Элизабет Кэйтр – Легенда о Белом Волке (страница 6)
Затем выдох.
Снова вдох.
Снова выдох.
— Как? — единственное слово срывается с губ, но Стефан понимает вопрос.
— Мы долго пытались пробраться к источнику по воде, еще дольше – по воздуху. Всюду, как вы знаете, солдаты Вацлава. Я подумал, что было бы не плохо как-то усовершенствовать один из колдовских обрядов, когда ты через прикосновение к другому можешь видеть его глазами.
— Усовершенствовать? — Айка настороженно поджимает под себя ноги, становясь похожей на ощетинившуюся кошку.
Стефан поднимает левую руку. Кружка из рук Айки падает на колени, а затем скатывается на пол (благо, чая в ней больше нет). Вельмира настороженно переводит голову в сторону подруги, ожидая объяснений.
— Он отрезал мизинец…
От шёпота Айки Вельмира жмурится, будто увидела руку Стефана.
— Ну, не мизинец, а лишь фалангу, не драматизируй.
— У тебя нет мизинца! — почти рычит Айка.
—Потому что у нас было три попытки. Третья удачная. Почти. Один из сущников обернулся воробьём, я повесил ему на шею фалангу и свободно видел всё, что происходило. Работать пришлось быстро. Погибло четверо сущников. А пятый остался воробьём. Я без мизинца. Зато все мы знаем, где именно источник.
Как Айка и говорила – Стефан всегда добивался своего. Шла война. Она не щадила никого.
— Они погибли не зря.
Неизвестно, кого Вельмира успокаивает: себя, Айку, Стефана, всех вместе.
— Они умирают пачками каждый день, — Стефан чуть хмурится. — Просто так. Здесь, хотя бы, они умерли за дело, а не проснувшись по утру.
— Пусть богиня Морена достойно примет каждого из них, — тихий шёпот срывается с губ Айки.
Тишина затопляет палатку настолько, что с улицы слышен весёлый смех, звуки гитары и тихие песни.
— Значит… — прерывает тишину Вельмира. — Нужно проникнуть в замок Вацлава.
— Если ты сделаешь это на одном из приёмов – ты точно лишишься головы и сгоришь на столбе, — резко вставляет Айка.
— На самом деле, есть вариант, — голос Стефана звучит заискивающе. — Нужно поселиться там.
— И как, Морене всё во власть, это сделать?! — Айка возмущённо складывает руки на груди.
— Нужно стать частью семьи Великоземских! — Вельмира тараторит это так быстро, что и сама не успевает за собственной мыслью.
Ну, конечно! Став молодой княгиней –, она сможет передвигаться по замку! Нужно всего лишь выйти замуж! Айка была права по дороге сюда!
— Прошу прощения? А не ты ли кричала, что не пойдёшь замуж за Идана?
— Я не пойду замуж за Идана. Я не поступлю с ним так жестоко, — спокойно отвечает Вельмира, хотя сердце, на самом деле, стучит аж в глотке.
— И кто же достоин твоей жестокости, позволишь узнать? — ошарашенно спрашивает Стефан. — Не говори, что Вацлав.
— Дамир. Я выкажу интерес Дамиру. Вацлав давно хочет его женить. Он идеальный вариант.
— Ты что ей в глаза втёр, скажи на милость? Почему она хочет замуж за того, кто лишает жизни сущников?! Вель, выйти замуж
— Айка, ты права! Сущники умирают! Стефан лишился пальца, чтобы узнать, где этот грот! Мне нужно чем-то пожертвовать!
— Отрезать палец и выйти замуж за Дамира – это не одно и тоже, сумасшедшая твоя голова!
— Вообще-то равносильно, — вставляет Стефан.
— Почему не Идан?
— Потому что мне нужен тот, кому я
— И тот, кто является молодым князем. В этом есть логика. Вацлав будет счастлив, что женит сына на представительнице старейшей семьи. Дамир не будет надоедать собой, находясь в постоянных сражениях. А Вель сможет исследовать замок.
— Вот он понимает меня, — довольно улыбается Вельмира.
— Я не удивлюсь, что эти мысли он втёр тебе вместе с мазью, — фыркает Айка.
— Ну, уж нет, сестрица, на такое я не способен.
— Да, кто тебя знает, чернокнижник-недоделка!
— Уверяю тебя, это мои мысли, — Вельмира толкает в бок Айку.
Вель подкусывает губу, слегка покачивая головой. Её план сработает. Сработает точно, как часы у батюшки в столовой. Осталось, к слову, как-то уломать на всё это действо родителей. Но за ними дело не станет. Вельмира это точно знает. А ещё она точно знает, что рано или поздно – воздаст всем, кто выступал против сущников. Возглавит список, естественно, Вацлав. Вторую почтенную строчку займёт молодой князь Дамир.
Что же, Дамир Великоземский, тебе пора отплатить за всё, что ты сделал сущникам.
2
— Так, значит… все слухи оказались правдивыми? — грозный голос Драгана Загряжского-Сирин прокатывается по столовой.
Господин Приречной области выглядит так, будто собирается отдать кусок мяса на казнь, а не трапезничать с семьёй. На самом деле – Драган всегда выглядел смертоносно-красивым. Почти все считали, что Вельмира пошла внешностью в отца (хотя, это и было чистой случайностью).
Тёмно-зелёные глаза с особой внимательностью оглядывают дочь, пытаясь понять: точно ли она всё поняла правильно? Чёрные, как самая кромешная ночь в году, волосы рассыпались по плечам, а другая их часть была аккуратна собрана на затылке в хвост. В жгучей черноте серебристыми паутинами мерцала старость. Несмотря на возраст, Драган оставался исключительно красивым человеком, при виде которого даже молодые барышни сворачивали головы. Правда, ими он не интересовался. Мир Драгана всегда концентрировался на серебристых глазах жены Златоцветы. И пусть для многих она обладала довольно обычной (в сравнении с мужчиной) внешностью, для Драгана – она являлась произведением искусства. Перед глазами Вельмиры всегда жила искренняя и пламенная любовь родителей. Поэтому на меньшее она никогда бы не согласилась. До вчерашнего дня.
— Дорогой, аккуратнее с приборами, — спокойный голос Златоцветы служит спасительной водой, способной погасить разросшееся пламя.
Госпожа Приречной области элегантно поворачивает голову на мужа, слегка кивая на его руки, которые с силой сжимают столовые приборы. Вельмира едва заметно прикусывает губу. Пожалуй, батюшка мог похвастаться властью над областью, когда как матушка – над ним. Вот и сейчас Драган, глубоко вздохнув и выдохнув, откладывает приборы в сторону, дабы не погнуть их.
— Так утверждает Стефан. — Вельмира спокойно отвечает батюшке, подносит к губам вино и делает глоток. — Они годами искали источник, ты это знаешь. Погибло много сущников, что тоже не укрывается от тебя. Их последняя вылазка не прошла без жертв. Но ты и без меня в курсе этого.
— Я слышу в твоём голосе укор, моя душа?
— Да, батюшка. Ты мог бы больше рассказывать мне о…
Говорить со старшими в доме на «ты» - наказуемо во всех областях. Вельмиру долго и упорно учили обращаться к родителям на «вы», но только тогда, когда в помещении находились посторонние люди.
— Смертях? — Драган щурит глаза, сдерживая волну накатившего раздражения.
— Немедленно прекратите разговаривать друг с другом в таком тоне. Тем более, за столом, — вклинивается Златоцвета.
Она властно переводит взгляды с дочери на мужа и обратно. Оба выглядят пугающе одинаково. Драган и Вельмира одновременно поджимают губы, слегка склоняя головы – извиняясь перед госпожой.
— Да, батюшка… — уже спокойнее продолжает Вельмира. — Ты мог бы чаще говорить мне о смертях.
— Прошу прощения за то, что пытаюсь оградить от этого
— Вельмира, батюшка лишь пытается заботиться о тебе, — Златоцвета оборачивается на дочь.
— Я знаю. И я очень ценю всё, что вы оба делаете для меня и для сущников, но… Они гибнут. Гибнут каждый день. А я живу в розовом мире, считая, что потери минимальны. Это несправедливо.
— Я не хотел расстроить тебя, Вель. У тебя полно забот. Ты пытаешься удержать в себе магию, я… Я не хотел расстроить тебя ещё больше. Потому что это могло привести к твоим необдуманным действиям.
— Вряд ли я бы ринулась в бой. Я же слепая, — мрачно улыбается девушка, стискивая в руках вилку.
— Вель, сколько раз я просила тебя так не выражаться? Ты
Только в сравнении со вчерашней решительностью относительно плана Вельмиры – сегодняшний день посеял зерно сомнения. Что, если у неё не получится? Да, батюшка научил юную Вельмиру искусству боя: как кулачного, так и на мечах… Но ей не выстоять перед тем же Дамиром. Кто вообще способен выстоять перед Чистильщиком? Профессиональным убийцей? Точно не она.
— Какие дальнейшие действия у Стефана? — Драган отвлекает дочь от мыслей.
По коже Вельмиры пробегают мурашки. Дальше действует совсем не Стефан.