Элли Лартер – Развод. Я больше тебе не принадлежу (страница 20)

Ну а холлы – самые часто посещаемые места, – надо мыть аж дважды в день: в начале и в конце смены.

Еще на моей совести – протирание пыли раз в три дня и полив цветов раз в три дня.

Именно последним я сейчас и занимаюсь.

Беру большую лейку, наливаю в нее техническую воду из-под крана в подсобке на пером этаже одного из подъездов и отправляюсь поливать горшок за горшком, горшок за горшком...

Растений здесь много, они очень разнообразные, яркие, красивые, радуют глаз. Старые советские дома таким похвастаться не могут. Там разве что во дворах сердобольные добродушные старушки разбивают мини-садики и своими силами за ними ухаживают...

Когда мне начинает звонить Эмма, я сразу чувствую, как сердце замирает, предчувствуя беду.

Я, конечно, мысленно успокаиваю себя, но все равно тревожусь.

Беру трубку и даже сказать ничего не успеваю, как раздается вопль дочери:

– Мамочка, нам в дверь кто-то названивает уже минуты три... мы боимся, что это отец! Что нам делать?!

Слышно, что на заднем фоне при этом тихо плачет Марта.

– О боже, – у меня чуть лейка из рук не падает.

В моей голове почему-то сразу перемешивается сразу две страшных картинки.

Одна – как к ним ломится Карл, как он выбивает дверь, забирает дочерей и запрещает мне с ними видеться...

Другая – как к ним ломится та компания парней с лавочки, которые докопались до меня утром... и что они могут сделать с моими детьми – я и подумать боюсь.

– Мама, мама! – снова кричит Эмма.

Я шиплю, пытаясь успокоить ее:

– Тшшш, не кричи, милая, не надо показывать ему или им, кто бы там ни был, что ты боишься... и что ты вообще в квартире. Я сейчас же еду к вам – и по дороге звоню в полицию! А вы выбегайте на балкон, прикрывайте за собой дверь и кричите там! Зовите на помощь! Просите вызвать полицию!

Я понимаю, что на улице день, а значит, во дворе явно не только гопники, там точно должны быть бабульки, мамы с колясками, играющие дети.

Надо привлечь внимание – а заодно и напугать того, кто пытается к ним попасть.

Мне не хочется прекращать звонок, но приходится: надо позвонить в полицию.

Я делаю это по дороге: мчусь по улице и ловлю первое попавшееся такси, потому что вызывать через приложение нет времени.

Диктую адрес, разговариваю с полицейским, а сама трясусь, как осиновый лист, проклиная себя, этот дом, этот район...

Неужели Карл нашел нас?!

Так быстро?!

Как?!

Какая же я бестолковая, глупая, ужасная мать!

До места добираюсь быстрее, чем полиция.

Во дворе – никого.

Спотыкаясь, несусь по лестнице вверх, перепрыгивая ступеньки... а потом вскрикиваю, увидев, что дверь нашей квартиры просто выломана внутрь.

Кричу:

– Эмма! Марта! – и забегаю внутрь.

В квартире пусто.

Моих дочерей нет.

28 глава

В приступе отчаяния я едва не рву на себе волосы.

Сердце колотится в груди, как ненормальное, совершая кульбиты один за другим...

Мои дети! Мои дочери! Они пропали!

Видны следы борьбы: один стул перевернулся, ковер на полу загнулся углом вверх и пошел морщинами, вещи девочек разбросаны, даже вода в кувшине пролилась... И балкон – он открыт настежь. А значит, мои девочки послушались и сделали, как я велела: вышли на балкон, кричали, звали на помощь... Откликнулся ли кто-нибудь?! Не знаю.

Несмотря на внутреннюю истерику, я очень стараюсь быть спокойной и ничего здесь не трогать: вдруг придется вызывать криминалистов и снимать отпечатки пальцев и следы обуви?!

Впрочем, я почти уверена, что девочек забрал Карл...

Более того: сейчас я молю об этом!

Потому что в таком случае, по крайней мере, можно быть уверенной: мои дочери живы, здоровы и в относительной безопасности.

Да, Марту запрут под домашний арест.

Да, Эмму отправят в закрытую школу в чужой город.

Но это ерунда в сравнении с тем, что могут сделать с ними незнакомые бандюганы, которые держат в страхе целый городской район...

Я, честное слово, не знакома с волгоградскими порядками, и у меня нет ни малейшего желания с ними знакомиться... но я очень боюсь за своих дочерей. Они такие маленькие и беззащитные на фоне этого огромного жестокого мира, который готов сожрать каждого...

Тем более что много лет Эмма и Марта жили в довольно обособленной благополучной среде. Они никогда не сталкивались с реальной жизнью, которая настигла их теперь – так резко и грубо.

Полиция приезжает всего через несколько минут – а мне кажется, что прошло не меньше часа.

Они осматривают место преступления – если это было преступление, – внимательно расспрашивают меня, и я стараюсь отвечать быстро и по делу.

– Вы ведь понимаете, что если ваших дочерей забрал ваш муж, то мы не сможем вам помочь?! – спрашивает у меня сержант по имени Виктор, совсем еще молодой мальчишка, если уж честно.

– Понимаю, – лепечу я. Потому что да, если это Карл – он имел полное право забрать Эмму и Марту... а вот я, напротив, увезла их без ведома супруга. – Но я не знаю, как проверить это прямо сейчас. Потому что муж не отвечает мне. Пока я вас ждала, позвонила ему по меньшей мере раз десять.

– Думаю, вы оставим на месте пару сотрудников и вместе с вами поедем домой.

– Он вас не пустит... – я качаю головой, заранее прекрасно зная, какой Карл в этом плане упрямый, даже упертый.

Можно и не пробовать, я знаю, как все будет.

На территорию поселка мы просто так не попадем, нас тормознут. Потом будет звонок моему мужу. Карл скажет: это частная собственность, возвращайтесь с ордером или проваливайте! – и будет прав, увы.

Меня-то пустят, я есть в списке жильцов, а вот полицию... нет.

И я останусь без помощи.

А одна... что я смогу одна против Карла?!

Да, мы с девочками смогли сбежать, но лишь потому, что муж не ожидал от меня такой прыти.

Второй раз он одну и ту же ошибку не допустит – мы не сможем выскользнуть за территорию поселка без его ведома и разрешения.

И что же теперь?!

Все пропало, значит?!

Мне придется смириться с тем, что он решил?!

Придется согласиться, чтобы он отправил в закрытую школу сначала Эмму, а потом и Марту?!

Придется молча терпеть в доме его любовницу?!