Элли Хью – Право на правосудие (страница 24)

— Нет, что вы! — он быстро замахал руками. — Просто… будьте осторожны. Там старые дела. Много пыли.

«Пыли», — подумала Настя. Или скелетов.

Она прошла в свой кабинет и закрылась на замок. Сердце билось чаще. Максим вел себя странно. Слишком сильно беспокоился. Слишком много знал о её планах.

Настя подошла к сейфу, встроенному в стену за картиной с абстрактным узором. Ввела код. Дверца бесшумно отъехала в сторону.

На верхней полке лежала старая папка. Потертая, с пожелтевшими уголками. Дело номер 404-Б. Дело её отца.

Она вынула папку и положила на стол. Пальцы дрожали, когда она открывала застежку. Внутри были фотографии, протоколы допросов и последняя записка отца: «Настенька, если ты это читаешь, значит, я не смог закончить. Ищи человека с меткой "Зубр"».

«Зубр». Пять лет она не могла понять, что это значит. Кличка? Фамилия? Должность?

Вчера Константин сказал, что кто-то интересовался этим делом. Значит, они близко. Кто-то понял, что она копает.

Раздался стук в дверь. Настя резко захлопнула папку и задвинула её в ящик стола.

— Входите.

Дверь открылась. На пороге стоял не Максим. И не коллега.

В проеме стоял курьер в форме службы доставки. В руках — огромный букет белых пионов.

— Вирова Анастасия Сергеевна? — уточнил парень.

— Да, — Настя нахмурилась. Цветы? От кого?

— Вам подписать, — курьер протянул планшет.

Она подписала, не глядя. Парень поставил вазу на стол (откуда у него ваза?) и исчез.

Настя подошла к букету. Среди белых пионов лежала маленькая черная карточка. Она перевернула её. На обороте было написано всего два слова, знакомым твердым почерком:

«Чтобы помнила. К.»

Настя улыбнулась. Впервые за сегодня искренне. Он помнил. Он знал, что белые цветы она любит больше всего. Это был не просто жест, это было сообщение: «Я рядом. Я думаю о тебе».

Но тут же телефон в кармане вибрировал. Сообщение от неизвестного номера.

«Цветы завянут. А правда останется. Спроси его про Елену. Она знает больше, чем говорит.»

Улыбка сползла с лица Насти. Кто это? Елена решила атаковать напрямую? Или кто-то третий играет в их игру?

Она посмотрела на пионы. Красивые, свежие. Как и всё в её жизни сейчас.

Настя взяла телефон и набрала номер Константина. Гудки шли долго.

— Да, — его голос был низким, немного хриплым.

— Это ты прислал цветы? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Тебе не понравилось? — в голосе Кости послышалась тень неуверенности.

— Понравилось, — тихо сказала она. — Спасибо. Но мне только что пришло сообщение. Анонимное. Про Елену.

В трубке повисла тишина.

— Какое сообщение?

— «Спроси его про Елену. Она знает больше, чем говорит».

— Не верь анонимкам, Настя, — голос Кости стал жестким, командным. — Елена пытается нас рассорить. Это её метод.

— А если нет? — Настя села на край стола, крутя в пальцах черную карточку. — Костя, что она знает про дело моего отца?

— Я не знаю, — ответил он после паузы. — Но я узнаю. Сегодня вечером. Встретимся у меня. Не в офисе. Дома.

— Это приказ? — автоматически спросила она.