Елизавета Король – Оливковые истории (страница 8)
Стеклянная дверь грудничкового отделения давила чувством растерянности – какие эмоции он испытает, увидя свою… нет… их с Софией дочь?! Возможно девочка похожа на любимую жену, которой больше нет, и это вызовет горечь, сожаление и печаль; может у нее отцовский взгляд и крепкие ручки; может она мила и очаровательна и заставит забыть о плохом; а может он с ужасом осознает, что эта кроха и есть причина смерти Софии…
– «Присаживайтесь, девочку сейчас принесут, – произнесла улыбчивая медсестра, забирая пакет с вещами, – она у Вас боец, выкарабкалась!»
Все это время маленький беззащитный человечек боролся за свою жизнь, без поддержки, любви и внимания, не ведая о том, что своим несвоевременным появлением на Свет невольно стал косвенной причиной трагедии. А если бы малышка не выжила, то ее похоронили бы рядом с двумя свежими могилами… От этих жутких мыслей на лбу выступили капли холодного пота и отец сильно занервничал, но в этот момент послышался скрип двери, и медсестра передала ему на руки маленький кулек в старом байковом одеяле. К счастью, малышка крепко спала, успев привыкнуть к равнодушию окружающих, не реагирующих на ее истошный плач, к холодной пустышке и грубым рукам санитарок. Отец не испытал умиления, прилива чувств и сентиментальности, скорее стыд и боль от того, что не мог избавиться от невыносимых мыслей: «Зачем ты родилась? Почему все так сложилось?»
Такси остановилось у серого панельного дома и отец аккуратно выбрался из машины, стараясь не разбудить малышку, все еще боясь заглянуть в ее крохотное личико, которое почти полностью закрывал огромный чепчик и резиновая пустышка. Расплатившись, он зашел в сырой подъезд и поняв, что ребенок вот-вот проснется, почти вбежал на второй этаж к старой ободранной двери и поспешил нажать кнопку дверного звонка, висевшего на тонком проводе. По ту сторону двери раздалась громкая свирель и малышка закряхтела, заерзала у него в руках, выплевывая пустышку и морщась от холодного воздуха, заставив отца испытать странное паническое чувство.
– «Кто там?» – послышался долгожданный голос за дверью.
– «Это муж Софии».
Глава 6
Алла бежала за автобусом, загребая кедами дождевую воду и размахивая тяжелыми сумками, лишь вскочив на ступеньку, она прижалась спиной к стеклянной двери и выдохнула, но запотевший циферблат на руке вновь заставил ее суетиться. Опоздание влекло за собой очередной неприятный разговор с соседкой, которая так любезно выручала девушку и требовала к себе должного уважения и соблюдения определенных договоренностей. Но нежно-голубое детское платье в белый горошек, аккуратно сложенное на дне мокрой сумки, стоило всех неприятных разговоров в мире, а вместе с нарядом Алла везла важное и радостное известие, в том числе и для соседки Антонины Семеновны. Не дожидаясь пока пожилая женщина начнет свой недовольный монолог, Алла достала белую коробку с магической надписью «Птичье молоко» и громко закричала:
– «Сонечку берут в ясли!»
Антонина Семеновна от неожиданности и громкого крика чуть не выронила торт и даже забыла все негативные слова, которые собиралась сказать Алле по поводу ее очередного опоздания.
– «Как же это? Сонечке только год и месяц, а Белла обещала, что не раньше осени рассмотрит наше зачисление!»
Антонина Семеновна так привыкла к Алле и маленькой Соне, что говорила о них, как о родной семье, используя местоимения «наша» и «мы», ведь уже целый год эта добродушная женщина помогала Алле с малышкой, бесконечно ворча, но искренне переживая за этих милых девчонок. Алла и сама не верила, что ей удалось уговорить заведующую детского сада Беллу Валентиновну принять Сонечку в ясли сразу после майских праздников. У девушки назревала студенческая сессия, она разрывалась между учебой, подработками и воспитанием годовалой племянницы, но ни разу не пожалела, не усомнилась в правильности своего решения.
Чуть больше года назад, впервые увидев это личико, укутанное в клетчатое одеяло и чепчик явно не подходящий по размеру недоношенной крохотной девочке, Алла мгновенно прониклась любовью к дочери своей трагически ушедшей старшей сестры и никогда, ни на секунду, в ее голове не пробежала мысль о том, что эта малышка может быть в чем-то виновата, тем более в смерти матери. Эти несколько минут в темном коридоре сырого подъезда решили судьбу маленького человека – отец без каких-либо сомнений передал кряхтящий сверток на руки восемнадцатилетней Алле и до сегодняшнего дня ни разу не появился на пороге этого старого дома, напоминая о себе лишь регулярными денежными переводами и присвоенной фамилией и отчеством в свидетельстве о рождении, а имя, казалось, даже и не могло быть другим – только София, как ее мама. Алле было тяжело, но она никогда не жаловалась, ведь появление новорожденного ребенка вернуло ее к жизни после той трагической весны, в которой она потеряла близких людей: маму и сестру.
Первый месяц оказался самым сложным – Сонечка и Алла привыкали друг к другу, учились заботиться, понимать, подстраиваться, и соседка Антонина Семеновна так вовремя появилась в их жизни. Опытная женщина давала бесценные советы, помогала в период болезней и трудностей, да и просто поддерживала добрым словом и ощущением заботы. Антонина Семеновна давно коротала свои дни в полном одиночестве, но знакомство с Аллой заставило ее вновь почувствовать собственную необходимость, чувство утерянной теплоты и желание жить, а с появлением малышки она помолодела и даже окрепла физически, ей шли на пользу длительные прогулки с коляской и искренние умиляющие эмоции, которые излучала маленькая Соня. Вот так, три одиноких сердца, казалось абсолютно ненужные никому на этом Свете, объединились в маленькую дружную семью и сейчас Антонина Семеновна даже расстроилась, услышав новость про зачисление в ясли и предположив, что снова может оказаться невостребованной. Алла, уловив печальный взгляд, поспешила обнять ворчливую старушку, уверяя, что они всегда останутся близки и необходимы друг другу.
Из-за обшарпанного угла коридора выглянула пухленькая малышка и с радостным звонким смехом бросилась в объятия Аллы, прижимаясь к ее мокрым от дождя волосам.
– «Милая моя! Сонечка! – Алла подняла девочку на руки, и та рассмеялась еще громче, – Смотри, что я привезла тебе! Ты будешь самая красивая в ясельной группе!»
Сонечка терпеливо ждала пока Алла доставала со дна сумки шуршащий пакет и увидев нежно-голубой наряд забавно развела маленькими ручками. Антонина Семеновна уже успела накрыть чай, когда на кухню вошла Алла, держа за руку очаровательную малышку в красивом, но чуть великоватом для нее платье.
– «Какая красавица у нас выросла!» – воскликнула Антонина Семеновна и наклонившись к Сонечке, расцеловала ее яркие щеки.
– «Она так похожа на Софию! У меня есть фотография с сестрой… она в таком же платье… и взгляд…» – Алла вытерла набежавшие слезы, и чтобы совсем не разреветься громко скомандовала:
– «Все к столу!»
Чайник игриво свистел на голубом пламени газовой плиты, запах свежего торта наполнил воздух маленькой кухни, а шоколадные кусочки на фарфоровых блюдцах манили своим белоснежным суфле – вот оно счастье, повисшее большим облаком над кухонным столом, окутав теплотой и уютом. Никто и представить не мог, что в эти лучшие минуты их жизни за дверью уже стоял человек планирующий бездушно разбить этот хрупкий, с трудом созданный уголок любви и уюта.
Антонина Семеновна и Сонечка любопытно уставились на высокого мужчину в длинном плаще, появившегося на их ароматной кухне, они не видели его раньше, но Алла почему-то покорно пустила его в дом.
– «Добрый день! Может чаю?» – неуверенно, но дружелюбно произнесла пожилая женщина, а Соня вжалась в стул и смотрела на сурового человека исподлобья.
– «Здравствуйте! Нет, не нужно… я подожду в машине». Незнакомец бросил взгляд на ребенка и вышел в коридор, где послышался скрип двери и жуткий, надрывный плач Аллы. Испугавшись, Антонина Семеновна и Соня подбежали к девушке абсолютно недоумевая, что произошло в эти несколько минут? Кто это хмурый человек и какую страшную весть он принес в их маленький мир? Алла не могла выдавить ни слова и, лишь вцепившись в родную девочку, плакала навзрыд, повторяя: «Нет! Нет! Не отдам!»
Только сейчас мудрая Антонина Семеновна осознала весь ужас происходящего:
– «Он пришел забрать ее? – дрожащим голосом произнесла она, – Навсегда?»
– «Да-а-а-а!» – заревела Алла, еще крепче прижимая Сонечку и разнервничавшуюся старушку, а девочка, почувствовав общее настроение, панику и страх тоже расплакалась и Алле пришлось взять себя в руки.
Это были самые страшные и жестокие минуты в жизни молодой Аллы, сквозь пыль обочины она смотрела в наглухо закрытое окно автомобиля, отъезжающего от сырого подъезда и увозящего кусок ее раненного сердца, из которого ручьем вытекала кровь, слезы и душа. Страшнее этого были только глаза Сонечки, наполненные детской болью и мольбой… но Алла ничего не могла сделать! Она умоляла, просила, обещала, ползала на коленях… она готова была отдать жизнь, весь мир, только бы ее любимая малышка осталась с ней. Соня не плакала, дикий страх парализовал ее маленькое тело и сердце, заставив замолчать, скрыть все чувства и эмоции и безропотно выполнять то, что ей указывали посторонние люди, ведь она понятия не имела, что этот холодный человек в темном плаще – ее родной отец.