Элизабет Берг – История Артура Трулава (страница 15)
Она закрывает глаза, раскачиваясь взад и вперед.
– Я просто думала…
– Что ты думала?! Господи, ты же не ждала, что я женюсь на тебе, или еще какую-нибудь хрень?!
– Нет, нет, конечно, нет… Но мы могли бы жить вместе. Я бы все для тебя делала! Нам же было хорошо вместе! И ты любишь малышей, ты с ними ладишь, ты сам говорил, что хочешь много детей…
– Ты чокнутая, Мэдди! Серьезно! Просто на всю голову сдвинутая, поняла? Тебе лечиться надо! Сходи к врачу. А на деньги, которые тебе дал отец, сделай аборт! Я тут не при делах! Ребенок не от меня! Не звони мне больше. И обратись за помощью, точно тебе говорю.
Андерсон бросает трубку.
Мэдди сидит неподвижно, пока не слышит подъехавшую машину отца и его голос из кухни. Приходится выйти.
– Чего?
– Хорошо же ты меня встречаешь!
– Извини.
Отец достает коробку с сухим завтраком.
– Вот то, что ты просила.
– Спасибо.
– Так и будешь в руках держать?
Мэдди ставит коробку на полку, потом молча помогает разобрать остальные покупки.
– Я тут подумал насчет выпускного… – говорит отец. – Надо бы заказать столик, поужинать где-нибудь после церемонии. Куда бы ты хотела пойти?
– Никуда.
– Ну отлично…
– Я не собиралась отмечать. Просто… Мне не нравится в школе, ты же сам знаешь. И с одноклассниками у меня не сложилось. Я там белая ворона.
– Так все подростки считают. У меня то же самое было.
– Нет, они травят меня, понимаешь?! – Голос девушки дрожит, на глазах выступают слезы.
– Как это? – не понимает отец. – Каким образом?
Она молча стоит, потом бросает:
– Не важно.
Делает шаг, собираясь уйти, но отец ловит ее за руку:
– Скажи мне. Как они тебя травят?
Не дождавшись ответа, он вздыхает:
– Нужно быть сильной, Мэдди. Мир жесток.
– Ага.
– Иногда нужно просто не обращать внимания.
– Как ты, да, пап?
Он тяжело смотрит на дочь.
– Это другое. Надеюсь, однажды ты поймешь.
– Я тоже. А пока… можно, я не пойду на выпускной?
– Нет, ты должна. Ради бога, Мэдди, обязательно из всего устраивать драму?
– Я не пойду. Это необязательно, и я туда не собираюсь. Нет, и все! – Она почти кричит, слова эхом отдаются в комнате.
Отец поднимает руки.
– Хорошо! Можешь вернуть в магазин мантию и шапочку! Видимо, в ресторан мы тоже не пойдем?
– А какой смысл, пап?
– Отпраздновать? Показать, что я горжусь тобой?
Та только смеется.
– Мэдди, я не знаю, что еще тебе сказать. И никогда не знал. Я… я просто… не умею…
Он что, сейчас расплачется? Она заглядывает ему в лицо и касается руки.
– Это ничего.
Он качает головой.
– Господи, Мэдди, сегодня ведь твой день рождения…
– Ага. И я бы хотела прогуляться, ты не против?
Отец берет куртку.
– Одна. Не обижайся.
– Ладно… – говорит он. – Ладно.
Мэдди идет в аптеку за милю от дома. Покупает тест на беременность и заходит в туалет. Выйдя, покупает поильник для малышей. Погремушку. Желтую губку с уточкой. И маленького плюшевого медвежонка с шестидесятипроцентной скидкой – из-за немного испачканной ленточки.
Аборта не будет. Это ее, Мэдди, ребенок. С ним и через него она изменит мир вокруг – и сама возродится к новой жизни.
Первого июня, в первый день традиционного месяца свадеб, Люсиль закрывает дверь за собой и Фрэнком, потом поворачивает ключ. Обернувшись, говорит негромко:
– Что ж, мистер Сноу, вот я и здесь.
Фрэнк смотрит непонимающе.
– Ну, помнишь песню? Мюзикл «Карусель»[10]?
– Я его не видел, – признается тот, очаровательно смутившись.
– И фильм тоже?
Он качает головой.
– Ничего, – говорит Люсиль. – Я возьму запись в библиотеке, и мы с тобой посмотрим. А потом устроим себе пикник, пожарим моллюсков на свежем воздухе, как там. Или можем пойти в «Красный лобстер».
– Второе.
– Да, я тоже за этот вариант.
– Мне нравится, что у них можно самому выбрать любые морепродукты.
– И мне тоже!
Фрэнк, откашлявшись, опускает руки в карманы.