Эмери Роуз – Когда упадут звёзды (страница 62)
– Я сам. – Я взял ремень безопасности и закрепил его. Ноа совсем не сопротивлялся. Похоже, он слишком утомился от бега. Я удостоверился в том, что он хорошо пристегнут и находится в полной безопасности, поднял его руку и ударил своим большим кулаком по его кулачку. – Ты большой молодец. Могу поспорить, что из тебя выйдет отличный футболист.
Он уверенно мне кивнул. В свои четыре года он все еще искренне верит, что все на свете возможно.
– Футболист и ковбой!
Еще одно напоминание о том, что он настоящий сын своего родного отца.
– Слушайся свою маму. – Я взъерошил его потные волосы. – Ковбои и футболисты никогда не устраивают истерик.
Он кивнул:
– Хорошо. Пока!
Дети всегда так быстро все забывают и прощают. Если бы только взрослые могли делать точно так же.
Каким образом я так быстро умудрился сблизиться с сыном Броуди Маккалистера? Уж точно не этого я ожидал от сегодняшнего ужина. Мне, наверное, помогло отсутствие Броуди, ведь если бы он остался с нами на весь вечер, то ужин получился бы излишне напряженным и, скорее всего, я бы нашел повод уйти и отправился бы на пробежку, вместо того чтобы поиграть с Ноа в футбол.
Я осторожно захлопнул дверь машины и повернулся к Лиле: она все еще смотрела в окно, чтобы действительно убедиться в том, что ее сын как следует пристегнут.
– Спасибо, – улыбнулась мне она. – Наверное, ты устал с ним возиться?
– Нет, я мог бы продолжать так всю долгую ночь. Всю ночь, детка.
Ее щеки сразу же покрылись милым румянцем.
– Боже, не говори мне так больше.
Да, пора бы мне уже остановиться и в самом деле вспомнить, что мы с ней давно уже не вместе. О чем я вообще думал? Не знаю даже, кто мы теперь друг другу. Возможно, никто. В какой-то момент я почти забыл, что Ноа – это сын Броуди.
Она бросила внимательный взгляд на сына.
– Мне уже пора. В общем, – она хлопнула в ладоши и покачнулась на пятках, – еще увидимся.
– Ага. – Я засунул свои руки в карманы, чтобы не трогать ее. – Увидимся.
На секунду она немного задержалась и уже открыла рот, чтобы что-то мне сказать, но, по-видимому, решила этого сейчас не делать и молча обошла свою машину, чтобы сесть внутрь.
Еще долго после того, как ее машина скрылась за горизонтом, я стоял у нашей дороги и размышлял о том, что же она сейчас хотела мне сказать.
Сомневаюсь, что она бы так мне сказала. Если она и правда думает обо мне, то наверняка в первую очередь вспоминает все те ужасные моменты. Но до того, как все обратилось в прах, у нас была настоящая дружба и была любовь. Столько любви.
Я вдруг вынырнул из воспоминаний и посмотрел на солнце, которое уже садилось за пышными зелеными холмами, на красивое небо, окрашенное в розовый и персиковый цвета, на маленькие полевые цветы, которые красочной лентой тянулись вдоль местной двухполосной дороги. Здесь даже воздух слаще. Пахло свежескошенной травой и фиолетовыми кальмиями, которые всегда выращивает моя мама.
Дом, милый дом.
– Все нормально? – спросил вдруг Джесси, подойдя ко мне и встав со мной рядом.
– Да. Все хорошо. – Это была откровенная ложь.
– И все равно, наверное, тебе очень тяжело.
Я неопределенно повел плечом.
– Куда собрался? – спросил я его, заприметив в его руках большой мотоциклетный шлем. Джесси всегда предпочитал два колеса четырем.
– Встретиться с Таннером и Мейсоном. Мы хотим немного расслабиться, выпить по пивку, сыграть в пул. Хочешь, поехали вместе со мной?
Эти парни – школьные друзья Джесси. Я совсем плохо их знаю. Когда я отбыл в тренировочный лагерь для морпехов, Джесси было всего тринадцать лет. А к тому времени, когда я вернулся домой, у него уже появилось много разных дел, связанных с мотокроссом, и он часто бывал в разъездах и мы редко виделись.
– Пожалуй, все-таки откажусь. Спасибо, что позвал.
– Да не за что.
Он уже пошел к своему мотоциклу, но вдруг снова обернулся ко мне.
– Я считаю, что Броуди тогда поступил непорядочно. Но меня не было в тот момент рядом, так что я не совсем в курсе того, что именно между ними произошло.
– Все это уже давно в прошлом. Ничего не изменишь.
– Ну да. Не пойми меня неправильно, но я хорошо отношусь к Броуди. Он и правда классный парень. Но он не тот, кто действительно нужен Лиле.
Я тоже теперь вряд ли нужен Лиле, но я не стал озвучивать эти хмурые мысли вслух.
– И все мы очень сильно любим Ноа, – добавил Джесси.
– Кажется, он очень хороший мальчик.
– Да, он крутой малый. Как бы то ни было, вам с Броуди нужно собраться и поговорить по душам. Все мы – одна семья и навсегда ею останемся.
Я посмотрел прямо на дорогу. Мимо нас проехал пикап, в котором громко играла музыка.
– Где они сейчас живут?
Можно было подумать, что я действительно собрался разговаривать с ним по душам.
– Они? – Джесси вдруг нахмурился. – Ты про Лилу и Ноа?
– Разве они не живут вместе с Броуди?
– Ты думал, что они вместе?
– А они не вместе? – удивленно спросил я.
Джесси громко рассмеялся и покачал головой:
– Ну ты даешь. Я, конечно, люблю тебя, брат, но иногда ты бываешь таким тугодумом.
Я сердито глянул прямо на него. Он поднял ладони в примирительном жесте.
– Эй! Я бы и раньше мог рассказать тебе все, что твоей душе было бы угодно, но ты ведь никогда меня не спрашивал!
Вернулся бы я раньше, если бы мне было об этом известно? Я в этом не был уверен. То, что Лила не живет с Броуди, никак не отменяет того факта, что у них есть общий ребенок.
Глава 36
Ноа заснул прямо по дороге домой. Я осторожно убрала с его лба мокрые от пота волосы и отстегнула ремень. Его джинсы все были перемазаны в грязи и траве, а синюю футболку красиво украшало пятно от кетчупа. Его веки немного задрожали, но он так и не проснулся.
Я взяла его на руки и подняла с сиденья. Он еще малютка, но в спящем состоянии уже становится тяжелым. Прикрыв дверь машины своим бедром, я взяла сына немного поудобнее. В этот самый момент к нашему дому подъехал Броуди и вылез из своей большой машины.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, когда он подошел поближе ко мне.
– Давай его мне. – Не потрудившись толком ответить на мой вопрос, он взял Ноа на руки.
Я заперла свою машину и последовала прямо за Броуди к парадной двери своего коттеджа с двумя небольшими спальнями, окруженного зелеными кипарисами. Джесси окрестил его хоббитским домом. Зато у меня было уютно, и нам с Ноа здесь вдвоем места хватает.
Броуди отошел немного в сторону, я отперла дверь и широко ее открыла, чтобы он мог легко войти внутрь с ребенком на руках.
– Положить его в кровать? – спросил он меня, когда мы зашли в уютную гостиную.
Я кивнула и пошла за ним по темному коридору, по пути завернув в ванную и взяв в руки губку, которую смочила в теплой мыльной воде.
Броуди осторожно раздевал Ноа в его комнате на красной кровати в виде гоночной машины, которую Ноа подарили Кейт и Патрик. Комната была вся оформлена в красном, белом и темно-синем тонах, вдоль одной из стен простирался низкий и большой стеллаж, в котором хранились все его игрушки в холщовых коробках. Я осторожно открыла дубовый комод и вытащила оттуда мягкую пижаму с Губкой Бобом, персонажем любимого мультика нашего сына.
Ноа все еще находился в полудреме, его веки были такими тяжелыми, что он едва ли мог открыть глаза, но он все же попытался это сделать.