Элизабет Берг – История Артура Трулава (страница 34)
– Мэдди, я не хочу выпытывать, но… Тебя опять доставал тот парень, Андерсон?
– Нет, – чуть слышно отвечает та.
– Тогда что?
Она вдруг начинает плакать. Артур, встревоженный, поднимается и спешит сесть рядом. Гордон занимает новую стратегическую позицию, перепрыгнув с кровати на стол.
– Что случилось? У тебя что-нибудь болит?
– Все нормально. Просто… – Мэдди оглядывается на дверь. – А можно поставить на нее замок?
– Конечно. В этом дело? Боишься грабителей?
– Нет. – Девушка вцепляется в одеяло.
– Мэдди?
Она поднимает глаза.
– Я не хочу, чтобы Люсиль все время сюда врывалась! Она мне нравится, правда, но мне просто нужно… Последний раз она начала рассказывать про роды и напугала меня до смерти!
– Что она тебе наговорила?
Мэдди начинает рыдать в голос.
– Сказала, что чувство будет такое, словно меня разрывает пополам! – Утерев красное от слез лицо, добавляет вполголоса: – Где она сейчас? Она нас не услышит?
– Спит. Я как раз проходил мимо ее двери – звук такой, будто лесопилка работает. Эта женщина могла бы в симфоническом оркестре за половину состава выступать.
Мэдди невольно смеется.
– Я, кстати, не уверен в познаниях Люсиль относительно родов, – добавляет Артур. – У нее ведь нет детей.
– Да, знаю, но она со многими матерями разговаривала…
– Я могу то же сказать о себе.
– Правда?
– Ну, не со многими, конечно. Это все же женские дела… Но могу сказать тебе, что одна подруга Нолы, например, родила за каких-то полчаса. Ребенок вылетел из нее все равно что ядро из пушки.
– Но это же был не первенец?
– Нет. А откуда ты знаешь?
Мэдди вытаскивает из-под одеяла то, что прятала там. Это потрепанный том «Рождение ребенка. До, во время и после».
– Здесь говорится, что первые роды самые долгие. И в интернете везде то же самое. И еще куча всего – нужен наркоз или нет, что надо делать и чего нельзя, этапы родов и как дышать… Только я уже ничего не понимаю! Я не хочу навредить малышу, но совсем запуталась! Не знаю, что правильно, а что нет! – Она снова начинает плакать. – Вот если бы со мной была мама!
Разрыдавшись, она закрывает лицо руками и принимается раскачиваться взад-вперед. У Артура перехватывает горло. Покивав, он наконец говорит:
– Но ты ведь записалась на курсы, верно? Метод Лампаса – так, кажется?
Она всхлипывает.
– Ламаза.
– А, вот как. – Он выпячивает нижнюю губу. – Ламаза. Что это вообще значит?
Мэдди пожимает плечами.
– Не знаю. Но это только через пару недель, и мне даже не с кем пойти. Все остальные будут с мужьями, а я одна как дура?
– Нет, не одна, – возражает Артур.
Она поднимает на него глаза.
– Я пойду с тобой.
– Вы не обязаны… Нет, Артур, я и сама справлюсь. Просто…
– Я только предложил. Если не хочешь ходить туда одна, я составлю тебе компанию. Может, будет даже интересно.
– Это очень мило с вашей стороны… Но, видите ли, там нужно садиться на пол.
– И мне тоже?! Зачем?
– Ну, потому что партнер должен быть сзади беременной и помогать ей. Я не очень представляю как, пока только картинки видела.
– Я мог бы взять свой складной стул и сидеть на нем. Или так нельзя?
– Не знаю.
– Ладно, вот как мы поступим. Я пойду с тобой на первое занятие – скажем, что я твой дедушка, идет? Сходим вместе и посмотрим, а там ты решишь, нужно ли тебе мое общество. У меня только середина дня занята, так что в остальное время я в твоем полном распоряжении.
– Согласна! Занятия по вечерам. Только мы не будем говорить, что вы мой дедушка. Вы мой друг.
– Еще лучше, – кивает Артур и встает: спина затекла. Он указывает на книгу: – Откуда это у тебя?
– Из благотворительного магазина.
– Похоже, довольно старая.
– Да, наверное. Я, конечно, смотрю и в интернете, захожу в библиотеку, но книги мне нравятся больше. Люблю читать вдумчиво, и картинки в старых книгах классные. Все мамочки такие симпатичные, с красивыми лентами в волосах. У меня уже целая библиотека.
Артур оглядывает комнату.
– Где же она?
Мэдди выбирается из кровати и открывает дверь гардеробной. На полу стоят стопки книг. Артур подходит ближе, всматриваясь. В основном здесь о родах и беременности, неделя за неделей. Его внимание привлекает заглавие одной из верхних: «О чем бы попросил ваш малыш, если бы умел говорить». Он берет ее в руки.
– Эту ты уже читала?
Мэдди кивает.
– Интересная?
– Да, пожалуй. Вы вот знали, что ребенок в животе у матери уже может слышать музыку?
– Серьезно?
– Ага.
Артур понижает голос до шепота:
– И как мы говорим сейчас – тоже слышит?
– Да, там так пишут. И еще может сосать большой палец. А когда они рождаются и начинают тянуться ко всему руками, то пытаются ловить солнечных зайчиков. Сжимают кулачки и думают, что поймали. Здорово, правда? Еще они любят, чтобы им рассказывали что-нибудь или пели. Иногда им нравится прижиматься к матери – их можно носить с собой в слинге, я уже научилась, как это делать, – а иногда они хотят побыть одни, наедине со своими мыслями, можно сказать. Я так читала.
– Хм… – Артур подходит к окну и выглядывает наружу. Полная луна серебрит верхушки деревьев. Повернувшись, он смотрит на девушку – на мгновение та кажется ему совсем юной, словно неоперившийся птенец. – Я хотел бы попросить тебя кое о чем, Мэдди.
– Да?
– Я, конечно, не в силах заменить тебе мать. Но все же могу кое-что сделать. Могу выслушать. Могу учиться с тобой всем этим премудростям. Могу пойти с тобой к врачу, если захочешь. Во время родов я буду ждать в приемном покое и стану вторым, кто от всего сердца поприветствует приход ребенка в наш мир.
– Наверное, все же третьим, – с сожалением замечает Мэдди. – Люсиль раньше заняла очередь.
– Ну, на сей раз не ей решать, – отвечает Артур. – Да? Главная сейчас ты.