Элси Сильвер – Безупречный (страница 6)

Я морщусь:

– Да уж, повезло мне.

Харви фыркает и машет рукой в сторону дома.

– Не беспокойтесь, мисс Хэмилтон. Они хорошие мальчики. Немного грубоваты, но, тем не менее, хорошие, – он оглядывается на меня через плечо с насмешливой улыбкой на губах. – Что-то подсказывает мне, что вы прекрасно справитесь с этой командой.

Я сжимаю губы. Уж если я дожила до своего возраста с Кипом Хэмилтоном в качестве отца и босса, справиться с парой ковбоев – просто пустяк. Но вслух я этого не говорю. Не хочу сглазить.

– Пожалуйста, зовите меня Саммер.

Харви придерживает для меня входную дверь и машет другой рукой:

– Заходи, Саммер. Давай, надо устроить все и накормить тебя прежде, чем ты встретишься лицом к лицу с этим маленьким монстром.

Я качаю головой и хихикаю, заходя в дом. Очевидно, моя оценка Ретта была не слишком далека от истины. Или его отец стращает меня, чтобы я не ожидала беззаботного отдыха.

Камень сомнения опускается в мой желудок, тревога пронизывает все тело. Что, если я не справлюсь с этим? Что, если я потерплю неудачу? Может, я навсегда останусь человеком, у которого ничего не получается?

Мой внутренний монолог прерывается, когда я осматриваю интерьер дома. Повсюду теплый оттенок дерева. Потолки с деревянными балками и темно-зеленые стены придают помещению уютную атмосферу, несмотря на лофтовые открытые пространства. Широкие доски на полу темного дерева слегка потерты в определенных местах, и, когда я вижу, как Харви входит внутрь в своих огромных ботинках, я, кажется, понимаю, почему.

Слева – гостиная с мягкими кожаными диванами перед огромным камином. На стене – вроде бы голова оленя с черными мраморными глазами, которые сверкают настолько ярко, что кажутся живыми. Рога тянутся вверх словно толстые, богато украшенные ветви.

Я сжимаю губы. Не имею ничего против охоты, в любом случае, не того ее вида, который проводится со всей ответственностью. Но я – городская девушка до мозга костей, и вид величественного животного, вот таким образом подвешенного в доме, печалит меня. Я с грустью думаю об этом олене и том, какой конец его постиг. Давайте будем честны. Конечно, я думаю о Бэмби.

Я отбрасываю эту мысль и приказываю себе взбодриться и не падать духом. Не падать духом? О боже. Что со мной не так?

Перед нами гигантская кухня с огромным деревянным столом посередине, и я уже могу представить, как все эти ковбои заваливаются сюда после долгого дня на ранчо, чтобы разделить большой семейный ужин.

– Сюда, вниз, – голос Харви уводит меня, и мы поворачиваем направо по коридору, освещенному медными бра на стенах. – Да, комната на первом этаже. Но мы постараемся не шуметь по утрам. Просто наши с Реттом комнаты наверху, так что я подумал, так ты почувствуешь немного больше свободы вдали от нас, мужчин. К твоей комнате примыкает ванная. Да и шкаф здесь тоже самый большой.

Харви делает небольшую остановку с моим чемоданом. Моим очень, очень полным чемоданом.

– Думаю, что я не ошибся с выбором.

Мои щеки розовеют. Такому мужчине, как Харви Итон, я, должно быть, кажусь настоящей городской девчонкой.

– Я просто не была до конца уверена, что меня ждет.

Харви добродушно посмеивается.

– Ожидай родео, девочка. Я люблю своего сына. Но он сущее наказание, и всегда был таким. Если так подумать, я не уверен, что кто-то вообще когда-либо по-настоящему им занимался. Младший сын и все такое. Даже его маленькая сестренка оказалась более зрелой из них двоих! Она всегда присматривала за ним. Ретт нуждается в присмотре. Мой тебе совет: не дави слишком сильно, иначе он просто оттолкнет тебя.

Я киваю, слегка округлив глаза. Он выставляет Ретта совершенно сумасшедшим.

– Мудрый совет, мистер Итон.

Он бросает мой чемодан прямо за дверью комнаты в самом конце коридора.

– Девочка моя, если я зову тебя Саммер, то и ты зови меня Харви. Мы поняли друг друга?

Я улыбаюсь ему, входя в комнату.

– Поняли.

– Славно, – Харви выходит обратно в холл. – Не торопись, располагайся. Я на кухне, выходи, когда будешь готова. Можем поесть, и я покажу тебе окрестности.

– Замечательно, – я одариваю его самой лучезарной улыбкой, на какую только способна, и Харви неторопливо уходит обратно по коридору.

Закрыв дверь, я прислоняю голову к прохладному дереву и делаю глубокий вдох, чтобы прогнать тревогу.

И молюсь о терпении. Что-то подсказывает мне, оно мне еще понадобится.

4

Ретт

Ретт: Еще не хочешь вернуть свою дочь?

Я обещаю, я буду хорошим!

Кип: Она еще даже не там.

Ретт: Подумай только, сколько времени

ты ей сэкономишь!

Кип: Нет.

Ретт: Пожалуйста?

Кип: Не притворяйся вежливым.

Тебе не идет.

Ретт: Поцелуй меня в зад.

Кип: А как, по-твоему, я удерживаю

всех твоих спонсоров?

Саммер Хэмилтон подъехала на своем модном внедорожнике и в до нелепого строгом наряде, будто отправляется на прогулку по городу, а не на скотоводческое ранчо.

В общем, я решил не появляться. Может, я и оказался в ловушке с ней, но мне необязательно быть довольным таким раскладом. Вот я и не доволен. Я чертовски ненавижу, когда со мной обращаются как с ребенком или как с тупицей. Или, еще хуже, будто я какой-то преступник. Я надеялся, что ночь в моей собственной постели и некоторое время на обдумывание помогут мне смириться с моим новым положением. Надеялся, что я буду ощущать себя немного менее подавлено.

Но все равно чувствую себя отбросом.

Вот почему сейчас я здесь, вбиваю в землю столбы со своим старшим братом. Устанавливаю новые линии ограждения для некоторых из его лошадей, ближе к его дому. Он находится прямо за большим холмом, недалеко от того места, где живем мы с отцом.

Кейд вытаскивает столб из багажника своего пикапа и с ворчанием перекидывает его через плечо. Он больше остальных похож на нашего папу: широкие плечи и коротко подстриженные волосы. Единственное, чего не хватает – усов. Люблю его этим донимать. В особенности потому, что он угрюмый засранец. Все очень просто.

– Кстати, когда ты там собираешься отрастить усы и стать настоящим стариком Итоном?

Кейд свирепо смотрит на меня, прежде чем отпустить столб и выровнять его заостренным концом в нужном месте.

– Не знаю. А ты когда подстрижешь волосы, Рапунцель?

Вот это классно, это по-нашему. Выводить Кейда из себя – одно из моих любимых занятий. Он так охрененно ворчит, что это никогда не надоест. Кейд только лает и не кусается, он один из самых милых парней, которых я знаю.

Если закрыть глаза на то, какой он придурок.

Я снимаю кепку и перекидываю волосы через плечо, стараясь не морщиться от укола боли в плече. Или в колене. Или ломоты в спине.

Какая, блин, Рапунцель, я скорее похож на Шалтая-Болтая.

– Никогда! Как я тогда втащу принцессу через окно?

Кейд фыркает и хватает прицепной столбостав[14], а я удерживаю столб строго вертикально.

– Только одна принцесса, брат? Не похоже на тебя.

Я закатываю глаза. Кейд – святоша, ну просто настоящий монах нашей семьи. Не припомню, чтобы видел его хотя бы с одной женщиной после его развода.

– Я просто хочу, чтобы секса было достаточно для нас обоих, – вру я.

Эта часть меня изменилась. В последние пару сезонов развлекаться с женщинами уже не так привлекательно. Не так, как раньше. Это скорее приносит проблемы, и я устал от необходимости проводить время с теми, кто видит во мне какой-то трофей.

Кейд протягивает руку и срывает кепку с моей головы:

– Эй, придурок. Ты собираешься помогать мне или просто будешь стоять и красоваться?