслабленные, но готовые к любому движению. Он не знал, чего ждать от этой встречи, но знал точно: если что-то пойдет не так, он должен быть готов.
Второй вошла Анна.
Иван увидел ее сразу – женщина лет тридцати пяти с правильными чертами лица и гладко зачесанными русыми волосами, одетая в строгий темно-синий костюм, слишком официальный для этого места. Она остановилась на пороге, окинула зал быстрым профессиональным взглядом – сканирование обстановки, отметил Иван, привычка психолога или следователя – и направилась прямо к его столику.
– Иван Петров? – спросила она, останавливаясь напротив.
– Да. А вы, надо полагать, тоже получили приглашение?
Анна кивнула и села напротив, положив на стол небольшую кожаную сумку.
– Анна Иванова. Клинический психолог. – Она протянула руку, и Иван пожал ее – ладонь была прохладной и уверенной.
– Бывший военный, – коротко ответил он. – Теперь никто.
– Понимаю, – сказала Анна, и в ее голосе действительно было понимание, не дежурное. – Вы давно здесь?
– Пятнадцать минут. Ничего подозрительного не заметил, кроме того, что мы здесь вообще собрались.
Анна чуть улыбнулась.
– Само по себе это уже подозрительно.
Они сидели в молчании, изучая друг друга. Иван отметил про себя: психолог, значит, будет анализировать каждого. Умна, сдержана, но в глазах – тревога, которую она тщательно скрывает. Анна увидела: военный, привык командовать, но сломлен чем-то. Травма посттравматического стресса, вероятно. Интересно, какой?
Третьей вошла Мария.
Она спускалась по лестнице быстро, почти бегом, и влетела в зал раскрасневшаяся, с растрепанными волосами и стопкой книг в руках. Увидела Ивана и Анну за столиком в глубине, на секунду замерла, а потом улыбнулась – широко, открыто, как ребенок, нашедший подарок под елкой.
– Привет! – сказала она, подходя. – Вы тоже на эту странную встречу? Я Мария, Мария Сидорова, фольклорист. У вас есть письмо? У меня есть! Такое странное, знаете, с сургучом и про лес. Вы читали про лес? Аокигахара? Это невероятно интересно! Я два года назад пыталась туда попасть, но власти не пускают, а там такие аномалии, такие легенды, вы даже не представляете!
Иван переглянулся с Анной. Энергия этой женщины была почти осязаемой – она заполняла пространство вокруг, разгоняя тяжелую атмосферу кафе.
– Присаживайтесь, Мария, – сказал Иван, указывая на стул рядом с собой. – Да, мы тоже получили приглашения.
Мария села, но тут же вскочила снова, чтобы заказать чай у подошедшего официанта. Вернувшись, она уставилась на Ивана и Анну с неподдельным любопытством.
– А вы кто? Ну, кроме имен? Чем занимаетесь? Почему вас пригласили?
– Я психолог, – ответила Анна. – Специализируюсь на пограничных состояниях и паранормальных влияниях на психику.
– Ого! – глаза Марии загорелись. – А вы верите в паранормальное?
– Я верю в то, что можно измерить и проанализировать, – осторожно ответила Анна. – Но моя работа научила меня не отрицать то, что я не могу объяснить.
– А я военный, – добавил Иван. – Был. Теперь просто человек, который получил странное письмо.
Мария кивнула, принимая ответы, и открыла было рот, чтобы задать следующий вопрос, но в этот момент в кафе вошел четвертый.
Это был мужчина лет сорока, худощавый, с нездоровой бледностью и темными кругами под глазами, одетый в черную водолазку и джинсы. В руках он держал планшет и небольшой рюкзак, из которого торчали провода. Он двигался осторожно, словно ожидал подвоха от каждого предмета в комнате, и оглядывал зал с подозрением, достойным шпиона в тылу врага.
Увидев троих за столиком, он замедлил шаг, потом подошел.
– Это здесь? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Встреча по поводу… ну, вы знаете.
– Если вы получили письмо с приглашением в кафе «Старый город» на 20:00, то да, – ответил Иван. – Садитесь.
Мужчина сел на свободный стул, поставил рюкзак на колени и принялся нервно теребить лямку.
– Алексей Кузнецов, – представился он. – Техник. Специализируюсь на оборудовании для детекции аномалий. Не то чтобы я верил во все это, но… данные не врут. А данные говорят, что есть места, где физика ведет себя странно. Очень странно.
– Вы скептик? – уточнила Анна.
– Ученый, – поправил Алексей. – Разница в том, что ученый готов изменить мнение под напором фактов. А скептик просто отрицает. Я отрицаю мистику, но признаю, что мы не всё знаем о реальности.
– Разумный подход, – одобрила Анна.
Мария смотрела на Алексея с любопытством.
– А какие у вас приборы? – спросила она. – Можете измерять магнитные поля? Электромагнитное излучение? Инфразвук?
– Могу, – Алексей почти обиделся. – У меня с собой базовый набор: магнитометр, детектор электромагнитных полей, тепловизор, прибор для записи инфразвука. Для полноценной экспедиции нужно больше, но для первичной разведки сойдет.
– Экспедиции? – переспросил Иван. – Мы пока даже не знаем, кто нас собрал и зачем.