Элли Лартер – Развод. Я больше тебе не принадлежу (страница 9)

Да: найти работу, накопить денег, нанять адвоката, развестись... а еще следить за тем, чтобы младшие дети не наткнулись в нашем доме на любовницу своего безумного папаши, а старшую не выдали насильно замуж.

Планы – наполеоновские, так сказать.

И мне реально не до школьных мероприятий.

Но Александр, не знающий реалий моей жизни, настаивает:

– Может быть, если вы не слишком торопитесь, позавтракаем вместе и обсудим это более детально? Я расскажу вам, как вижу праздник и вашу роль в нем, а вы выслушаете меня, и если ваше мнение не изменится, я отстану от вас. А если изменится – организуем все вместе. Что скажете?!

– Ну... – тяну я растерянно. Мой собеседник хоть и мягкий, но весьма решительный, и это подкупает. – Можно, наверное.

Почему бы и не позавтракать в приятной компании?

В конце концов, утро было просто безумным, и дома я насладиться едой так и не успела...

– Отлично, – кивает довольный Александр. – Идемте, у меня на школьной парковке машина. Я довезу нас до чудесной кафешки, где подают вкуснейшие завтраки!

– Окей, – соглашаюсь я и иду за ним.

Только по дороге к парковке я замечаю, что мой новый знакомый не так-то прост: у Александра брендовые одежда и обувь, роскошные дорогие наручные часы, свежая модельная стрижка, подкачанное тело...

А уж автомобиль, к которому он нас подводит... Я не разбираюсь в автопроме – но именно такую машину показывал мне полгода назад Карл со словами «вот бы купить этого зверя!» Тогда «зверя» только презентовали... и у моего мужа на него не хватило денег. А у Александра, судя по всему, хватило.

– Прошу вас, Любовь Николаевна, – мой новый знакомый открывает передо мной дверцу и подает руку, помогая забраться на сидение.

– Благодарю.

Мы выезжаем с парковки, и Александр начинает извиняться:

– Надеюсь, ваш муж не будет против, что я вас так украл...

– Не будет, – говорю я, а про себя думаю: ему вообще по барабану, где я и с кем я... у него молодая любовница – а все остальное не имеет значения.

– Отлично, отлично... Как ваше первое сентября?

– Сумбурно, – отвечаю я без подробностей, но вполне честно.

– Наше тоже. С тех пор, как моя жена... с тех пор, как она... умерла... – Александр с трудом сглатывает, и я чувствую, как у меня в горле тоже появляется ком: он что, вдовец?! Боже, какой ужас! – В общем... стало сложнее справляться с детьми, – признается мужчина. – Коле четырнадцать, Лизе семь, Насте три. Конечно, у нас есть няня, но это не мать...

– Понимаю, – киваю я, чувствуя, как мой голос сразу охрип. – И соболезную вам. Не знала, что в вашей семье произошло такое горе.

– Да, Варя умерла год назад от пневмонии. Нелепо, если честно. Но, как говорится, мы все под богом ходим.

– Вы правы, – говорю я, вдруг понимая, что все мои проблемы – это такая ерунда в сравнении с этой трагедией. Мой новый знакомый потерял жену... не просто жену – явно любимую женщину. А его дети потеряли маму.

С таким горем невозможно справиться раз и навсегда... оно всегда будет рядом, всегда будет незримо преследовать и напоминать о себе... даже когда, казалось бы, первая боль пройдет и жизнь пойдет своим чередом...

А еще я понимаю, что теперь не смогу отказать ему.

Придется участвовать в празднике, чтобы хоть как-то поддержать и помочь ему.

16 глава

– Простите, Любовь Николаевна, – говорит Александр виноватым тоном. Видно, что ему очень неловко. – Вы не обязаны слушать о том, как мне сложно... это мое бремя, а не ваше, моя жизнь...

– Вы ни в чем не виноваты, – спешу я заверить его. – То, что у вас возникло желание поделиться своими мыслями и тревогами, совершенно нормально. Вы меня ничуть не напрягаете. И я рада помочь.

А заодно и отвлечься немного... Потому что история Александра – своего рода отрезвляющий душ.

Всего полчаса назад мне казалось, что моя жизнь – кромешная тьма без единого просвета. Теперь есть как минимум один просвет: мы все живы. Я, мои дети... да даже мой муж-изменник со своей ненормальной мамашей!

А значит, еще не все потеряно.

Не зря же говорят, что выбора нет, когда закрывается крышка гроба, а в любом другом случае всегда можно что-то придумать...

Как ни ужасно, семейная трагедия моего нового знакомого – как знак мне не опускать руки.

И я не опущу.

Сама выберусь – и ему помогу.

– Огромное спасибо, – говорит тем временем Александр. – Мне говорили, что вы чудесная, но я и подумать не мог, что настолько... Как же вашим детям и вашему мужу с вами повезло.

– Мой муж бы с вами поспорил, – фыркаю я.

– В смысле?! – не понимает мужчина.

– В смысле, что он считает меня старой, отжившей свое, выполнившей свою детородную функцию женщиной, от которой больше нет никакого толку, – я пожимаю плечами.

Да, не хотела ничем делиться, но он первый начал, а значит, и мне можно.

– Он так сказал?! – в ужасе переспрашивает мой новый знакомый.

– Ага, – подтверждаю я спокойно. – Вчера. Сразу после того, как слез со своей молоденькой любовницы.

– О боже! – Александр явно в шоке. – Вы прожили с ним столько лет и подарили ему четверых детей – а он изменяет и оскорбляет?!

– Как видите.

– Мне бы и в голову не пришло изменить Варе! Никогда! Ни сейчас, ни через десять, двадцать, тридцать лет! Ну, если бы она была жива, конечно... И это не только любовь, это банальное уважение, причем не только к самой женщине, но и к общим детям! Представить не могу, что вы сейчас чувствуете...

– Пустоту. Растерянность. Боль. Обиду. Злость. Ярость. Отчаяние. Все и сразу, – признаюсь я. – Простите, что я... Впрочем, нет, не за что меня прощать. Вы поделились своими тревогами, а я своими. Будем считать, что мы квиты.

– Да, квиты, – соглашается Александр. – И мы добрались, кстати.

– Прекрасно, – я киваю, довольная, что можно закончить этот обмен откровенностями.

Странно, конечно, вышло.

Обычно у меня не бывает такого с незнакомцами... серьезно: никогда не бывает! С Александром было впервые.

Мы как будто бы сразу друг друга почувствовали и поняли на каком-то глубинном уровне и открыли друг другу свою боль.

Не знаю, плохо это или хорошо, но мне немного полегчало.

Видимо, надо было с кем-то поделиться.

Мы выходим из автомобиля, поднимаемся по ступенькам и оказываемся в маленькой уютной кафешке, ароматно пахнущей мятой и гвоздикой.

Александр сказал, что здесь очень вкусные завтраки, и я ему верю.

– Правда вкусные! – говорит он это снова, пока мы устраиваемся за одним из столиков. – Советую взять вафли с лососем, авокадо и творожным сыром!

– Так и сделаю, – улыбаюсь я.

Потом подходит официант, и мы делаем заказ.

– Еще рекомендую свежевыжатый апельсиновый сок, – со знанием дела добавляет Александр, но от этого предложения я отказываюсь: слишком свежи мои воспоминания о том, как я выливала апельсиновый сок на голову Раде... надеюсь, со временем неприятная картинка, отпечатавшаяся в моем мозгу, исчезнет, и я снова смогу пить свой любимый сок.

Официант уходит, и я поворачиваюсь к Александру:

– Ну что же, давайте поговорим про ваш праздник. Расскажите мне, что вы планируете?

И он рассказывает.

Живо, с воодушевлением.

Сразу видно, искренне горит этим делом.