Елизавета Подъягельная – Грач (страница 5)

Джеймс хлопнул Кида по спине и вылетел за дверь. Смотрительница что-то недовольно буркнула ему вслед. Белинда направилась к столу с парой книжек в руках. Мартин столкнулся с ней взглядом, и лицо его приобрело то непроницаемое выражение, которое так не нравилось Джерри.

Рейчел О´Нил из тех, кто морщит нос при виде сувенирной лавки Кони-Хилла и даже мусор выносит при полном параде. Хотя нет. К помойному ведру она и пальцем не притронется. Тонкая и слегка надменная, Рейчел походила на диковинную звезду: тянет полюбоваться, но приблизиться страшно.

Она приезжала к Мартину из Шебби – крупнейшего в их краях города-порта, рядом с которым и лежит Кони-Хилл. Порой Белинда замечала пару на улице. Как он проводил пальцами по её длинным русым волосам. Как она оживлённо что-то рассказывала, а он хохотал. Наверное, с Рейчел было по-настоящему хорошо, раз Мартин так смеялся…

Белинда не могла оторвать от них глаз и ненавидела себя за это. Всякий раз она давала себе слово не наблюдать и всегда нарушала его.

После школы она чуть-чуть покаталась по городу и добралась до дома. Двухэтажное малоквартирное здание, слева несколько гаражей. Отцовский был ближе всех к дому. Броквелл поставила туда мотоцикл.

Квартира встретила её приятным полумраком. Девушка прошла на кухню, включила свет, достала из холодильника куриный рулет. В голове у неё вертелся подслушанный разговор.

Она вынула из кармана рисунок: темноволосый юноша склонился над книгой.

Мартин постепенно будет приходить в себя, а потом познакомится с другой красоткой. Вероятно, Джеймс постарается – он ведь средоточие заботы, так? И Рейчел терпеть не может.

Белинда смяла рисунок и швырнула в стену. Постояла с минуту. Взяла телефон и позвонила Джерри.

- Аллё?

- Привет. Сегодня в восемь в парке! Удобно?

- Не могу, Веснушка. Приболел.

- Ох. Ты дома?

- Да.

- Буду через полчаса.

- Лучше не надо, я очень заразный.

- Пфф!

- Я серьёзно.

- Буду через полчаса.

Белинда положила в пакет несколько мандаринок, подняла портрет Мартина, разгладила и сунула в карман.

Приехав на Мирс-авеню – пёструю, плотно застроенную улочку, она остановилась перед узким четырёхэтажным домом с большими окнами и покатой крышей. В последней тоже виднелись окна.

«Одно из них – комната Джерри» – подумала Белинда и вошла. Сейчас ей придётся отвечать на радушные улыбки мистера и миссис Ходжи. Наверняка ей предложат кофе, а она будет вежливо отказываться. Или всё-таки выпьет чашку-другую…

Броквелл даже не успела постучать. Единственная дверь на четвёртом этаже распахнулась, и на пороге появился мистер Ходжи в пальто и кепи. Белинда подпрыгнула. Он тоже.

- Ох! Напугала!

- Простите. Я к Джерри. Здравствуйте.

- Здравствуй-здравствуй! Проходи, – подвинулся старик. - А я вот в магазин собрался, за мукой, – болтал он, явно не собираясь уходить, пока гостья в поле зрения. – Пэгги хочет блинчиков напечь. С мясом… Пэгги! Белинда пришла!

Из кухни доносился шум воды и звон посуды. Миссис Ходжи высунулась в дверной проём. Она была похожа на пухленькую полёвку: юркие движения, маленький нос, резцы чуть больше, чем нужно.

- Здравствуй, милая! Проходи! Сейчас посуду домою и кофе поставлю!

- Добрый вечер! Спасибо, с удовольствием. Только к Джерри загляну.

- Он весь день в постели, бедолажка…

Белинда прошла вглубь квартиры. Отодвинула штору, служившую дверью в комнату друга.

Вильямс полулежал, подоткнув под спину подушку. В руках он держал роман. Нос у него покраснел, на тумбочке высилась горка смятых салфеток.

Юноша поднял взгляд и улыбнулся:

- Вот упрямая девчонка!

- И тебе привет. – Белинда вручила ему мандаринки. – Ну, как дела?

- Весь день обихаживают, будто я хрустальный.

- Иначе и быть не могло.

- Марк хочет сводить меня в русскую баню. Говорит, она разом всю хворь выгонит.

Джерри вытер нос очередной салфеткой и протянул ей книгу:

- Почитай мне?

Белинда обожала чтение вслух. В детстве она хотела стать воспитателем, чтобы целыми днями читать детишкам.

Девушка устроилась на ковре. Джерри не стал предлагать ей стул: знал, что она любит сидеть на полу.

Прядь волос упала ей на лицо. Белинда заправила её за ухо и приступила. Джерри наблюдал, как двигаются её губы. Он уже забыл, что болен.

До мистера и миссис Ходжи доносились обрывки фраз и взрывы хохота. Когда наступила пауза, Пэгги заглянула в комнатку. В руках у неё был поднос с блинчиками и дымящиеся чашки, от которых пахло кофе и кардамоном. Старушка поставила снедь парню на колени и удалилась со словами «Кушайте, мои маленькие». Джерри и Белинда с улыбкой переглянулись.

- Она очень милая, – проговорила девушка и взглянула на шторку. – Как тебе здесь живётся?

- Да нормально.

- Они всегда такие заботливые?

- Да. Ежедневно. Ежечасно. Ежеминутно. Мне бывало неловко, когда я въехал, но теперь привык.

- Мне тоже бывает неловко.

- И ты привыкла бы.

Они помолчали.

- Просто у них нет детей, – добавил наконец Джерри. – А тут появился я.

Часам к семи Броквелл засобиралась домой.

- Ешь больше фруктов, – наставляла она. – Не вздумай выходить на работу, пока полностью не выздоровеешь. А не то я тебе всё оторву!

- Интересно, как ты это сделаешь.

- Не советую проверять!

Девушка потянулась обнять друга, но тот отстранился. Белинда закатила глаза.

- Джерри, я три года живу вместе с Виктором Броквеллом. Если за это время я не заразилась мудачеством, меня никакой вирус не возьмёт.

Вильямс засмеялся и позволил себя обнять.

- Спасибо, что пришла.

- А как иначе? Поправляйся скорее.

Когда Белинда ушла (не сумев отбиться от пакета с блинами и яблоками, который вручила ей Пэгги), к Джерри заглянул мистер Ходжи.

- И какого лешего ты на ней не женишься?

- Марк! – донёсся укоризненный голос его жены. Вильямс возвёл глаза к потолку:

- Ей шестнадцать лет, Марк.