Эльвира Дартаньян – Искупление (страница 4)
Говоривший усмехнулся и печально вздохнул:
— Спасибо за комплимент, но я не могу открыться. Это не в моих силах.
— И что это значит? — нахмурилась Тина.
Голос помолчал, а потом прошелестел:
— Я пока не властен над собой.
— Странно. Ну ладно, — смирилась Тина, — тогда я сама придумаю твой образ. Я представляю тебя высоким загорелым красавцем с чёрной шевелюрой. И глаза у тебя цвета спелой черешни.
— Ну, пусть я буду таким, — согласился он и добавил: — Главное, на Павла совсем не похож.
— Ты этому рад? — усмехнулась Тина. — А зачем ты за мной наблюдаешь? Как тебе удаётся пересекать границу сна и яви, а? Кто ты вообще такой?
— Однажды вы узнаете.
— О, это значит, что мы скоро увидимся?
— Возможно, — рассмеялся он.
— А все остальные вопросы — мимо? Эх, ты! Но когда мы встретимся, будь уверен — я узнаю тебя по голосу.
Он усмехнулся, пожелал спокойной ночи и пропал, уступив место чему-то лёгкому и светлому.
Так что, проснувшись утром, Тина ощутила лёгкую досаду. Как будто ей приснилось что-то особенное, но затёрлось под ненужной и пустой шелухой.
Глава 2
В день рождения, когда Тине исполнилось семнадцать лет, она пребывала в таком довольстве, что не заметила, что праздник прошёл намного скромнее обычного. Ей устроили милую вечеринку дома, в их особняке, с небольшим количеством гостей. В этот день мысли Тины были заняты другим: решив, что настало время познать нечто большее, она сбежала с Пашкой с вечеринки и затащила его в тёплый отцовский гараж. Закрыв двери, Тина подарила другу жаркий поцелуй. Они обнимались, и вскоре Пашка потерял контроль, и до задней комнаты с мягкой лежанкой они добирались, не в силах оторваться друг от друга.
«Да, пусть это случится, — решительно думала Тина. — И пусть это будет Пашка»
А он упал на лежанку, увлекая её за собой. Руки блуждали по ягодицам, ощупывая тоненькие кружевные трусики.
Сначала заморгал и погас свет, а потом в мастерской что-то грохнуло, и сработала «сигналка» на машине. Пыл страсти словно сдуло ветром. Тина и Пашка в темноте скатились с лежанки, на ощупь прокрались к выходу и чудом не нарвались на водителя. На нём лежала вся ответственность за машины, ну и понятно — он носил брелки в кармане и первым явился на сигнал. Потом подошёл подвыпивший отец Валентины. Горе-любовники уже успели укрыться в ближайших кустах и, сидя там, узнали причину их краха — соседская кошка. Оказалось, что её закрыли в гараже и бедняжка испугалась.
Тина затряслась от беззвучного смеха и, заставив Пашку пригнуться, тихо побежала с ним в дом. Они вернулись к гостям и, как ни в чём ни бывало, влились в компанию.
А ночью Тина долго не могла уснуть, вспоминая их чудовищный крах.
«Пашка хотел меня, — отмечала она. — И я тоже… наверно. А эта кошка всё испортила! Хотя, отчего погас свет? Все лампочки перегорели? Замыкание? Ха, а может, это знак свыше — типа, ещё не время?! Мол, не по любви!»
Однако Тина понимала, что рассуждения о любви — это просто смешно в современном веке и тем более в её возрасте. Хотя нет, возраст Тины как раз подходящий, да вот только она не наивная дурочка, понимала, что к чему. Всё переменилось, всё хлебнуло новой волны или… захлебнулось в ней. Тина вспомнила отношения своих родителей: обычная семья, которая вместе стремилась к достатку, ограничилась одним ребёнком и жила теперь уже, наверно, по привычке. Так удобно. И не было поводов рушить брак и уж тем более искать предлоги, чтобы расстаться.
И мысли Тины снова возвращались к своим ощущениям. Господи, так что же у них с Пашкой? С ним-то всё понятно. Наверно, он в неё влюблён. А она? Знает его, как хорошего парня, верного друга. А от дружбы до любви, как говорят, один шаг.
Нет, это тоже пережиток прошлого. Сейчас люди сходятся по-другому. Ну, просто потому, что им хорошо вместе, есть общие интересы. И кто оспорит, что они не созданы друг для друга?! Никто не посмеет. А они с Пашкой? Как они встретятся после такого глупого облома? Да посмеются и, возможно, попробуют снова. А зачем? Чтобы понять — хорошо ли им будет в постели. Хм, звучало как-то… не очень. Понимание комфорта должно быть где-то в подсознании, когда оба точно знают, что им будет классно. Наверно, это и есть любовь. Когда не задаёшься вопросом, а чувствуешь душой.
«А мы как-то… бездушно, — призналась себе Тина и закрыла глаза. — А влюбиться по-настоящему — это, наверно, очень приятно»
— Чаще всего, когда влюбляются, то не думают об ощущениях, — влился в сознание приятный тихий голос. — Мысли полны лишь избранным, желанием узнать его до тонкостей. И это доставляет удовольствие. А иногда влюбиться — очень больно. Когда вдруг понимаешь, что любовь безответна. А представьте, что Павел вас любит. Для него любое ваше желание имеет особое значение. Он и не подумает, что вы отдаётесь ему просто потому, что… ну, уже пора как бы. Ведь все так делают. А вот подходящий момент, и он — проверенный друг.
Тина не сразу поняла, что уснула. Мысли чудесным образом сморили и незаметно увели в приятный и спокойный сон. В самом деле, приятный? Пока не понятно.
— Я так не думала! — отрезала Тина и быстро огляделась. Вокруг сумерки, но ощущение, что они говорят в помещении. И говорящего не видно. А ведь когда-то так уже было — да, во сне. Однако заявление невидимки так возмутило Тину, что она сжала кулачки и бросила в темноту: — Да как ты смеешь подслушивать мои мысли?!
— Я не хотел, — в голосе послышалась вина и лёгкая горечь, — так получается. Однако я не в силах отказаться от любого соприкосновения с вами.
Последняя фраза заставила Тину смягчиться, но возмущение ещё бурлило в ней.
— Оставь меня в покое! — приказала она. — Я сама разберусь в своей жизни! И не надо мне твоих показательных нравоучений!
— А всё же… — на сей раз голос звучал с лёгким довольством. — Может, слава всем кошачьим богам? А вдруг вы влюбитесь по-настоящему? Подарить себя любимому — это нечто особенное. Для двоих. Уж поверьте, Тина, он оценит. Говорю вам, как мужчина.
Вот знал же, что сказать и как подать!
Не подобрав нужных слов, Тина сердито выдала:
— Иди ты к чёрту! Я хочу проснуться! Сейчас же!
— Да, пожалуйста, — усмехнулся голос и потерялся.
Тина почувствовала, что осталась одна. Зажмурившись, она обняла себя за плечи.
— Я сейчас проснусь, — заметила она с досадой, — и ничего не вспомню. И сама буду решать, что мне делать. Надо же, нашёлся умник!
— Это ты о ком?
Женский голос мягко прозвучал над ухом, а потом тёплые губы коснулись щеки. Тина открыла глаза и увидела маму. Похоже, она застала дочь, когда та говорила во сне.
— Мне показалось, — заметила мама, — что ты сердишься. Кого-то обозвала умником.
Тина нахмурилась, надула губки. Эх, хотела всё забыть, а вот напомнили.
— Да-а, есть тут один, — проворчала она. — Повелитель снов. Суёт нос, куда его не просят.
— Ну, если во сне, то простительно. А наяву… — мама подавила тихий вздох, — наяву лучше с такими умниками не встречаться. Они бывают те ещё проныры. Знаю таких лично. Ну, давай тихонько попьём чай, и не будем мешать папе. У него серьёзный телефонный разговор.
Во время чаепития Тина вдруг заметила, что мама прислушивается к голосу отца, долетавшему из кабинета. Он говорил на повышенных тонах, а временами даже матерился. Потом мама не выдержала и отошла к окну, неожиданно, после большого перерыва, закурила. В ответ на удивлённый возглас дочери она устало отмахнулась — мол, сейчас так надо.
Ну ладно, хмыкнула Тина, и беззаботно принялась за завтрак.
А по пути на занятия она вдруг запоздало ощутила наступление весны. Солнце ласково погладило её лицо и ослепило бликами в уже подтаявших сугробах. Местами в них зияли чёрно-серые островки с пожухлой, мокрой прошлогодней травой. А стоило Тине выглянуть в окно, как лёгкий тёплый ветерок игриво вскинул её чёлку и одарил букетом ароматов. От них в душе проснулось странное томление и радость. Да, как предчувствие чего-то нового. Тина невольно улыбнулась, вынула наушники и с удивлением услышала музыку в плеере водителя — не стареющую песню о любви. И слова в ней так удачно оказались отголоском прошлой ночи: кто-то говорил о первой близости — желанной, страстной и взаимной. Вспомнился приятный голос, ласкающий слух. Он будто бы дразнил её и завлекал, манил. Вздохнув, Тина с лёгкой досадой отметила: как жаль, что это был не Пашка.
И как назло, уже в городе, на глаза всё чаще попадались влюблённые парочки. Они словно почувствовали ароматы весны и, не стесняясь, обнимались и целовались на виду у всех. А на занятиях подружки Тины делились с ней секретами об ЭТОМ.
«Чёрт! — с досадой думала она. — А мы всё с Пашкой телимся! Чувствую себя отсталой»
И чтобы исправить неприятный конфуз, Тина решила отбросить все дурацкие сомнения и, наконец-то, подарить себя другу. И к чёрту всяких умников!
На следующий день Тина выпросила у отца денег на прогулку (он почему-то нахмурился, болезненно потёр виски, но дал) и позвонила Пашке. Он заехал за ней на своём шикарном мотоцикле, и друзья выбрались в любимый парк. Нет, они не вспоминали о своём смешном фиаско, но обнимались, гуляли под руки и говорили о весёлых глупостях. Тине было хорошо с ним, но как ни старалась, она всё же прислушивалась к своим ощущениям. Как бьётся сердце в момент поцелуя, приятно ли, когда он обнимает. И почему-то её чёртов разум не летел в неведомые дали, изгнанный нахлынувшей волной. Может, нужно нечто большее? И Тина решила, что ЭТО обязательно должно случиться в выходные. Они договорились с Пашкой выбраться в субботу в шикарный ночной клуб.