Элоиза Джеймс – Влюбленный Уайльд (страница 3)
– Приятно с вами познакомиться, мисс Белгрэйв, – сказал он, целуя Диане руку. – Приветствовать вас в нашей семье – честь для меня.
Диана выдавила из себя слабую улыбку.
Лорд Роланд повернулся к своей невесте, и Уилла чуть было не попятилась. Лорд Аларик был таким большим, что у нее возникло нелепое ощущение, будто он поглощает весь кислород. По крайней мере, это бы объяснило тот факт, что ее внезапно бросило в жар. Лорду Роланду не терпелось поговорить со своей будущей супругой тет-а-тет, и он быстро отвел ее в сторону. А Уилла осталась наедине с исследователем.
– Лорд Аларик, рада с вами познакомиться.
Получив образование в элитном пансионе, который очень успешно обучал молодых девушек светским манерам, Уилла знала, как правильно вести себя в неловких ситуациях. Сейчас она решила, что лучшим решением будет сделать вид, что толпы дам, стоявших за ее спиной и ожидавших знакомства с лордом Алариком, просто не существует. Интересно, что и лорд Аларик, похоже, тоже не обращал на них внимания. Когда он поднес ее руку к своим губам, его улыбка, казалось, предназначалась ей одной.
– Я тоже очень рад, – прошептал он.
У него оказался глубокий хрипловатый голос, что было так же необычно, как и его костюм. Это не был голос придворного. Или юнца, какими были многие из ее поклонников. Это был голос взрослого мужчины. Вместо того, чтобы поцеловать тыльную сторону ее ладони, он поднес к своим губам ее согнутые пальцы и, коснувшись их губами, посмотрел Уилле прямо в глаза.
Уилла была без перчаток, но это не объясняло того, почему ее кожу внезапно начало покалывать. Она почувствовала, что ее губы сами собой складываются в улыбку, совершенно непохожую на спокойное выражение лица, с которым она обычно встречала незнакомцев. Она поспешно отдернула руку и сказала:
– Как я понимаю, вы только что вернулись в Англию. Чего вам больше всего не хватало, пока вы путешествовали по миру?
Голубые глаза лорда Аларика, окаймленные густыми ресницами, были цвета неба в сумерках. Красота – это случайный дар от рождения, но глаза – это другое дело. Красивыми глаза делает горящее в них чувство.
– Я скучал по моей семье, – ответил лорд Аларик. – А кроме этого, по матрасам без вшей, по бренди, доброжелательным слугам, хорошей порции яичницы с ветчиной по утрам. А, ну еще по обществу дам.
– Должно быть, такое обожание опьяняет, – сказала Уилла. Ее задело, что он поставил общество дам на последнее место – после яичницы с ветчиной.
Лорд Аларик лукаво улыбнулся.
– Обожание – это слишком сильное слово. Я считаю, мне крупно повезло, что мои читатели нашли что-то интересное в моих работах.
Уилла позволила себе взглянуть на него с оттенком легкого презрения из-за… из-за его напускной скромности? Хм.
– Мне интересно читать эссе Монтеня о каннибалах, но это не вызывает у меня желания повесить в своей комнате его портрет.
Кажется, он немного удивился. Неужели ему никто никогда не возражал? Или он не знает, что его изображения висят во множестве спален? Она сменила тему.
– Куда вы намереваетесь отправиться дальше?
– Я еще не решил. У вас есть предложения?
– Я не знаю точно, где вы уже побывали, – призналась Уилла. – Боюсь, я одна из немногих людей в королевстве, которые не осведомлены о странствиях лорда Уайльда.
Его глаза под тяжелыми веками открылись чуточку шире, уголки рта еще немного приподнялись.
– Уверяю вас, вы не одиноки в том, что избегаете читать мои книги.
Уилле ужасно захотелось пожать плечами, но это, как и вздохи, по ее мнению, не было элегантным способом проявлять эмоции, которые лучше бы держать при себе.
– Тому найдется мало доказательств, – возразила она. – Вы давно не были в Англии, но вы увидите, что ваши книги очень популярны.
– А вы предпочитаете романы? – спросил он.
– Нет. Боюсь, меня не привлекают вымышленные истории.
Он смотрел в лицо Уилле так пристально, что у нее начала слегка кружиться голова. Это ее нервировало.
– Я не выдумываю события, которые описываю, – в голосе лорда Аларика послышались задорные нотки.
– Конечно, нет, – поспешно сказала Уилла. Потом, не удержавшись, добавила: – Хотя, судя по тому, что мне рассказала моя подруга Лавиния, ваши приключения обычно, я бы сказала, экстраординарные. Вы с этим не согласны?
– Нет. – Казалось, он еще больше развеселился. – Что же вы сейчас читаете?
– Письма Плиния к Тациту, но я отложу их в сторону и прочту один из ваших дневников. С чего вы посоветуете начать? Может быть, с каннибалов?
Одна бровь лорда Аларика взлетела вверх.
– С каннибалов?
– Ах, я и забыла! – воскликнула Уилла. – Лавиния говорила, что каннибалы появляются только в пьесе.
Ее слова, будто точка в конце предложения, положили конец его веселью. Он сдвинул брови.
– В пьесе?
– «Влюбленный Уайльд», – ответила Уилла, удивленная, что лорд Аларик не знает о пользующейся огромным успехом пьесе о его жизни.
– Что конкретно происходит в этой пьесе? – Он вовсе не выглядел довольным.
– Как вы, наверное, догадались, вы встречаете одну даму…
Уилла не без удовольствия отметила, что выражение его лица стало еще более страдальческим. В это время у нее за спиной кашлянул лорд Роланд. Уилла вздрогнула от неожиданности. По-видимому, Диана сбежала, оставив Норта одного, и ему не оставалось ничего иного, кроме как присоединиться к ним.
– Я забыл тебе сказать. – Норт лукаво улыбнулся брату. – Мы всей семьей специально съездили в Лондон, чтобы посмотреть пьесу о тебе. Возле театра продавали медальоны, так тетя Ноув скупила их все до единого.
Лорд Аларик нахмурился.
– Медальоны?
– Копии медальона, который вы подарили своей невесте, – пояснила Уилла.
– Как, я не только влюбился, но еще и обручился?
– Она была твоей единственной истинной любовью, – сказал лорд Роланд, улыбаясь еще шире. – Ты написал и прочитал кучу стихов о любви, это заняло большую часть первого акта. И в конце концов вручил ей медальон в знак твоей преданности. Ты непременно увидишь этот медальон на дамах – вчера тетя Ноув раздавала их, как имбирные пряники.
– Какая чушь! Я в жизни не написал ни строчки стихов! Что там еще происходит, в этом фарсе?
– Должна с сожалением сказать, что это не фарс, а трагедия, поскольку вашу возлюбленную в конце концов съели каннибалы, – сказала Уилла и, не удержавшись, расплылась в улыбке вместе с лордом Роландом.
– Не могу сказать, что я сильно сожалею о смерти невесты, с которой я никогда не встречался, – заметил лорд Аларик.
– Если не возражаешь, я дам тебе совет, – не унимался его брат. – Тебе надо было пропустить завтрак и преодолеть страх перед водой, чтобы успеть спасти эту дочь миссионера от каннибалов.
– Дочь миссионера? Что конкретно ты имеешь в виду?
Уилла невольно попятилась. Внезапно лорд Аларик стал похож на хищника, готового к прыжку. Но, казалось, никто, кроме нее, этого не замечал.
Едва Уилла вырвалась из их маленького кружка, как на ее место устремились сгорающие от нетерпения дамы, локтями отталкивая ее в сторону. Ей, конечно, следовало уйти не оглядываясь, и у нее это почти получилось, но в середине зала она все-таки оглянулась и, к своему смущению, обнаружила, что лорд Аларик наблюдает за ней.
Вероятно, он привык к тому, что дамы оглядываются на него и бросают страстные взгляды, потому что немного улыбнулся, когда их глаза встретились.
Он что, посмеивается над ней из-за ее бегства? Уилла резко повернула голову и стала смотреть прямо перед собой. Он яснее ясного дал понять, что ему безразличны правила вежливости, которым следуют люди благородного происхождения. Этот человек – угроза приличному обществу. Привлекательная, но все же угроза.
Глава 3
– Не припоминаю, чтобы когда-нибудь видел тебя одетым в шелка, тем более розового цвета, – сказал Аларик. Он стоял, прислонившись к бильярдному столу, и смотрел, как его брат с непринужденным видом раз за разом мастерски загоняет в лузу красный шар. – Смотри, как бы тебе совсем не огерцогериться. Как Гораций, помнишь?
При жизни их старший брат прямо-таки упивался своей ролью наследника герцогского титула. Он важничал, даже когда еще носил короткие штанишки. Да что там, наверное, даже в пеленках.
– Нет такого слова «огерцогериться», и я одеваюсь так, как подобает английскому дворянину, – бесстрастно возразил Норт. – Теперь, когда ты вернулся в Англию, тебе придется одеваться в соответствии с твоим статусом.
– Я уже побрился, – заметил Аларик.
Норт ударил своим белым битком по красному шару, и последний, как и все предыдущие, тут же скатился в лузу.
– Возможно, вокруг будущего герцога витает отравленный воздух. Признаться, иногда я сам себе удивляюсь.
Аларик сделал приличный глоток французского бренди.