Элтэнно. Хранимая Звездой – Рукопись несбывшихся ожиданий. Последняя осень (страница 9)

- Не знать ничего о том, что всего в четырёх часах езды от вас? – нисколько не пожелал понять человеческую лень тёмный эльф и с высокомерием сказал: - Ладно, доеду до места и пойму, что именно за руины вы ввиду имеете. Быть может, даже расскажу вам их историю, если буду в хорошем расположении духа.

- Буду премного благодарен, - с трудом выдавил из себя Генриетт Нейман. Он уже очень и очень хотел завершить беседу, но совесть и предусмотрительность вынудили его произнести: – Имейте в виду, тропа там худая. Неезженая, так как к руинам мало кто осмеливается приближаться. О них дурная слава ходит, но селянки посмелее протоптали дорожку. Вам бы её не пропустить.

- Увижу, где именно памятник находится, и сразу пойму нужное направление, - ответил Найтэ Аллиэр, но внимание Милы в словах командующего другое привлекло. Девушка часто заморгала и, понимая, что больше никто о том не спросит, всё же осведомилась:

- Эм-м, а почему именно селянки протоптали путь? Селяне не, слабоваты духом для такого?

- В тех местах земляника добрая родится, а сбор ягод дело женское. Вот местные кумушки к нам оттуда порой полные корзины ягод и притаскивают. Приносить домашним боятся из-за суеверий, но солдатне, соскучившейся по сладкому, безо всяких угрызений совести продают.

- Пф-ф. Великие стихии, ну почему в наш современный век кто-то до сих пор живёт суевериями? – тут же включилась в разговор мисс Боллоу. – Ужас. Неужели нельзя обойтись без всяких глупостей?

Возмущение женщины вышло столь ярким, ибо предмет, который она вела в академии, как раз был об этом. О том, как отличать настоящую магию от домыслов, сродни тем, что обойди табурет три раза по кругу и в животе крутить меньше станет. Подобное с давних времён являлось частью учебной программы, так как значительное число студентов воспитывалось в среде суеверий и им следовало отказаться от них. Предмет являлся простым, но крайне значимым, а потому не только мисс Боллоу оторопела, когда профессор Аллиэр вдруг уверенно сообщил:

- Глупости сейчас говорите именно вы. Нельзя умалять важность происхождения суеверий.

Покуда преподавательница краснела, пытаясь переварить сказанное, а прочие даже переглянулись, словно испрашивали друг друга как реагировать на эту бестактность, тёмный эльф оживился. Профессор вновь посмотрел на командующего Ардгордом с интересом.

- В общем, я готов завтра выехать, если вы мне трёх лошадей предоставите. Студентов своих я с собой намерен взять. Они оба курсы по иллюзиям проходят, вдруг, наконец-то окажется, что не зря они на них своё время тратят.

При этих словах лицо Милы выразило точь-в-точь такое же глубокое недовольство, как лицо мисс Боллоу и Антуана Грумберга. Молодой лорд, будучи в возмущении, даже резким движением отодвинул от себя тарелку. Но Мила так не поступила… уж очень курочка была вкусной.

Глава 4

У всего сказанного есть последствия. У несказанного тоже

Некоторым подобное могло показаться странным, а потому Люций Орион и Поль Оллен не стали распространяться о том, что вознамерились провести летний отпуск в обществе друг друга. Однако, самим им мысль о совместном отдыхе понравилась. Они не были обременены отношениями и такими семейными узами, чтобы быть вынужденными любую свободную минуту проводить вместе с многочисленными, но опостылевшими родственниками. У Люция Ориона близких вовсе не было, а у Поля Оллена отец да две кузины. Причём эти кузины сами не стремились тесно общаться с кажущимся им унылым Полем. Они были значительно его младше, любили веселиться, а потому вели беззаботную жизнь в столице, где приятных компаний полно на любой вкус. Отец Поля тоже не ждал приезда сына в этот июль. Он написал, что намерен всё лето провести на минеральных водах, поправляя здоровье.

Собственно, с известия о минеральных водах и начался разговор преподавателей о том, как хорошо было бы съездить на море: покупаться в солёной воде, походить под парусом, а, быть может, даже завести горячий курортный роман с незнакомкой. И постепенно ажиотаж нарастал. Желание вкусить новые впечатления становилось всё ярче, всё очевиднее мечты стали походить на планы.

- Давай действительно съездим? – наконец, не выдержал Поль Оллен.

- А почему бы и нет? – поддержал Люций. – Хватит с меня дежурств в академии. В это полугодие я ни в чём не провинился и могу поехать куда угодно.

- Правильно!

О да, Люций и Поль Оллен часто были на одной волне. Они постоянно находили о чём поговорить и помолчать, и по этой причине оба ожидали от поездки исключительно приятных впечатлений. И, в принципе, так бы оно и было, если бы Люций хоть как-то поучаствовал в составлении маршрута. Однако, он этого не сделал. Всё же раз расходы за дорогу взял на себя его друг, то старшему преподавателю кафедры сглаза и проклятий показалось не самой лучшей идеей лезть к Полю Оллену со своими мещанскими советами. В конце концов, чай тот не маленький мальчик, сам сумел бы всё организовать. Также, Люция неизменно охватывала неловкость при спонтанной мысли взять и порекомендовать другу остановку в той или иной деревне. Ведь ещё не факт как человек благородного происхождения воспринял бы оные остановки. Это для Люция являлось привычным и комфортным не на постоялом дворе целую комнату (а то и этаж) занимать, а, будучи одетым в потёртый жизнью камзол, на толстом слое ароматного, хотя и столь колючего сена возлежать да дышать прохладным воздухом, без труда проникающим сквозь щели сарая.

Право, Люций завсегда наслаждался такими моментами, они возвращали его к дням юности обычного подмастерья. Да, пусть те дни были нелёгкими, но имелось в них с лихвой того, к чему так приятно мысленно прикоснуться. Однако, будущий граф Саммайнский, с ранних лет привыкший к пуховым перинам и расшитым шёлком подушкам, подобный комфорт вряд ли бы оценил, а потому Люций озаботился другим - покупкой новой роскошной одежды. Ему хотелось выглядеть наравне с компаньоном, так как немыслимо глупо было бы чураться некоторых развлечений из-за несоответствующего вида и только. Люций желал пустить пыль в глаза, и его средств на одну шикарную поездку к морю должно было бы хватить с лихвой. По этой причине осведомился он только о времени отъезда, ибо уже июнь наступил, а Поль Оллен всё молчал и молчал на эту тему.

- О, Люций, я это ещё решаю, так как есть у меня сомнения, - ответил Поль Оллен, нервно поглядывая на здание корпуса Белой Магии.

С места на главной площади, где его остановил приятель, оно было плохо видно из-за перекрывающей его парковой зелени, но Люций не обратил на это внимания. Он опешил так, что едва руку к сердцу не прижал. Право, если бы у него не возникла сама собой привычка теребить цепочку, на которую был подвешен перстень Владыки Стихий, то именно к сердцу бы Люций руку и прижал. А так он ухватился за серебряные звенья (перстень по завету эльфа он не снимал с себя ни днём, ни ночью) и пробормотал:

- Какие сомнения? Ты… ты не уверен, что поездка получится?

- Нет-нет, едем мы точно. Это нисколько не обсуждается, – заявил Поль Оллен таким уверенным голосом, что у Люция вмиг отлегло от сердца. Он понял, что не зря саквояж по высшему разряду собирает.

- Тогда что тебе мешает?

- То, что я увяз в работе, и не могу найти времени для встречи с тобой, - развёл руками Поль Оллен. – Но всё. Раз уж судьба нас столкнула здесь, раз уж ты сам начал разговор, то ничего, подождут меня мои студенты. За четверть часа они вряд ли разбегутся из аудитории, а нам действительно нужно определиться с кое-чем, чтобы я всё же озвучил маршрут извозчику.

- Согласен, - уверенно поддержал Люций.

Хотя ему тоже стоило идти в лекционную, он нисколько не видел проблему в том, чтобы задержаться на площади и поговорить. Даже если бы кто-то из студентов настрочил жалобу, это было бы ерундой, нежели если из-за нынешней пунктуальности грандиозные летние планы полетели бы в тартарары.

- Что нужно обсудить?

- Видишь ли, мне удобнее по максимуму взять от первых двух дней поездки, когда я ещё свеж. Обычно в эти два дня я сижу в экипаже от рассвета до заката. А вот после усталость берёт своё, так что я стараюсь делать как можно больше остановок и как можно меньше времени в дороге проводить. Но сейчас я еду не один и переживаю, вдруг тебе не будет в таком темпе комфортно, - пояснил Поль Оллен. – Может, лучше весь маршрут неторопливым сделать?

- О, нет-нет, - поспешно ответил Люций, так как враз подумал о том, что эдак они едва ли не весь отпуск только до моря ехать будут. А потому даже добавил. - Пожалуй, я вообще не щадя себя привык путешествовать. Вот ты только первые два дня так, а я каждый из дней. В конце концов, разве не лучше ехать на море, будто за нами профессор Аллиэр гонится, зато там подольше отдохнуть? Право, я бы вообще не так много остановок делал.

- В этом определённо есть смысл, - начал с неохотой соглашаться Поль Оллен, и его фраза прозвучала так, как если бы он дальше хотел возразить. Так что Люций бодро улыбнулся и, хлопая друга по плечу, сказал:

- Сэкономленное время можно провести лёжа на шезлонге. Мы будем созерцать море, слушать его шум да крики чаек, гонять слуг за прохладительными напитками. Один день такой лёгкой жизни, и на другой ты забудешь про все дорожные неудобства. Впереди будет только череда дней для услаждения себя.