Елизавета Крестьева – Огни невидимых дорог (страница 7)
Она не успела ничего понять, как он уже сжал её в железных лапах, крепко притиснув к груди. И поцеловал в щёку, уколов щетиной.
– Надо срочно выдать тебя замуж.
– Почему? – ошарашенно засмеялась она, робко пытаясь высвободиться.
Он только сильнее стиснул её, стало почти больно.
– Потому что такое сокровище пропадает, – рассердился он. – Ну, какого чёрта ты одна?..
Ира вдруг ущипнула его за нос. Он от растерянности разжал руки, и она легко соскользнула на пол.
– Ну и манеры у вас, господин режиссёр!.. Если ты напился чаю, то пойдём, погуляем немножко. А потом прости, но у меня дела.
– Ах, ты ж деловая моя! – рассмеялся Семён. – Очень изящно ты меня выставляешь. И правильно делаешь. Пока Винни-Пух не слопал всю твою вкуснотень и не застрял в дверях! А то ещё вагончик опрокинет!..
Ира прошла к кухонному столу, высыпала оставшиеся конфеты и печенье в фирменный бумажный пакетик, украшенный личным вензелем и логотипом и протянула ему.
– Вот, дома слопаешь. Ты пока спускайся, а я переоденусь.
Они долго гуляли по Роднякам. Ира, как заправский гид, хорошо поставленным голосом вещала что-то про поселение, но он почти не слушал. И, против обыкновения, был молчалив и задумчив.
Иногда они останавливались, он поднимал голову в небо, рассеянно разглядывая прорехи в серых облаках, сквозь которые просвечивала бледная синева.
В странное место он всё-таки попал. Всё тут чуждо, непривычно и… он попробовал понять, что вообще чувствует, но не смог.
В любом случае приключение получилось весьма забавным. А самое интересное – он почти не думал о себе, проблемах и делах. Он будто попал в параллельную реальность, в которой была Ира, Ира шестнадцать лет спустя. Что характерно, если бы не смешная встреча в телецентре, вряд ли бы он вспомнил вообще, что была когда-то в его жизни девушка по имени Ирина!..
А теперь постоянно приходилось напоминать себе, что у него куча дел и очень мало времени!.. Вот даже как!..
Иногда он украдкой косился на неё. Она переоделась в длинную зелёную шерстяную юбку с вышитыми по подолу цветами, белый свитер и отороченную мехом коричневую жилетку, волосы были присобраны в свободную косу. Красиво и женственно… Он уже и забыл, когда в последний раз видел женщину в длинной юбке. Наверное, на съёмках «Гордости Отечества»…
Фаина такой наряд, несомненно, подняла бы на смех.
Фаина… Семён поморщился и вздохнул. Даже спина противно зачесалась под свитером…
Фаина полила его нескрываемым презрением, когда узнала о его намерении снять фильм о Дальнем Востоке. И последние полгода Семён жил, словно на дымящемся вулкане. Вулкан периодически шипел, плевался едкой сернистой водой и гулким рокотом недр постоянно напоминал о своём грозном существовании.
В «Гордости Отечества» Фаина Ненашева блистала в роли опальной княгини, жены главного героя. Выхоленная, породистая, яркая, очень похожая на Незнакомку с полотна Крамского, она вписалась в роль так, что Семён, привыкший ко всем возможным и невозможным видам красавиц ещё со школьных лет, на съёмках ловил себя на том, что неотрывно любуется ей.
В ней было достоинство настоящей аристократки, словно каким-то волшебным образом эта женщина шагнула в век двадцать первый прямо из девятнадцатого…
Нет-нет, он не влюбился!.. К тому времени он уже так устал от всех женщин на свете, что совершенно перестал их воспринимать.
Но она заворожила всю съёмочную группу, а его ассистент, молоденький талантливый парнишка, причём наполовину француз, так вовсе слетел с катушек. Пришлось его в чувство всей командой приводить, хотя любой другой режиссёр выпер бы парня вон без разговоров. Но Семён искренне сочувствовал ему, потому что такие женщины, как Фаина крайне редки… Как звёзды первой величины. И очень часто и стервы первой величины. О них нельзя не обжечься, если не имеешь стойкого иммунитета… как раз такого, как у Семёна.
Но когда «Гордость Отечества» начала триумфальное шествие по кинотеатрам страны, Фаина вдруг вошла в его жизнь так уверенно и крепко, будто в свой дом.
Даже Максимка, очень не любивший делить отца с кем-то ещё, неохотно, но подвинулся. Чуть-чуть.
Семён втайне дивился, что ей нужно было от него?.. Он уже порядком пошарпан, в карманах звенело не шибко, квартира не в центре и не огромная, сынишка только в третий пошёл, работа абсолютно собачья… Кому, как не актрисам знать, что режиссёры, если только их фамилия не Спилберг и не Кэмерон, спутники жизни весьма и весьма неважнецкие!..
Но Фаину это ни капельки не смущало. Видимо, она решила, что Семён «поймал волну» и скоро станет всероссийским любимцем…
А тут – какая-то глушь у чёрта на куличках – Дальний Восток!..
Семён даже отчасти сочувствовал ей. Но поделать ничего не мог. Он должен снять фильм о Дальнем Востоке. Он шёл к нему давно и набирал высоту только ради него. По ночам ему снились сопки и морские дали, старинные шхуны и звон корабельной рынды, пляж бухты Стеклянной, усыпанный драгоценностями, подлодка на набережной Владивостока, капитан Невельской, прошедший, наконец, Амурский лиман и увидевший яркую синь южного моря, хмурый усталый Путятин на переговорах с японцами…
Всё это всегда жило в нём, крутилось, болело и никогда не переставало, с тех пор, как он уехал покорять столицу.
Дальневосточникам всегда тяжело на чужбине, даже в других регионах России, ему давно ещё говорили. Он тогда не верил…
А теперь, просыпаясь и видя за окном московские многоэтажки и привычно-серое небо, он старательно утихомиривал бушующие в душе волны… и они неохотно тяжко засыпали, дожидаясь, когда он снова заснёт, чтобы навалиться, захлестнуть, унести в океанскую даль…
– А тут, – Ирина потрясла его за рукав, – гостевые домики. Что-то вроде гостиничного комплекса. Эй, Семён, ты опять не слушаешь!.. Вот же рассеянный с улицы Бассейной!.. Всё витаешь где-то!
– А… – бормотнул Семён, – да, прикольно… Молодцы.
И он с усилием проморгался.
Домики из оцилиндрованного бревна сияли жёлтенько и свежо. Около каждого – клумбы с пробивающейся сочной зеленью, ёлочки, подстриженные кустарники…
Мысли в голове перестраивались тяжело, как сонные бегемоты, и он даже немного рассердился на Ирину, выдернувшую его из раздумий.
Стоп. Гостиничный?.. Как это «гостиничный»?… О!
– А поселиться можно? – живо спросил он.
Ирина недоверчиво уставилась на него.
– Да хоть сейчас… Надо только Завхоза найти. Ну, то есть Ивана Фёдоровича. А ты, что, правда…
– Правда, Ирка, правда. Пошли скорей искать твоего Фёдоровича. Мне тут у вас по кайфу, я ещё неделю во Владе как минимум пробуду… там шум и суета, а тут спокойно и хорошо. А мне думать надо много. И нормально отдыхать. На машине сорок минут – ерунда. В Москве, бывает, по два часа в пробках торчу… Да правда, правда!.. – рассмеялся он при виде её ошеломлённой физиономии. – Ну, скажи, ты втайне мечтала об этом!..
– Дурак, – пихнула его в бок Ирина. – Ладно, пошли! Слушай, ну ты даёшь!..
Семён засмеялся и поцеловал её в щёку, с некоторым испугом отметив про себя, что…
Да ну, какая ерунда лезет в голову!..
ГЛАВА 3
В воскресенье, как и было задумано, Семён появился в Доме творчества в качестве почётного гостя.
Три подруги притулились в дальнем уголке кухни-столовой, около самовара.
– Ну, ты и тихушница! – прошипела Нинка Ире на ухо. – Какие у тебя друзья, однако, интересные!
– И я не припомню, чтобы ты про знакомых режиссёров рассказывала, – сказала Аня, задумчиво разглядывая Семёна.
Ирина устало вздохнула. Похоже, её подружки так и не дадут послушать, о чём говорит с молодёжью Семён. А ей, правда, было очень интересно…
– Говорю же, не знала я, что это тот самый Семён, с которым я в школе училась, – она вытянула шею, чтобы лучше видеть. – И давайте уже послушаем, а?..
– Нет! – громко рассмеялся Семён. – Если вы думаете, что режиссёры много зарабатывают, вынужден вас разочаровать. Это вообще профессия для редких сумасшедших вроде меня, которым не по душе нормальная размеренная жизнь. Нет, если в рекламе или там шоу снимать, то ещё туда-сюда…
Девять подростков плотнячком сидели вокруг могучей фигуры Семёна и осаждали его вопросами.
Взрослые, в основном женщины, расположились по другую сторону стола и почти не вмешивались в разговор. Решили перед этим, что организуют угощение и чай, и пусть всё течёт непринуждённо. И подростки не преминули этим воспользоваться.
Довольный Ромка нарезал круги вокруг беседующих и снимал на смартфон.
– Да они всё равно про деньги да славу болтают, – недовольно фыркнула Аня. – Про Дальний Восток хоть кто бы заикнулся… хотя бы Пашка… я была о нём лучшего мнения.
– Да ладно, что ты разворчалась, – хихикнула Нинка. – Правильно, про деньги в первую очередь надо спрашивать. Нормальные современные подростки!
– Да тише вы! – не выдержала Ирина и хлопнула по столешнице.
Семён бросил взгляд в их сторону, только сейчас увидел Ирину, и лицо его просияло. Ирина залилась краской и робко помахала ему. Семён подмигнул ей и вернулся к разговору.
Аня и Нина обменялись изумлёнными взглядами.
Ирина обречённо подумала, что теперь милые подруги вытряхнут из неё душу и все потроха заодно, пока она всё не выложит про Семёна…
И неожиданно она осознала, что про первую любовь не рассказывала вообще никому.
Кроме бабушки. Бабушка так поддержала её, когда…