Эмери Роуз – Когда упадут звёзды (страница 69)
Он немного приобнял меня за плечи, и я инстинктивно прижалась к нему. Осознав, что я сейчас творю, я быстренько улизнула из-под его большой руки. Мы давно уже с ним не пара, но продолжаем себя так вести. Как по нужному сигналу, у меня вдруг зазвонил мобильный телефон. По дороге на кухню я посмотрела на свой экран. Затаив немного дыхание, я провела по нему пальцем и сразу же ответила на звонок:
– Привет, Броуди! Подожди секунду. Ноа прямо сейчас моет руки.
Я не стала говорить и упоминать тот факт, что делает он сейчас это с помощью Джуда, который осторожно держит его над раковиной.
– Ты сейчас у Кейт? – спросил он.
– Э-э-э… Да. Мы как раз собираемся садиться ужинать.
– Ладно, у меня как раз есть парочка свободных минут для разговора.
Я услышала классную песню So Alive у него на фоне.
– О, это что, The Goo Goo Dolls? – спросила я, стремясь поскорее перевести беседу в другое русло.
– Да, они сейчас здесь выступают.
Мир родео так сильно отличается от нашего обычного. Но это был мир Броуди, и там он всегда чувствует себя как дома.
– У тебя все хорошо? – спросил он, когда тишина затянулась на несколько секунд.
– Да, я весь день сегодня была на работе. Я только что приехала. – Джуд поставил Ноа на пол и смерил меня каким-то нечитаемым взглядом. – Удачи тебе сегодня вечером! Будь осторожен, хорошо? И береги свое плечо!
– Не переживай за меня. Все обойдется. Ты…
– Дай мне поговорить с папой!
Ноа потянулся к мобильному телефону обеими руками, и я сразу же отдала трубку ему, немного закусив губу. Он поднес телефон к уху и принялся быстро тараторить и пересказывать Броуди все, что он сегодня делал, не опустив ни одной даже маленькой детали.
– Хорошо. Пока, папочка! – Он сразу же кивнул, хотя Броуди и не видел его сейчас. Броуди сказал ему что-то еще, и он кивнул еще раз.
– Ноа, папа ведь тебя не видит, – напомнила ему я.
– Ладно. Я тоже сильно тебя люблю!
Он сунул телефон обратно мне в руку и ловко вскарабкался на свой детский стул в ожидании вкусного ужина. Я посмотрела на свой экран: Броуди все еще висел с нами на линии.
– Алло. Поговорим с тобой позже. Мы сейчас будем ужинать.
– Конечно. Нельзя ведь заставлять Джуда долго ждать.
Он резко бросил трубку. Я громко вздохнула и положила телефон обратно в карман. Кейт села на стул рядом с Ноа, мне же ничего не оставалось, кроме как сесть рядом с Джудом.
Хотя Броуди здесь сейчас не было, я отчетливо почувствовала то, что оказалась между двух огней. Это было смешно, ведь если бы Ноа провел целый день в компании Гидеона или Джесси, Броуди было бы все равно. Но из-за Джуда он сильно разозлился.
Я принялась за горячую лазанью. Было, как всегда, очень вкусно, но внезапно у меня совсем пропал аппетит.
– Я потом поговорю с ним, – тихо сказал мне Джуд.
Я тихо хмыкнула:
– Ну да, в прошлый раз вы с ним так здорово обо всем поговорили! – Я покачала головой. – Просто не лезь в это дело. Все будет нормально. – Я выдавила милую улыбку для Кейт. – Спасибо большое за прекрасный ужин. Было очень вкусно.
– Я поверю в это только тогда, когда увижу твою пустую тарелку.
Я заставила себя съесть еще немного, но больше всего мне хотелось поскорее усадить Ноа в свою машину и поехать к себе домой. И, возможно, пригубить один бокальчик вина. Или бутылку.
После вкусного ужина Джуд усадил Ноа к себе на плечи и проводил нас до нашей машины. Дождь почти полностью прекратился, лишь слегка моросило, прохладные капли приятно охлаждали мою горячую кожу. В том, как он ворвался в нашу жизнь, не было ничего хорошего. Ноа провел с Джудом всего один день и уже успел к нему очень привязаться.
Усадив Ноа на его маленькое сиденье и закрыв дверь в машину, я вновь решила высказать ему свое беспокойство.
– Послушай меня, Джуд… Это… Мне кажется, что тебе нужно немного притормозить.
Он скрестил руки на груди.
– С чего бы это? Потому что так захотелось одной
– Верно и то, и другое.
Джуд провел рукой по волосам и крепко стиснул зубы.
– Давай поговорим начистоту. Ты беспокоишься о Броуди, но при этом тебе совершенно плевать, как вся эта ситуация скажется и на мне?
Я удивлено уставилась на него, разинув вдруг рот. Это что, шутка такая?
– Я целый год провела, думая только о тебе одном и о твоих потребностях. Я беспокоилась о каждой небольшой мелочи, вечно очень волновалась, что сделала или сказала тебе что-то не то. Каждый раз, когда ты сильно расстраивался, я винила в этом одну себя. Все то время, что ты провел дома, я ходила по страшному минному полю. Я даже не могла позволить себе как следует оплакать…
Здесь я не договорила. Мне не хотелось опять устраивать разборки на эту серьезную тему. Сейчас и вообще в принципе. Я глубоко вздохнула и отвернулась от него, чтобы не видеть на его лице промелькнувшую обиду или вину.
– Прости. Ты, как всегда, права.
Я не хочу выслушивать и его извинения. Я не желаю больше слышать эти обычные слова из его уст. Я проскользнула мимо него.
– Мне уже пора.
К счастью, он даже не пытался меня остановить. Я выехала на дорогу и направилась к себе домой, обернувшись на него напоследок. Он все еще стоял на том же месте. Ей-богу, я все еще люблю его всем сердцем. Но вновь впускать его в свою жизнь слишком опасно.
Глава 39
Три дня. Вот сколько времени я смог продержаться, прежде чем окончательно сдаться и снова появиться на ее крыльце, как потерянный и брошенный щенок. Коттедж Лилы на Ривер-Роуд располагался на известняковом утесе и был окружен небольшой чащей. Входную дверь красиво обрамляли корзины с цветами, бутоны – фиолетовые, красные, розовые – пестрели всем буйством возможных красок. На крыльце стояло два деревянных стула, и я задался вопросом, сидит ли здесь Лила, глядя на звезды. Отсюда сквозь зеленые кипарисы, высаженные вдоль берега, было хорошо видно реку. Здесь царила очень спокойная атмосфера, в воздухе витал приятный аромат кедра и сосны – так пахла черепица на крыше ее уютного коттеджа. Запах кедра всегда напоминал мне о тех прекрасных ночах, что мы с Лилой провели, лежа на нашей кедровой крыше. Я сделал еще один глубокий вдох и почувствовал себя, как у себя дома.
Я неловко постучал в дверь. Остается лишь надеяться, что она не захлопнет ее у меня прямо перед носом.
Выждав несколько небольших секунд, я вновь поднял руку, собираясь постучать еще раз. Дверь настежь распахнулась. На пороге стояла Лила, с головы до ног испачканная в муке.
– Ты что, подралась с колобком?
Она взглянула на свою полностью покрытую мукой футболку и громко рассмеялась:
– Мы с Ноа сейчас делаем пиццу!
Я громко застонал в голос:
– Вам помочь?
– Нет.
Но она уже приветливо раскрыла дверь шире, приглашая меня поскорее войти внутрь.
– Ты же в курсе того, что я теперь флорист? – спросила она, когда я мягко вручил ей букет полевых цветов.
Я выдернул большую половину растительности в поле и незатейливо перевязал свой букет проволокой. Я вновь почувствовал себя неопытным пятнадцатилетним юнцом.
– Мои букеты из диких цветов – ведь твои любимые.
– Были раньше, да, – сказала мне она. – Теперь мои любимые цветы – это те, что мне дарит только Ноа.
Я могу это пережить. Гораздо счастливее живется, когда твой главный соперник – четырехлетний ребенок, а не подлый и хитрый тридцатилетний ковбой, вбивший себе в голову, что он все еще может с тобой конкурировать. Я уже уговорил себя больше не думать о Броуди. Я сильно мучился каждый раз, когда вспоминал о нем, потому что в голове то и дело всплывали непрошеные картины, где Лила и Броуди были вместе. Это действительно сводило меня с ума.
Так что я с трудом, но все же выбросил Броуди из своей головы – ему здесь точно не место – и последовал прямо в дом за Лилой.
Ноа нашелся на ярко-желтой кухне, рядом с небольшим островком. Чтобы дотянуться до высокой гранитной поверхности стола, он встал на свой специальный табурет. Мальчик широко улыбнулся мне во весь рот:
– Привет, дядя Джуд! Ты принес мне подарок?