Елизавета Подъягельная – Грач (страница 2)
В воздухе витали аппетитные ароматы. Уж в чём-чём, а в кулинарии Луизе Броквелл не было равных. Белинда помыла руки и набросилась на пенне с печенью и жареным луком.
- Салат положить?
- Угу.
Девушка хорошо считывала настроение матери и видела: хоть та не в восторге от очередной стычки с отчимом, нотации читать не намерена. Белинда ощутила, как к ней возвращаются силы.
В кухню зашёл Виктор. Не удостоив падчерицу и взглядом, он протиснулся к своему месту. Луиза поставила перед ним тарелку с дымящимся чечевичным супом. Виктор жить не мог без бобов, поэтому нут, фасоль и чечевица готовились у них в семье каждый день.
Он повозил в супе ложкой.
- Почему без мяса?
- Ой! – засуетилась жена. – Извини… Я думала, что положила…
- Да не тарахти, башка раскалывается! Что за человек такой бестолковый! Неужели трудно запомнить – суп с мясом! Всегда!
«Мразь», – подумала Белинда.
Луиза добавила в тарелку добрый ломоть говядины. Виктор принялся за еду, шумно прихлёбывая.
Белинда отправила в рот двойную порцию пенне, чтобы не вступать в перепалку. Она терпеть не могла эти звуки.
«Не обращай внимания, не обращай внимания, – твердила она про себя. – Вспоминай прогулку… Собаки лают, дятел стучит, листья шуршат… Лай, стук, шорохи…»
Виктор с причмокиванием обсосал кость.
«Лай, стук, шорохи… Лай, стук, шорохи…»
- Да сядь ты уже!
«Лай… Стук… Держаться… Держаться… Держаться!!!»
Луиза молча села у края стола. Она жевала почти бесшумно и старалась не клацать вилкой о тарелку. При виде этого в Белинде поднималась ярость.
«Стук… Лай… Стук.. Ша… шорохи… Молчи, молчи!»
Девушка торопливо доела, поставила посуду в мойку и выскользнула за дверь. Взяла рюкзак и прошла к себе в комнату. В мобильнике обнаружился один пропущенный вызов от матери и три от Джерри. Белинда набрала его номер.
Первым делом он спросил, всё ли у неё в порядке.
- Да. Извини, я… забыла снять беззвучку.
- Ничего. Хотел позвать тебя встретиться. Выйдешь? На лавочку у подъезда.
- Можно. Во сколько?
- Минут через пятнадцать. Я недалеко.
- Хорошо.
- Давай.
Белинда рассовала по карманам телефон и ключи. Зашла в ванную и осторожно промыла ссадину.
- Скот… Как это теперь замаскировать?..
Она убрала из-под глаз размазанную тушь и взбила пальцами волосы. Вернулась в прихожую. Когда Белинда зашнуровывала кроссовки, из кухни вышла мать.
- Куда опять собралась?
- Джерри зовёт во двор.
- А уроки делать когда?
- Я уже сделала.
- Не ври! Тебя не было дома!
- Не надоело контролировать «великовозрастную овцу»?
- Эта «великовозрастная овца» моя дочь.
- Хорошо, что ты об этом хотя бы помнишь.
Луиза устало прислонилась к косяку. На секунду Белинде стало её жаль, но она подавила это чувство.
- Только сядьте так, чтобы я вас видела, – бросила напоследок Луиза и вернулась на кухню.
- И не подумаю, – тихо процедила Белинда.
Выйдя из подъезда, она услышала знакомый рокот: Джерри никогда не опаздывал.
Он стянул шлем и откинул со лба каштановый вихор. Белинда двинулась навстречу.
- Ну наконец-то! – парень приобнял её за плечи. Он был гораздо выше, и девушка ткнулась носом в его коричневую куртку: привычный запах машинного масла и кожи.
Они расположились на потёртой скамье. Белинда с наслаждением вытянула натруженные ноги:
- Как жизнь?
- Сойдёт. Ничего нового. Парни про тебя спрашивали.
- Как мило.
- Держи.
- Пиво? – недоверчиво протянула Белинда. – Мне?
Парень улыбнулся:
- Это чай, Веснушка. С лимоном.
Девушка фыркнула: в полумраке она перепутала маленький термос с пивной банкой.
Чай был горячий, но не обжигающий. Белинда сделала большой глоток и передала термос другу. Он тоже отпил, а потом достал мобильник и включил фонарик.
- Что это у тебя на лбу?
- В косяк влетела.
- У тебя никогда не было проблем с координацией.
- А сегодня появились.
- Очень убедительно!
- Если я говорю «влетела», значит, так и есть! Я человек, а не компас.
Джерри хмыкнул и снова посветил на ссадину. Белинда наблюдала, как сужаются и расширяются зрачки его синих глаз.
- Ну хватит уже! Как на допросе.
Девушка отодвинула фонарик и насупилась. Джерри запустил руку в карман:
- Шоколадку будешь?
- Какую? – оживилась Белинда.